Ли Чайлд – Время свободы (страница 26)

– Конечно, – ответил Ричер. – В шесть утра вас устроит?

– Нормально. Спокойной ночи.

В держателе, сделанном из лошадиных подков, Ричер взял газету и, не прекращая еды, стал читать. Съел свою порцию. Потом умял и почти нетронутую порцию Ханны. Допил кофе, попросил налить еще. Оставил на столе деньги за обе порции плюс чаевые и двинулся к выходу.

Четыре остановки между Эль-Пасо и Далласом были совсем короткими. Как раз, чтобы выпустить тех, кто приехал, и впустить новых пассажиров. Три последующие оказались подольше. Каждая двадцать минут. Или даже двадцать пять. Вполне достаточно, чтобы размять затекшие ноги, а для тех, кто проголодался, – перекусить.

Но Джед Стармер на всех остановках, и коротких и долгих, кресла не покидал. На уме у него сейчас было одно. Полицейские. Они проверяли пассажиров автобуса в Эль-Пасо. С его фотографией. Эту фотографию полиции мог предоставить только один человек во всем мире. И только один человек мог позвонить на номер 911. Его приемная мать. Это она сообщила полиции о том, что он пропал. Или же заявила, что он оказался вором. Значит, она о нем беспокоится. Или ужасно на него злится. Но Джед прекрасно понимал, на какой вариант из двух он бы поставил. А также знал, что повод, заставивший ее позвонить, сейчас не имеет никакого значения. Главное – какие меры предпримет сейчас полиция. Они могут допустить, что если на остановке в Эль-Пасо его в автобусе не оказалось, значит его там не было вообще. То есть они в тупике. И в таком случае ему ничего не угрожает. По крайней мере, какое-то время. Но не исключено, что полицейские будут продолжать розыски дальше. До самого конца маршрута. И в таком случае он обречен.

О дальнейших планах полиции Джед не знал. И чувство неизвестности жгло его душу. Всякий раз, когда автобус останавливался, его охватывал страх. Даже если задерживался на перекрестке. Даже если просто стоял в вечерней пробке. Перед внутренним взором Джеда сразу возникала картина: открывается дверь. По ступенькам, громко топая, поднимается полицейский. Идет по проходу. Светит фонариком в лицо каждому пассажиру. Не важно, спит ли тот или нет. Сравнивает его лицо с фотографией. Старой фотографией Джеда. А ведь за последние пять лет внешность его изменилась. Так ему казалось. Он очень на это надеялся. Впрочем, он и не обольщался особенно. Ведь тот парень с заднего сиденья уловил же сходство. Нет, полицейские уж его не пропустят. Их этому специально обучали. Обязательно опознают. И тут же схватят. Выволокут из автобуса. И отправят обратно в Лос-Анджелес. К приемной матери. А то и в тюрьму.

Автобус, как и положено по расписанию, останавливался семь раз. Семь раз открывалась дверь. Три раза кто-то поднимался по ступенькам. Но всякий раз это были только новые пассажиры. И никаких полицейских. А это означало одно: полиция больше его не ищет.

Иначе они давно его поджидали бы, когда автобус останавливался в Далласе.

В четверг будильник Льва Эмерсона зазвенел без пятнадцати три ночи.

Собственно, это был не звонок, а мелодия из сюиты Генделя «Музыка фейерверка». Очень громкая. Эмерсон поскорее выключил ее. Минуту лежал в темноте неподвижно, собираясь с мыслями. Он спал на диване, стоящем в углу офиса на его складе в Чикаго. Вдыхая запах грубой, истертой кожи дивана, он чувствовал себя здесь как дома. Ощущая щекой старую, застиранную наволочку на потрепанной подушке. За много лет он провел здесь столько ночей, что и не сосчитать. Женатые мужчины спят вдали от супружеской постели по многим причинам, но в данном случае ни одна из них не подходила. Сделать это его заставила не размолвка с женой. Не пьянство, из-за которого стыдно было появиться дома. Не стойкий запах духов другой женщины. Эмерсон решил остаться здесь и не для того, чтобы ширнуться или в одиночестве посмотреть порно. А ночевал он здесь потому, что такая уж у него была работа.

Когда человек, имеющий постоянную работу, собирается в дальнюю командировку и на следующее утро ему назначена деловая встреча в другом городе, надо выехать накануне вечером. Ночь провести в приличном отеле. Как следует позавтракать. И явиться на встречу с ясным взором, в котором светится готовность немедленно взяться за дело. Но такое положение дел устраивало кого угодно, только не Эмерсона. Тем более что ему нужно везти с собой свои орудия труда. Лететь в самолете с ними никак нельзя. Их обязательно надо перевозить автотранспортом. В специально оборудованном фургоне. И Эмерсон чертовски не любил оставлять такой фургон на общей автомобильной стоянке. Где какой-нибудь идиот может случайно в него врезаться. Или попытается угнать. А вдруг ему в голову взбредет поинтересоваться: что там такое лежит? А это значит, надо тщательно рассчитывать время пути. Ставить будильник. Чтобы вовремя проснуться, встать и уехать, не важно, насколько рано.

По мере того как развивался бизнес, рос объем работ, связанных с ранними подъемами и выездами, и Эмерсон подбирал для этого все новых людей. Но только тех, кому всецело доверял. Однако иногда он был не прочь и сам выполнить какую-нибудь тяжелую работенку. Особенно когда она носила личный характер. А учитывая то, что его ребята в данный момент находились в Нью-Джерси и наблюдали за судном, бросившим якорь в двенадцати милях от берега, выбора у него не было. Ведь все зависело от него. И от Грэбера, спящего в соседнем складском помещении. Эмерсон проворно скатился с дивана. Подошел к своему верстаку и включил небольшую кофеварку. Перед тем как отправиться в путь, хорошая порция кофеина им обоим сейчас не помешает.

В Далласе Джед Стармер никогда не был, но, когда увидел вдали скопление высоких и узких, сияющих под солнцем зданий, среди которых одно было похоже на насаженный на палку мяч для игры в гольф[10], он понял, что они уже подъезжают.

Джед пристально всматривался в окно автобуса. Он находился в состоянии повышенной готовности: не видно ли где красно-синих мигалок? Патрульных полицейских машин. Автомобилей с детективами и инспекторами. Пешего патруля. Словом, всех тех, которые его ищут. Но видел витрины магазинов. Офисы. Вывески ресторанов и баров. Отелей. Здания государственных учреждений. Широкую пешеходную площадь. Памятник убитому президенту. Каких-то бездомных, приютившихся на обочине. Но ничего похожего на представителей правоохранительных органов. Насколько можно было об этом судить.

То есть одно из двух: либо они его не ищут, либо же затаились и ждут его где-то в районе автовокзала.

Джеду казалось, что автобус бесконечно долго пробирается по улицам огромного города. Он вздрагивал при виде любого автомобиля. Любого прохожего. Но никто не обращал на него никакого внимания. Тем не менее, когда водитель сделал последний поворот и въехал на территорию автостанции, Джед вжался в кресло. Последнее, что он увидел, была рекламная вывеска, на которой было написано: «Техасский тюремный челнок». Он никогда ни о чем подобном в жизни не слышал, и сама идея его расстроила. Он ведь и сам вот-вот может попасть в тюрьму, даже очень скоро, и, если в конце концов окажется за решеткой, к нему на свидание никто и никогда не придет – он хорошо это понимал. Какая разница, есть здесь удобный транспорт, идущий прямо до тюрьмы, или нет его. Для него это будет не важно.

Водитель аккуратно остановил автобус в отведенном для этого рейса месте и включил освещение в салоне. Кое-кто из пассажиров недовольно заворчал, кто-то застонал, натянул одеяло на лицо. Другие выбрались из кресел, стали потягиваться. Двинулись по проходу к двери. Джед оставался на месте. Ах, если бы иметь возможность стать невидимкой, он бы сразу этим воспользовался! Вместо этого пришлось опустить голову и осторожно выглядывать в щель между спинками кресел. Он внимательно наблюдал за тем, что происходит в передней части автобуса. Не поднимается ли кто по ступенькам. Не заходит ли кто в салон. Нет, пока никого. Никаких новых пассажиров. Никаких полицейских. Но надо еще подождать. Автобус, на который ему надо пересесть, отходит только через час пять минут. Времени много, а за ним в любой момент может явиться целый отряд копов.

– Эй, дружище! – услышал он, и рядом с ним на сиденье шлепнулся парень, что ехал сзади. – Спасибо, что подождал. Проголодался? Пошли. Самое время угостить меня завтраком. Ведь ты обещал.

Джед остановился перед входом в здание вокзала и заглянул внутрь. Увидел просторный прямоугольный зал с выложенным серыми плитками полом и с куполообразным потолком. Все заведения, предлагающие блага современной цивилизации, были расположены по периметру. Одна сторона занята билетными кассами, которые по причине раннего утра были еще закрыты. Здесь же стояли выстроившиеся в ряд автоматы по продаже билетов. Имелись также автоматы по продаже снеков и напитков. На пластмассовых стульях красного цвета кое-где спали люди. А за ними располагалась секция, которая интересовала нового друга Джеда. Здесь были лотки, где продавалась еда. Всего два. На одном можно было купить только пиццу. На другом – полный ассортимент самого разного фастфуда.

Копов было не видно. Пока.

Джед намеревался перекусить лишь самую малость. Ему очень не хотелось долго здесь оставаться: место открытое, ты как на ладони. И тратить много денег тоже очень не хотелось. Чем меньше, тем лучше. Впереди предстоит еще много расходов. Он это хорошо понимал. Но потом стал читать меню. Почуял запах ветчины. А также сосисок. И жареной картошки. И все благие намерения его куда-то сразу испарились. С самого Лос-Анджелеса у него во рту маковой росинки не было. Он был так голоден, что коленки дрожали. Ничего не мог поделать с собой. Заказал огромный бургер «Белли Бастер делюкс», в котором содержалось довольно много всего, что можно приготовить на масле, плюс луковые колечки в кляре, а также колу. Парень, ехавший в задней части автобуса, попросил то же самое. Кассирша продублировала заказ торчащему у нее за спиной повару и подвинулась к кассе. Несколько раз ткнула куда-то там пальцем и назвала общую сумму. Джед уже успел ее подсчитать в уме. И даже прикинул, сколько у него останется, учитывая налог и минимально приемлемые чаевые.