Ли Чайлд – Время свободы (страница 33)

– Если что? Чего вы хотите? Денег? Так в этом проблем не будет. Я достану…

– Нет, не денег. Информации. В вашей «Минерве» с бухгалтерией происходит что-то странное. И я хочу знать, что именно.

Парень вытаращил глаза:

– С бухгалтерией? Я об этом ничего не знаю. Откуда?

Ричер какое-то время довольно внимательно смотрел парню в глаза. За долгие годы он приобрел неплохой навык чувствовать, когда люди говорят правду, а когда нет. Как правило, искренность в людях он поощрял. Но в данном случае честный ответ сильно разочаровал Ричера. Значит, от этого парня пользы не будет. Пришлось дать ему кулаком в морду и наблюдать, как он без чувств валится на землю.

– Это было так необходимо? – спросила Ханна, уперев руки в боки. – Ведь он уже был не опасен. Пистолет же ты у него отобрал.

– А если у него кобура с запасным пистолетом на ноге? Что скажешь? И ножик в носке?

– Еще один пистолет? И нож тоже?

– Вполне возможно. Будешь ждать да гадать, есть или нет, – окажешься на земле. И больше не встанешь. Эти ребята работают в одной команде с людьми, которые убили Сэма. И Анжелу тоже. И они привели нас сюда не затем, чтобы угостить кофе с булочками.

Ханна молчала больше минуты, а потом подошла поближе к громиле, которого Ричер вырубил первым.

– Он что, мертвый? – спросила она.

– Думаю, вполне мог сломать себе шею, – пожал Ричер плечами.

– И тебе наплевать?

– А разве не наплевать, когда раздавишь таракана?

– Но он ведь не таракан.

– Нет, конечно. Он гораздо хуже. Он человек. И у него есть право выбора.

– А знаешь, ты, пожалуй, прав.

Ханна сделала еще шаг и пнула парня по ребрам.

– Он сам это выбрал, – процедила она. – Стал работать на тех, кому понадобилось умертвить Сэма. Они ведь не просто убили его. Убить можно и случайно. А они намеренно отняли у него жизнь. Ради какой-то там своей выгоды. Сволочи и козлы. О, как я их ненавижу! Надо достать их всех до единого.

– А я разве спорю?

– Вот и хорошо. Что делаем дальше?

Глава 26

Проблема состояла в том, как найти золотую середину.

Эта проблема возникла потому, что завтра за церемонией будут наблюдать две категории зрителей. Одни явятся лично. Другие станут смотреть удаленно. По телевизору. Или по Интернету. Как вести себя, чтобы хорошо выглядеть в глазах обеих групп? Если держаться излишне статично, то пришедшая на шоу публика будет недовольна: мол, он ведет себя чересчур скованно, словно перед зрителями не человек, а деревянная кукла. А если дать волю эмоциям, скажут, что на экране какой-то маньяк. И чтобы он все время был в кадре, операторам придется резко переводить камеры то в одну, то в другую сторону. Сам он будет похож на припадочного. Хотя никто не говорил ему правды прямо в лицо – все то и дело твердили, что его речь была настоящим триумфом, – Бруно Хикс считал, что именно так и случилось в прошлый раз, когда выпускали на свободу невиновного человека. И все потому, что он слишком увлекся. Он словно подпитывался энергией своей аудитории. Буквально всасывал ее всем своим существом. И переборщил. Как и на всяком большом празднике, в те минуты ему было очень хорошо. Но последствия оказались совсем не такими веселыми. А благодаря «Ютубу» с его лайками именно последствия будут жить в Сети вечно.

Значит, надо лучше готовиться – и проблема решится сама собой. Хикс это прекрасно знал. Он уже выучил все свои слова: они у него от зубов отскакивали. Поработал на славу, и прекрасно справится. Он нисколько в этом не сомневался. Просто нужно как следует отрепетировать подачу материала. И одним выстрелом убить сразу двух зайцев. Одного живого, другого виртуального. Задача, конечно, непростая. Но он разработал новую систему. Этакий микс старой и новой технологий. Начал с того, что попросил ремонтных рабочих тюрьмы установить на одной из стен конференц-зала огромные зеркала. А в противоположном конце приказал построить макет сцены. Потом велел доставить две маленькие видеокамеры. Они были специально сделаны для тех, кто занимается активными видами спорта. Такими, как слалом, гонки на горных велосипедах или на каяках. Хиксу было наплевать на ударопрочность камер. Его нисколько не интересовали их характеристики касательно использования под водой. Но одну особенность этих устройств он считал крайне необходимой. Они приводились в действие голосом. Первую камеру он установил на обычный штатив сбоку и направил на зеркало, чтобы она показала, каким его увидят собравшиеся зрители. А вторую закрепил на мини-штативе, расположенном у него на трибуне. Она была направлена прямо ему в лицо. На короткую стрижку, какая обычно бывает у дикторов новостей. План его был таков: он подает голосом команду на запись, обе камеры включаются одновременно. Несколько раз воспроизводит свою речь, примеряя разные улыбки, жесты и телодвижения. Потом выводит отснятый обеими камерами материал на экран компьютера и выбирает наилучшую комбинацию.

Для этой работы Хикс выделил в своем ежедневнике два часа. Сказал своему помощнику, что беспокоить его можно только в том случае, если тюрьму закроют на карантин. А сам поднялся на свою репетиционную трибуну. Включил обе камеры. И уже собирался начать запись. И тут вдруг дверь конференц-зала распахнулась.

Хикс повернулся.

– В чем дело?! – заорал он.

В помещение вошел Деймон Брокман. Остановился, стараясь держаться подальше от сцены, и сказал:

– Ты оказался прав.

– Конечно, я был прав, – отозвался Хикс, еще раз заглянул в объектив камеры, стоящей на трибуне, раскрыл было рот. Немного помолчал. – Это ты насчет чего? – спросил он наконец.

– Насчет бродяги из Колорадо. Этого Ричера. Он пытался явиться сюда к нам.

– Пытался?

– Его засекли наши парни на двадцатом шоссе, на стоянке грузовиков.

– Они взяли его?

– Они его идентифицировали.

– То есть они его видели. Но я спрашиваю: они его взяли?

– Прислали его фотографию, но с тех пор пока молчат. Думаю, продолжают скрытую слежку и ждут указаний. Я послал им на помощь Гарольда.

– Гарольда?

– Гарольда Кина. По прозвищу Малыш. Если увидишь, сразу его узнаешь. Он служит у нас уже десять лет. Мы привезли его из Атланты. Ростом шесть футов, шесть дюймов. Триста фунтов чистого веса. Сплошные мышцы. Когда работал в системе штата Джорджия, два года подряд брал серебро на конкурсе «Самый сильный человек Америки».

– Всего лишь серебро?

– Бруно, сделай одолжение, не говори ему этого в лицо.

– Неужто такой обидчивый? Ну хорошо. Но чтобы добраться туда, ему потребуется некоторое время. Пошли еще ребят из «Мегамарта». Перекресток с шестьдесят первой намного ближе.

– Будет сделано.

– И кстати, парней с автостанции в Джексоне можно уже убрать. Сейчас им там больше делать нечего.

– Пошлю текстовое сообщение. Напишу что и как. А как насчет наших ребят возле стройки на восемьдесят седьмой?

– Пока оставь. На всякий случай. Пока не узнаем наверняка, что Ричер в наших руках.

– Понял.

– Отлично. Иди посылай свои сообщения. А потом возвращайся. Хочешь посмотреть, как я репетирую завтрашнее выступление?

– С огромным удовольствием, ты же знаешь. Но у меня куча других дел. С ума сойти, просто черт голову сломит. Предложение, конечно, заманчивое, но, увы, к моему огромному сожалению, придется от него отказаться.

Дальше Ричер удостоверился в том, что тот, кого он вырубил первым, еще жив.

Да, действительно. Пульс был. Частый и слабый, но явно прощупывался. Никаких эмоций Ричер на этот счет не испытывал. У него были чисто практические соображения. Ему необходимо было знать, мусор ли перед ним, от которого надо избавиться, или противник, которого следует опасаться.

Пистолеты лежащих без сознания парней Ричер взял себе. Нашел их мобильники, раздавил каблуком, а остатки выбросил за забор. Потом велел Ханне проверить карманы громил. Особых сюрпризов там не обнаружилось. У каждого – бумажник с пластиковой картой, водительское удостоверение, а также удостоверение работника исправительного учреждения «Минерва». У одного оказалось сорок долларов двумя двадцатками. У другого шестьдесят. Все эти денежки Ричер тоже прибрал к рукам. Надо же чем-то платить за новую одежду. И ключ от автомобиля пригодится. На массивной пластиковой головке красовался логотип компании «Меркьюри»; на кольце также болтался пульт дистанционного управления.

Затем Ричер стащил с обоих парней ботинки. Выбросил за забор. Туда же последовали и джинсы с футболками. Потом он стянул со своих жертв носки. Толстые. И сверхпрочные. Такие надевают в дальний поход или для занятий активными видами спорта. Носки оказались слегка сырыми. Не обращая на это внимания, Ричер попробовал один из них на крепость. Растянул, чтобы посмотреть, насколько он вытянется. И не порвется ли. Вытянулся не так сильно, но не порвался. На безрыбье и рак рыба, подумал Ричер, и связал носками руки за спиной и щиколотки громил – пусть ребята полежат тут подольше. Потом подтащил обоих поближе к забору, чтобы тех обнаружили как можно позже. Он уже собирался оставить их там, как вдруг в голове у него мелькнула другая мысль.

– Ханна! – позвал он. – Пойдем-ка со мной, на минутку.

Ричер повел ее к расположенной неподалеку стоянке. Один из автобусов уже ушел, остальные продолжали стоять в аккуратной шеренге. Пассажиров не было видно. Водителей тоже. Как и прохожих. Ричер попросил Ханну постоять на карауле, а сам попробовал открыть багажные отделения ближайшего автобуса. Их было по три с каждой стороны, в самом низу. Все заперты. Он направился к следующему автобусу. И в нем все люки были закрыты. То же самое и в третьем. Но вот четвертый автобус оказался более старой модели. Судя по номерам, он прибыл сюда аж из Британской Колумбии, что в Канаде. И первый же из люков открылся легко, без особых усилий. Ричер оставил его распахнутым. Поспешил обратно к зданию. Подхватил качка, пребывающего в отключке. Закинул его на плечо. Донес до автобуса. Сунул в грузовой отсек. Сбегал за вторым громилой. Разместил его рядышком с первым. Захлопнул люк. Прижал его коленом. Рванул рукоятку люка на себя. С силой покрутил ее вправо-влево, пока механизм не сломался и ручка не оторвалась, оставшись у него в руке. То же самое он сделал и с остальными пятью ручками. Покидал их через забор. И зашагал обратно ко входу в здание.