Ли Лонли – Научи меня любить (страница 3)
Значит, в этот раз так. Ну что ж… всё когда-нибудь бывает впервые. «Сумеречная мечта» станет первой книгой молодой, но уже известной писательницы Алисы Новак, которая закончилась без особого оптимизма.
Девушка задумалась: в целом всё вышло неплохо. Обычно она старалась писать так, чтобы оставить у читателя приятное послевкусие от прочтения – она и сама любила хэппи-энды. Не слишком слащавые, но с явной надеждой на то, что с главным персонажем всё теперь будет хорошо. Однако даже с таким финалом книга получилась неплохо – Алиса чувствовала это. Она открыла электронную почту, вложила файл с текстом и, как было – без названия, без подписи – отправила письмо контакту ChristyKazakova.
Через несколько минут, когда Алиса уже варила кофе в медной турке на своей уютной кухне, зазвонил телефон. Девушка улыбнулась: Кристина не спала, ждала её рукопись и проверяла почту ежеминутно – так было всегда в те дни, когда Алиса заканчивала очередную книгу.
– Алиса, ты почему до сих пор не спишь? – Кристина пыталась быть строгой, но в её голосе слышалось ликование. – Ты на часы смотрела вообще?
– Сама-то что ещё не в постели? – Алиса придерживала телефон плечом и переливала ароматный кофе из турки в большую керамическую чашку. – Я же тебе говорила: сегодня ещё не допишу, времени не будет…
– Но ведь дописала же! – торжествовала невидимая собеседница. – Я знала, что так будет! Ты никогда не откладываешь всё на последний момент! Всегда всё делаешь вовремя – в этом вся ты.
– Это да, – ответила Алиса, сполоснула турку под струёй еле тёплой воды и залезла на высокий стул у барной стойки. Аромат кофе дразнил её – о большой чашке напитка она мечтала последние два часа, но не позволяла себе отвлекаться, пока не дописала книгу.
– Ну молодец, чё, – девушка на том конце провода жадно затянулась сигаретой и закашлялась. – Я скачаю файл себе в телефон и буду читать завтра в студии во время интервью. Меня-то вряд ли будут о чём-то спрашивать, всё же решено. Я нужна тебе только в перерывах – буду следить, чтобы ты не умирала от голода и жажды и выглядела хорошо.
Последние несколько слов Кристина почти промяукала в телефон, и Алиса улыбнулась. Она сильно устала за последнее время. Мысли о завтрашних интервью заставляли её нервничать, но девушке было приятно, что о ней есть кому заботиться. Она сделала глоток кофе и зажмурилась от удовольствия.
– Спасибо, Кристи. Я на тебя рассчитываю.
– Ну да, как всегда, – вздохнула собеседница. – Ты себя совсем не жалеешь… Ты вообще спать собираешься сегодня? Съёмки с самого утра. Выглядеть будешь страшно. А это всё-таки не радио, дорогая. Это правда важно. Нам нужны новые фанаты.
– Выглядеть буду как всегда, – Алиса пожала плечами. – Сейчас допью кофе, сделаю маску и буду ложиться. Обещаю. Во сколько там надо встать?
– Я тебе позвоню, не волнуйся. Можешь даже будильник не ставить – телефон только не выключай.
– Не буду.
– Вот и умница. Давай, делай там свои маски. Чтобы завтра была красавицей.
– Это уж как получится, – Алиса усмехнулась и положила трубку.
Сегодня был длинный день. Бесконечно много дел. Она уже падает с ног от усталости. Ей просто некогда думать, как она выглядит сейчас и как будет выглядеть завтра. В конце концов, там есть гримёры, визажисты, стилисты: снимать будут несколько интервью для разных передач – одно за другим, с небольшими перерывами, – и съёмки займут целый день.
И спать она будет потом два дня подряд, – пообещала себе Алиса. Или три. Вообще беспробудно – не будет вставать даже ради того, чтобы поесть. И телефон отключит.
Девушка медленно сползла со стула, вымыла чашку и потащилась в ванную, чтобы хотя бы принять душ и почистить зубы.
А потом до самого утра – пока не позвонила Кристина – ей снова снился Тим, и в этом сне она была счастлива, как никогда в жизни.
В то чудесное субботнее летнее утро следователь полиции Максим Андреевич Громов прибыл на работу в полицейский участок №48 в отличном расположении духа. Стояла прекрасная погода, и ничто не предвещало особого завала на работе, так что мужчина собирался полистать какое-нибудь из нераскрытых дел: на свежую голову можно было заметить новые детали, что-то вспомнить, что-то сопоставить – и продвинуться в раскрытии безнадёжного «висяка». Громов любил такие тихие дни и возможность спокойной аналитической работы, которая была почти невозможна в будни.
В выходной день сотрудников в участке бывало немного, телефон молчал, а до начала рабочего дня оставалось ещё десять минут, так что Громов открыл окно, не спеша полил цветы на подоконнике из пластмассовой жёлтой лейки, заварил себе большую кружку кофе, включил компьютер и сел за стол в большое удобное кресло.
И только теперь заметил на столе картонную папку-скоросшиватель, которой там прежде не было. Новое дело с ещё не присвоенным номером.
Следователь не успел открыть папку, как зазвонил телефон. Часы показывали ровно 9:00.
– Громов. Слушаю.
– Приветствую, Андреич, – сказала трубка голосом шефа. – Уже на месте?
– Так точно. Готов к работе.
– Вот и славно… Там у тебя новое дело – займись лично. Новый «висяк» нам не нужен. Через неделю общее собрание с отчётом за полгода, а в прошлый раз у нас и так было больше всех «висяков». Так что у меня нет большого желания снова это выслушивать.
– Ну ладно, «висяки» есть, не спорю. Но не так уж и много.
– Ты мне ещё давай посчитай, – Громов так и видел, как скривился шеф. – Резонансные зато. Хватит и одного твоего мартовского бизнесмена – по нему ничего нового?
Следователь вздохнул:
– Ничего. Думаю, и не будет ничего – если до сих пор на заказчика не вышли…
– Вот и я об этом. Так что давай не добавлять нераскрытые дела в наш стол. Свежее расследуй по горячим следам. Времени, как ты понимаешь, не много. Отложи всё остальное и займись этим. На всё про всё даю тебе неделю.
– Неделю, – повторил Громов, открывая папку. – Принял… Так, стоп. Неделю? На убийство?
– Делай, что хочешь. Хоть ясновидицу вызывай. Все карты тебе в руки. Все ресурсы – в разумных пределах. Помощника пришлю. Всё ясно?
– Куда уж яснее, – указание начальства было хуже оскомины.
– Вот и замечательно. В понедельник жду у себя. Хочу услышать твои соображения.
– Понял.
– Я на тебя рассчитываю, Громов, – совсем другим голосом произнёс шеф. – Не подведи.
Итак, убийство… которое на первый взгляд было похоже больше на самоубийство – из окна или балкона 25-этажки на Малиновой, 15 выпал мужчина (или не выпал, а сам выпрыгнул, или кто-то его вытолкал). Худощавый, волосы тёмно-русые, глаза карие, на вид 35-37 лет. Документов при себе нет, телефон выключен и заблокирован. Татуировка в виде инициал А.Н. над сердцем. Полицию около полуночи вызвала женщина, которая обнаружила тело во время прогулки с собакой.
В принципе, уже наличие телефона вызывает вопрос: самоубийцы не прыгают из окон с телефонами в руках. А здесь к тому же рядом с телом была обнаружена обувь – как будто кроссовки выбросили из окна уже следом… или до того. Кроссовки, по всей видимости, принадлежат жертве – размер подошёл… Время смерти около 23:00. В это время на улице уже темно, так что маловероятно, что обнаружатся ещё какие-то свидетели кроме женщины, вызвавшей полицию – но ведь и она не застала само происшествие, так сказать…
Тем не менее, можно было бы закрыть глаза на это и списать всё на самоубийство, но предварительное медицинское заключение было неумолимо: на теле обнаружены следы повреждения тупым твёрдым предметом. Значит, всё-таки убийство. Громов вздохнул. Ну что ж… времени особо не много. Начнём с опроса жителей дома, затем просмотрим записи камеры с подъезда – если она там, конечно, есть… потом…
Интересно: когда шеф собирается назначить ему помощника. Прямо сегодня было бы очень кстати, подумал следователь и посмотрел на часы: время 9:30. Кофе безнадёжно остыл. Громов вылил чашку холодного напитка в горшок с фикусом, стоявшим на полу у окна, и заварил себе новый кофе, но не успел сделать и одного глотка, как в кабинет вдруг без стука быстрым шагом вошла девушка.
В субботу Громов посетителей не ждал – а без предупреждения дежурного тем более. Он посмотрел на девушку – а та, в свою очередь, молча стояла и разглядывала его. Молодая – точно не больше тридцати пяти, длинная цветастая юбка в пол и тонкие запястья в звенящих браслетах. Много разных колец на пальцах – все крупные, броские, с камнями. Небрежно уложенные светлые волосы, чувственные, чуть тронутые розовой помадой, губы, строго сомкнутые чёрные брови – и бездонные синие русалочьи глаза, в которых можно утонуть. Что с ней могло случиться – ограбление, побои, изнасилование? А может, просто шумные соседи?
– Я пришла вам помочь, – просто сказала она.
– Помочь? Мне?
– Не лично вам, конечно, – усмехнулась девушка. – Вообще. Полиции.
– Понятно. И чем же, позвольте вас спросить? – Громов всё ещё стоял напротив незнакомки с кружкой горячего кофе в руках. Покоя сегодняшний день уже не обещал.
– Не предложите даме сесть?
Громов жестом указал девушке на стул у собственного стола, и сам вернулся в своё кресло. Поставил кофе на стол, и, не сводя глаз с посетительницы, поднял трубку и набрал короткий номер.