Ли Ода – В пепел. Академия (страница 27)

— Пепел, а ты не думал о карьере палача? У тебя получится.

— Не-а. Мои замечательные способности позволяют рассчитывать на работу гораздо менее топорную. Во всех смыслах этого слова, да.

Красавчик в очередной раз вздохнул. Уже совсем тоскливо.

— Ладно, кончай киснуть! — попытался взбодрить его Дари. — Может, к тому времени, как назреют серьезные проблемы, вы уже успеете друг другу надоесть. Раз сто.

— Нет.

Нокс сказал это так, что Пепел поверил. И даже немного проникся. Жаль, сделать все равно ничего не мог.

Утром они проспали. Впрочем, оно было вполне ожидаемо — тех двух часов сна, что удалось выкроить на рассвете, не хватило даже Ноксу, не говоря уже о Пепле. Собираться пришлось на бегу, одновременно натягивая портки, сапоги и застегивая пуговицы на кителе. И все равно в коридор они выскочили в самом непотребном виде — неумытые, растрепанные и расхристанные, чтобы тут же наскочить на господина Солана — закон подлости как он есть.

— Та-ак, — протянул он задумчиво рассматривая сначала расстегнутый китель Красавчика, потом воронье гнездо на голове у Пепла, но в итоге остановился взглядом на отчетливом следе подушки у того на щеке. После чего повторил уже с явным удовлетворением: — Та-ак…

От ординарца веяло бодрой свежестью, одеколоном и кофе, что непонятно почему здорово раздражало. Поэтому не до конца проснувшийся Дари, неожиданно даже для себя поинтересовался:

— Господин Солан, могу я спросить, вы теперь живете на нашем этаже?

— Нет, Равеслаут. Я сюда к вам на свидания хожу, — похоже, настроение у личной ректорской кофеварки было неплохое. Или он решил, что раз карцер все равно занят, то впихнуть туда Пепла прямо сейчас не получится? А к моменту, когда камера освободится, мальчишка уже успеет нарваться снова и даже не один раз?

— Опять ко мне? — неприкрыто удивился Пепел.

— Именно, Равеслаут. Господин Зерант просил напомнить, что ждет от вас какой-то отчет. И пока не дождался. Ну, а я от себя напоминаю, что через пятнадцать минут вас ждет на лекцию господин ректор.

Пепел, прижимавший к груди папку с тем самым отчетом, уже хотел прощаться с завтраком, решив, что его придется жертвовать в пользу Профа, когда в голову пришла неожиданная идея:

— Господин Солан, могу я обратиться с просьбой?

— Попробуйте, кадет.

— Вот, — Дари протянул ему отчет. — Не могли бы вы передать это господину Зеранту? Чтобы я, не дай боги, не опоздал на лекцию к господину ректору?

Тот хмыкнул, забрал бумаги и уже разворачиваясь, чтобы уходить, небрежно бросил через плечо:

— Будете должны, Равеслаут.

— А?! — Пепел так и застыл с охреневшим выражением лица пялясь в удаляющуюся спину. Даже по ней было видно, что ординарец если и не ржет, то улыбается точно. — Красавчик, это что сейчас было?

— Возрождение рабства, не иначе, — Нокс от такого поворота тоже стремительно взбодрился и недоуменно теребил мочку уха. — Кстати, в курсе, что из всех наставников только Солан носит коготь здешнего выпускника? И, боюсь, о здешних долгах знает не понаслышке.

— А и хрен с ним, — в очередной раз попытался встряхнуться Пепел, — Главное, что взялся.

— И ты уверен, что донесет?

— Конечно, — Дари с недоумением посмотрел на братишку. — Не совсем же он дурак так подставляться? Если что, мне достаточно будет поклясться, и он окажется в полной заднице. Да и ты свидетель. Короче, хорош тупить, бегом на завтрак! Хоть по булке с кофе перехватим, иначе я сегодня вообще не проснусь.

— Ага, — с не меньшим энтузиазмом отозвался Роши. Но Пепел башку мог прозакладывать, что интересует его вовсе не еда. И не ошибся.

Едва влетев в двери столовой, тот наметанным взглядом выцепил то, что хотел увидеть, расцвел улыбкой и чуть не бегом припустил туда, где сидели две девушки. Вроде бы уже закончившие завтракать, но почему-то не спешившие уходить. Пепел же, прежде чем к ним присоединиться, все-таки прихватил две кружки с кофе и тарелку с выпечкой. А на подходе имел возможность насладиться маленьким представлением: Фэл, заметив Нокса, поначалу здорово напряглась, но тут же расслабилась, сообразив, что кидаться с объятиями тот не планирует. Дураком братишка не был, единственное, что себе позволил — осторожно пожать ей руку под прикрытием столешницы. Даже Рин не обратила на это внимания, недовольно проворчав:

— Вы чего так поздно?

— Проспали, демоны задери этого Шкафа, — Пепел аккуратно сгрузил добычу на стол и уселся рядом.

— Шкафа? — приподняла она брови.

— А, ну да, вы ж еще не в курсе. Это он мне комнату разнес, заодно с лабораторией. Но я его простил. Еще вчера. За просто-таки невероятную скромность.

Вопрос отчетливо повис в воздухе и отразился у всех на лицах, поэтому Дари, насладившись паузой, пояснил:

— Он не сдал Эрс, что синтез завершился, хотя просек это, прежде чем раскурочил установку. И что готовый результат из нее выгребли, тоже видел. Подробности потом расскажу, в библиотеке.

— Ясно, — кивнул Роши прихлебывая кофе, и при этом не отрывая глаз от своего цветочка. Фэл под этим взглядом очень старалась смотреться равнодушной, но получалось не очень.

— А вот безвременную гибель будильника я ему все-таки не прощу. — Пепел сделал вид, что его вниманием безраздельно завладели булочки, хотя краем глаза на всю компанию поглядывал и ничего не упускал. — Придется у Ретена еще один к следующему году выпрашивать, а то из-за опозданий в карцере я буду спать чаще, чем в собственной постели.

— Зато там точно можно обойтись без часов, — хмыкнул Нокс и полюбопытствовал у девушек: — А вы чего не торопитесь?

Пеплу любопытно не было, он прекрасно помнил расписание и знал, что у дам сейчас физподготовка — вместе с парнями они этим не занимались. Так что весь академический цветник соберется сейчас в крытом тренировочном зале на радость декану Брашту, который и примется их гонять от всей своей широкой души.

— Так до владений Грозы отсюда минута, — подтвердила его выводы Рин. — Успеем.

— Извиняюсь, дамы, — Красавчик сумел-таки отклеить взгляд от Фэл и поставил кружку на стол, — а вот нам пора бежать. Ректор опозданий не прощает.

И напоследок еще раз сжав ладошку девушки, рысью рванул к выходу. Пепел тоже пробормотал извинения сквозь непрожеванную булку и кинулся его догонять. Шутки с лордом Фарнисом действительно были делом крайне рискованным. Что и подтвердилось очень скоро.

глава шестнадцатая

Занятие опять оказалось общим для третьекурсников, впрочем, таких в расписании академии значилось большинство — делить и так небольшой поток на группы имело смысл только на специализациях. В аудиторию они вбежали на последней минуте, но господин ректор уже стоял возле кафедры и пристальным взглядом проводил обоих, когда те поднимались к своим местам. И конечно же запомнил. Вне всякого сомнения. В академии лорд Фарнис преподавал историю, а это дисциплина, которая по определению обязана помнить все.

Поскольку до экзаменов осталось всего ничего, наставник решил, что пришла пора повторить пройденное с самого начала, и сегодняшней темой стало создание империи. Скользкая тема, особенно для тех, кто имел в жилах толику старой крови. Потому как империя строилась на их землях. И на их костях.

Нехорошее предчувствие, появившееся у Пепла когда он входил сюда под прицелом ректорского взгляда, сейчас просто-таки взвыло: отыгрываться будут на нем. И ни разу не ошиблось.

— Кадет Равеслаут.

— Слушаю, господин декан, — обреченно поднялся Дари.

— Прежде чем мы начнем разговор о создании империи, не просветите ли нас, что на ее месте было раньше?

— Да тоже вполне себе государство, господин ректор. Не империя, конечно, и лордов в нем не встречалось, зато рессы были. Больше чем сейчас. Вот прям гораздо больше.

Взгляд лорда Фарниса заледенел, а губы сжались в нитку:

— Государственное устройство?

— Выборная монархия, господин ректор, — Пепел решил, что вольностей пока достаточно, хватит нарываться.

— Подробнее, кадет.

— Глава государства избирался из представителей трех старших родов. На общем совете.

— Назовите эти роды.

— Ютиси, Даланни и Ретенауи.

— Это формально. А на самом деле в руках какого рода чаще всего оказывалась власть? — Фарнис успел подойти и встать прямо напротив Дари.

— Ретенауи, господин ректор.

— Не жалеете о тех временах, кадет?

— Не особо, господин ректор, — Дари понимал, что его опять несет, но сдержаться не смог. — А должен? Равеслаутам оно вроде ни к чему.

Фарнис, вопреки ожиданиям, продолжал демонстрировать невиданную покладистость, попросту проигнорировав этот выпад:

— Как вы смотрите на проблему противостояния старой крови и нынешней знати?

— Господин ректор, — Пепел не отвел глаз и даже сумел пригасить в них опасный блеск. — В этом плане я считаю себя наследником взглядов моих родителей. Обоих. А об их отношении к вопросу мне неплохо напоминает зеркало. Каждый день.

— Садитесь, кадет. Но, думаю, нам с вами стоит как-нибудь еще обговорить эту тему. Поподробнее.

— Да, господин ректор, — отбарабанил Пепел, а потом тихонько, почти про себя добавил: — Надеюсь, измененные на эти переговоры приглашены не будут.

Фарнис сделал вид, что не услышал, хотя температура его взгляда упала еще на десяток градусов. Потому что ответить на это ему оказалось нечего — практика в свое время была обычная и общеизвестная. Лорды регулярно протаскивали на переговоры с рессами измененных, а те, почуяв старую кровь, слетали с катушек и вырезали целые роды. Потом, конечно, следовало покаяться, объяснить что дело исключительно в незнании вопроса и принести искренние извинения — тем, кто остался. И если остался. Впрочем, и беловолосые в свою очередь резали лордов не менее бодро и целеустремленно. Тоже целыми семьями. Вот только прошло с того времени уже не одно столетие.