Ли Чайлд – Время свободы (страница 35)

– Почему?

– Он любил повторять: «Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, значит это неправда». Например, что касается зарплаты – в «Минерве» платят на двадцать пять процентов выше среднего показателя этой отрасли в мире. И лезут из кожи вон, лишь бы весь свет знал об этом. А сами между тем строго следят, чтобы никто не получал сверхурочных.

– А где…

– Погоди-ка! У меня есть идея. А что, если этот Бегович на самом деле вовсе не является невиновным? Что, если он сам заплатил «Минерве» за помощь в оформлении апелляции? Или заплатили его родственники? А в «Минерве» постарались в своих бухгалтерских книгах эти денежки отмыть. Но получилось не вполне идеально. И Анжела там что-то нарыла.

– Если это грязные деньги, зачем их вообще оформлять в бумагах? Не лучше ли взять наличными?

Ханна вздохнула:

– Понимаешь, такой вопрос может задать только тот, кто никогда не покупал, скажем, дом. Или машину. Или даже лишние штаны. Куча наличных денег – это всегда настораживает. Очень большой риск. Ребята из налоговой службы всегда начеку, в любую дырку залезут, по ночам станут сниться. Нет. В этом наверняка что-то есть. И тебя явно не стоит отпускать одного. Значит, сделаем так. Я еду с тобой. Но пока ты будешь там ослаблять противника и прочее, я буду сидеть в отеле. Пороюсь в прошлом этого Беговича. Узнаю все, что можно, про его приговор. И про эту апелляцию. На каких основаниях она была подана. Почему это длилось так долго. Может быть, поговорю кое с кем из знакомых Сэма. Постараюсь накопать новую информацию, разузнать даже сплетни в этой отрасли. Надо выяснить, что там у них творится на самом деле.

Глава 27

Джед Стармер притаился на корточках между двумя мусорными баками в переулке с другой стороны здания автостанции. В ушах у него до сих пор звенели четыре слова: «Я сотрудник правоохранительных органов».

Голос того человека звучал слегка приглушенно, поскольку Джед лежал на полу автомобиля, но он не сомневался, что услышал именно эти слова. Правда, Джед точно не понял, в каких именно правоохранительных органах служил тот мужчина. На нем не было соответствующей униформы. Как и на его напарнике. Поэтому Джед подумал, что оба, должно быть, агенты сыскной полиции. Или агенты ФБР. В общем, важные шишки. Впрочем, где они служили, его мало волновало. И в каком они звании – тоже. В тот момент Джед просто обрадовался их появлению. Он понятия не имел, чего от него хотели те не слишком опрятные ребята, но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить: ничего хорошего от них не жди.

Да, Джед обрадовался, когда появились эти самые сотрудники, но вместе с тем испугался. А вдруг они ищут именно его? Судя по тому, что он успел услышать, сомневаться в этом не приходилось. Наверное, тот парень из первого автобуса все-таки позвонил в полицию. Сразу после завтрака в Далласе. Он ведь во время завтрака доставал Джеда, чтобы тот обратился в полицию. А когда Джед не раздумывая отказался, видно, решил взять дело в свои руки. Значит, Джеду придется менять свои планы. Он ведь собирался на этой автостанции выспаться, а утром продолжить путь до Уинсона. Теперь оставаться в городе слишком рискованно. Да еще в таком месте, где всегда много народу. Надо куда-то спрятаться. Другого варианта у него нет. Надо срочно отсюда смыться. Немедленно.

Оставив Ханне атлас автомобильных дорог, один из трофейных пистолетов и кофе, Ричер вернулся в главное здание, чтобы переодеться. После этого план его действий был прост. Он отправится к расположенному неподалеку перекрестку, отыщет следующую парочку ребят из «Минервы», и они получат от него то, на что сами напрашивались.

По крайней мере, так ему поначалу казалось.

Скорее всего, они будут искать его в проезжающих мимо машинах или на обочине дороги, когда он станет ловить попутку. Если заметят его в автомобиле, то ситуация может принять сложный оборот. Остановить его сразу они не смогут из-за всей этой канители с идентификацией. Ведь надо его сфотографировать, выслать фото тем ребятам, которые видели его в Колорадо, а потом ждать от них ответа. Поэтому у них будет два варианта. Они могут поехать за ним и перехватить его, когда его личность будет подтверждена. Или же оставаться на месте и послать сообщение своим коллегам, сидящим в засаде на окраине Уинсона. Ни один из этих вариантов Ричера не устраивал. Вынуждать водителя остановить машину, несущуюся на скорости, да еще при интенсивном движении, довольно опасно. Слишком высока вероятность получения увечий. Возможно, даже со смертельным исходом. Возможно, с участием других автомобилей, где едут ни в чем не повинные граждане, как водители, так и пассажиры. А если его преследователи пошлют информацию по цепочке, немедленной помощи тоже вряд ли дождутся. К тому времени Ричер будет уже за много миль отсюда и без связи, и когда прибудет в город, это обстоятельство лишь усложнит ему жизнь. Поэтому верным шагом было оставаться там, где сидящие в засаде надеются его увидеть, стоять и пытаться поймать попутку, выставив руку с поднятым вверх большим пальцем и надеясь, что нормальные автомобилисты в его компании не нуждаются.

Если смотреть сверху, то эта развязка магистралей напоминала заглавную букву А с изогнутой перекладиной и основными линиями, расходящимися под углом сорок пять градусов. Одна сторона «буквы» была образована отрезком скоростного шоссе I-20, которое после пересечения с рекой немного отклонялось к северо-востоку. Другая сторона, то есть US-61, шла параллельно направлению север – юг. Поперечная перекладина представляла собой идущий под уклон транспортный съезд, одна полоса которого соединяла 20-е с восточной стороны и 61-е с южной, а вторая – 61-е с северной стороны и 20-е с западной. Другой важной частью этой картины было пространство, расположенное ниже перекладины. Его занимал огромный гипермаркет. На карте не было указано, к какой именно сети он принадлежал и что в нем продавалось. Впрочем, Ричера это и не интересовало. Для него имела значение лишь удобно расположенная стоянка автомобилей.

План у него был проще простого. Ханна остановит машину на обочине, сразу перед полосой съезда, идущей с востока на юг. Здесь Ричер выйдет из кабины. Ханна поедет дальше по 20-му шоссе в сторону Джексона – на тот случай, если за ними уже наблюдают. На следующем перекрестке она покинет скоростную трассу и объедет вокруг здания универмага. Поставит грузовичок на стоянке и станет ждать. Ребята из «Минервы» заметят Ричера. Попытаются его сфотографировать и задержать либо на обочине дороги, либо уже в автомобиле. Примерно с таким же успехом, как и их коллеги на стоянке грузовиков. А когда они уже будут тихонько лежать без движения и без сознания, Ричер по съезду спустится вниз, доберется до универмага и встретится с Ханной.

Что и говорить, план, конечно, простой. Но все пошло наперекосяк, еще даже и не начавшись.

Ричер выбросил старую одежду в мусорный бак и двинулся обратно к грузовику. Подошел, открыл дверцу, но сесть не смог. Потому что пассажирское сиденье было уже занято. Там сидел молодой человек лет двадцати пяти, в майке какого-то европейского футбольного клуба, в джинсах и мотоциклетных ботинках. Волосы на висках подстрижены коротко, на макушке подлиннее. Бородка клинышком. А в руке пистолет. В левой руке. Желтовато-коричневый «Зиг P320». Держал он его твердой хваткой, и ствол был нацелен Ричеру прямо посередине груди.

Ричер схватил стрелка за запястье и потащил на себя, пока предплечье его не оказалось на нужном расстоянии от дверной рамы грузовика. Потом толкнул обратно, прижав к стойке между окнами. Развернул так, чтобы ствол смотрел в землю. И наконец захлопнул дверцу. Использовав при этом весь свой вес. Молодой человек пронзительно взвизгнул. Пистолет из его пальцев выпал. С лязгом ударился о ступеньку грузовика и отскочил под стоящую рядом машину. Ричер почувствовал, что рука парня обмякла. Услышал треск ломающихся костей. Тогда он снова распахнул дверцу. Голова парня безвольно откинулась на спинку сиденья. На позеленевшем лице выступили крупные капли пота. Ричер отвел назад правую руку. Сжал пальцы в кулак. Шея молодого человека была открыта. Достаточно было лишь одного удара.

– Стой!

Чей-то голос донесся с заднего сиденья. Там сидел еще один. Примерно того же возраста и телосложения, что и первый, которому Ричер сломал руку. В простой черной футболке. Бритоголовый. Сидел прямо за спиной Ханны. Наклонившись вперед. И прижимая к ее затылку ствол револьвера.

Ханна сидела очень прямо и была так напряжена, будто пыталась подняться в воздух. Руки вытянуты вперед. Пальцы вцепились в рулевое колесо. Костяшки побелели. Она уставилась в пространство перед собой, на лице застыла гримаса, какая бывает у родителей, обнаруживших, что их дети-подростки устроили в гостиной оргию.

В лапище этого второго пистолет казался совсем крохотным. «Рюгер LCR». Под патрон 22-го калибра. «Наверное, достал из кобуры на ноге», – подумал Ричер. На расстоянии от такого толку мало. В качестве основного оружия его почти не применяют. Но на близкой дистанции оно более чем приемлемое. А в сложившейся ситуации вещь просто идеальная. Если стрелок выберет правильный угол, вполне возможно, что пуля не пробьет Ханне череп насквозь. Останется в голове, повредив мозг, и, потеряв запас кинетической энергии, застрянет в образовавшейся кашице. То есть и кровь, и масса мозга останутся внутри, брызги не запачкают ветровое стекло, и никто снаружи ничего не заметит. А если пуля все-таки вылетит наружу, то ей все равно не хватит энергии, чтобы пробить стальную крышу грузовика. И все будет шито-крыто, на что и рассчитывал этот тип. Хотя, когда на кону стоит жизнь напарника, он, возможно, не станет слишком заботиться об аккуратности.