Ли Литвиненко – Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей (страница 14)

– Надеюсь, в трубе птицы не свили гнездо. Уж очень долго не топилась эта печка, – заметила Зоя. – Тогда придётся лезть на крышу и прочищать дымоход. – От такой перспективы все напряглись и с волнением уставились на огонь. – А домовой ох как не любит такого, – чуть слышно добавила Зоя.

Бёрк с интересом посмотрела на эту странную даже для этого места девушку. Ее немного затуманенные, словно заспанные, глаза всегда смотрели немного мимо, будто Зоя кроме реальности видела еще что-то потустороннее. Или витала в облаках. Бёрк было знакомо такое состояние. После чтения своей книги она часто отправлялась в страну Грез. Туда, где живут сказки, где можно мечтать и забыть о серой реальности.

Словно забоявшись потревожить покой домового, слабые языки пламени нехотя затрепетали на тонких веточках, и скоро словно невидимая сила потянула их вглубь печного жерла. Огонь вспыхнул радостно и ярко, перекинулся на толстые палочки и весело затрещал.

– Все в порядке! – обрадовалась Зоя, и девушки выдохнули. – Сейчас быстро комната просохнет.

Приятное тепло медленно потянулось по воздуху. Пока все с веселыми улыбками смотрели на огонь, Лучана решила проверить постель на мягкость. Отбросила веник и плюхнулась на высокий матрас. Перина зашуршала и немного просела. Непривычно, неудобно. Громко.

– Трава быстро обмякнет, – поспешила успокоить Зоя. – Пару дней, конечно, поколет бока, а потом станет как родная.

– Спасибо, – поблагодарила Лу, оправляя подушку. Та никак не хотела принимать удобную форму и топорщилась неправильным многоугольником. – Никогда не спала на соломенных матрасах. У нас дома все перины пуховые.

– Пуховые?! – засмеялась Зоя. – Забудь. Тут никакого пуха не найдёшь. Только трава и солома.

– А у вас домашней птицы нет?

– Откуда? – развела руками Берта.

– Только в небе утки и журавли, – пожала плечами Зоя.

– И даже кур нет? – уточнила на всякий случай Бёрк.

Она тоже улеглась на свежий тюфяк. В отличие от Лучаны, ее постель очень даже порадовала после гнилых листьев в дупле-то. Просто верх мечтаний. Свежий. Сухой. Безопасный.

– Ни кур, ни кошек, ни собак. Только мыши в стенах, а летом жабы и змеи во дворе, – удрученно вздохнула Зоя. – Может, оно и к лучшему. Чем бы мы стали кур кормить?

– Что-то я не совсем понимаю ваши жалобы. – Лу села и принялась пальцами расчесывать волосы. – Почему сетуете на плохую кормежку? Ведь на вас собирают деньги с людей. Налог специальный есть – я знаю, мы его тоже платили.

– Ты про гнилой налог? – Берта села на пустую постель. – Так там собирают денег много, а сюда доезжает совсем ничего.

– Как так? – глаза Лучаны округлились. – Вам ведь все положено.

– Наивная. Положено… – сварливо передразнила Зоя. – Вами положено, а кем-то забрано.

– Давайте я по порядку расскажу. Вам, как новеньким, полезна будет лекция про наши настоящие дела, – вмешалась Берта. – Обиталища давно, говорят, с самого переселения начали строить. Наши изуродованные моськи будят в людях суеверный страх. Мы как постоянное напоминание о близкой смерти. Вот, мол, поглядите, не сегодня, так завтра явится Красный мор и выкосит вас, независимо от регалий и размера кошелька. Люди боятся, бесятся от беспомощности. Здоровье не купишь, а думать об этом постоянно неприятно. Проклятых всегда боялись, обходили стороной, а потом и вовсе установили закон, по которому они могут жить только за забором в специальных обиталищах. Вот и взялись ссылать нас. Конечно, люди не звери, и законописатели позаботились о нашем быте. На каждую девушку выделяют определенную сумму денег, и от количества переболевших и выживших зависит ежегодный налог, который собирают с населения в определенном месте. Сколько девушек – столько и денег собирают с тех, кто живет на земле, где стоит обиталище. Потому у всех разные налоги, и каждый год они другие – то больше, то меньше. Люди называют это «гнилым налогом» и считают деньги выброшенными на ветер. Никому не хочется отдавать свои кровно заработанные на содержание бесплодной, изувеченной и ненужной никому девушки.

– Да, отец всегда ругался, когда платил, – призналась Лучана.

– А меня, когда сюда везли, все встречные проклинали. Тихо, но столько ненависти в глазах было… – опустив взгляд, рассказала Зоя.

– Мне вслед только плевались, – усмехнулась Берта. – Еще уродкой обзывали.

– Значит, проклинали потом, когда отвернулась, – уверенно заявила Зоя. – Хорошо хоть камни не бросали.

– Они возчиков боятся. – Лучана села, собрала волосы в пучок и заколола его вместо шпильки выдернутой из веника палочкой. – В меня пару штук прилетело, когда город проезжали, так Варди их кнутом… А обзывались по-разному: и уродом, и проклятушкой…

– Девочки говорят, обиталища строят так специально.

– Как? – не поняла Бёрк.

– Криво-косо, – пояснила Берта. – И в местах похуже. Эта обитель, например, стоит на болотах. Тут не один нормальный человек жить не станет. Даже охотники никогда не приходят. Да и живности в округе нет.

– Здесь сам воздух гнилой. Стоячий. И часто воняет, – грустно разъяснила Зоя. – Мы дышим им и чаще болеем.

– Быстрее умираем.

– Правда? – испугано спросила Лучана и обвела девушек недоверчивым взглядом.

Ей совсем не хотелось жить в таком месте.

– Если судить по средней продолжительность жизни в обители…

– Это сколько?

– Где-то пять-шесть лет, – смотря куда-то вдаль, ответила Берта. – И все.

– А сколько тут находишься ты? – Лучана перевела взгляд с Зои на Берту.

– Восемь.

– Ты попала сюда еще ребенком? – Бёрк с жалостью посмотрела Берту. Если это так, то она почти ничего не видела в жизни, кроме этих стен и болота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.