Ли Чайлд – Время свободы (страница 18)

Ричер промолчал.

– О боже, – проговорила Ханна, медленно закрывая крышку ноутбука. – Неужели… Думаете, его тоже убили? Как Анжелу? Быть того не может.

– Анжела была убита, когда она шла к нему на свидание. Тайное свидание. Возможно, для того, чтобы показать ему кое-какие улики, кого-то компрометирующие. Даже если Сэм поверил бы в то, что она сама покончила с собой, он читал электронные письма Анжелы. И знал: тут что-то не так. Знал, какого рода информацию она ему хочет показать. Значит, он тоже был для кого-то опасен, и его надо было убрать.

– Да нет же. Причина его смерти совершенно естественная. Не забывайте, что я его видела. Это я его обнаружила.

– Сердечный приступ легко подстроить. Для этого существуют специальные препараты.

– Только не в его случае. Знаете, что в этом было самое печальное? Когда я его увидела, то даже не удивилась.

– Мне говорили, что он был здоров как бык. И Хэрвуд сказал, что он был в прекрасной спортивной форме.

– Да, он много тренировался. Даже слишком, если начистоту. Так он боролся со стрессами. Но насчет здоровья… оно у Сэма было не очень.

– У него бывали стрессы?

– Работа у него была напряженная, нервная.

– Но он проработал уже тридцать лет.

– И стрессы становились все сильнее.

– Почему?

– Я не знаю.

– Новый начальник? Сокращения? Ситуации с нарушением дисциплины?

– Да нет, это все не то. У него просто… были неприятности. Он мне об этом не рассказывал, но я-то его знаю. Знала. У меня были свои приметы. Плохо питался. Плохо спал. Слишком много тренировался. Слишком тяжелые нагрузки. Мне бы надо было больше за ним следить… помогать. Рано или поздно с сердцем должно было что-то случиться, и я это предчувствовала.

– Значит, у него бывали нервные стрессы. Чаще, чем обычно. Но какое отношение это имеет к исчезновению электронной почты Анжелы?

– Возможно, кто-то сделал это удаленно, как вы говорили. – Ханна помолчала секунду, потом нахмурилась. – Погодите. В понедельник вечером Сэм обедал у меня. И я старалась уговорить его поесть как следует. Но не получилось. Он поковырялся в тарелке, а потом вдруг сорвался с места и пошел к себе. Тренироваться. Опять. А чем ему еще заниматься? Я, конечно, немного расстроилась, но все равно поцеловала его на ночь, я всегда так делала. Уже на пороге. А потом я вроде как заметила какую-то машину через дорогу… кажется. Ну да. Помню, я еще подумала, что это, наверное, такси кого-нибудь ждет, хотя странно было – огни у нее были погашены.

– Какого цвета машина?

– Вроде какая-то темная. Кажется, черная.

– Какой марки? Какая модель?

– Даже не знаю… Там было плохо видно, и грузовичок Сэма мешал.

Ричер немного подумал. Дождь в то утро не шел. И предыдущий день был без осадков. Но что там было в понедельник ночью, неизвестно. Днем-то, когда он вошел в город, погода просто радовала. А тот вечер он провел с Александрой. У нее в квартире. Ему было не до погоды. И все-таки, если автомобиль какое-то время стоял на месте, мог остаться след от колес. Стоит взглянуть.

– Пойдемте. Покажете, где стояла машина.

Когда Ричер вслед за Ханной вышел на улицу, ярко светило полуденное солнце. Было тепло, в воздухе витали ароматы растений в горшках и вазонах, расставленных вокруг дома. Теней почти не было. И земля казалась абсолютно сухой. Несмотря на пыль, следов от обуви не наблюдалось. Как и следов автомобильных шин. Да и какие могут быть следы при такой погоде?

Ханна прошла до противоположной стены. Остановилась под тем местом, где из кирпичной кладки выходила труба. Пластиковая, дюйма три в диаметре, она вертикально заглублялась в грунт. Септик, догадался Ричер. Идет из прачечной, кухни или из туалета.

– Машина стояла вот здесь, – сказала Ханна. – Возле этой трубы. С этой стороны. То есть задом к двери Сэма. Сидящий в машине просто не мог бы наблюдать за его квартирой.

Ричер подошел к ней поближе. Вообще-то, у всякого автомобиля имеются зеркала, подумал он. А тот тип, что толкнул Анжелу под автобус, судя по всему, человек был опытный. Как и его дружок, сидевший за рулем. Да и те двое, с которыми Ричер встретился в отеле «Ананас», тоже ребята не промах. Они прекрасно понимают, как в их деле важно быть осмотрительным. Ричер уже хотел сказать об этом вслух, как вдруг на земле, возле ног Ханны, кое-что заметил. Темноватое пятно. Оно выделялось на земле не очень сильно. Просто было другого оттенка. Но вполне различимое. Пятно расходилось веером от основания трубы, образуя полукруг около трех футов в диаметре и становясь бледнее по мере удаления от нее. Должно быть, труба где-то протекает. Не существенно. Недостаточно, чтобы земля превратилась в грязь. Запаха нечистот или химикатов не чувствуется. Словом, ничего такого, чтобы требовался срочный ремонт.

Ричер присел и стал внимательно разглядывать влажный участок земли. Тот был в основном плоским, но не вполне ровным. На поверхности осталось много следов, видимо оставленных мелкими камешками, которые мог приносить и ветер. Но наряду с этими, вполне естественными, следами Ричер заметил-таки кое-что, имеющее более правильную форму. Отпечаток слабый, но однозначно читаемый. След протектора автомобильной шины. Широкий, как у седана с высокими ходовыми характеристиками.

– Вы не смогли бы это сфотографировать? – Ричер указал на отпечаток.

Ханна достала мобильник и сделала несколько снимков.

– Вы серьезно думаете, что кто-то за нами следил?

– Пока рано говорить об этом наверняка.

Несмотря на жаркое солнце, Ханна задрожала:

– Господи, я же их видела. Видела эту машину. И если они… тогда они… бедный Сэм.

– Несколько дней вам хорошо бы пожить где-нибудь в другом месте. У вас есть поблизости родственники? Или друзья?

– Нет. Я осталась здесь одна. Сниму номер в отеле.

– Лучше в другом городе.

– Это уж слишком, – вздохнула Ханна. – Нет. Со мной все будет в порядке. Думаю, надо взять с собой кое-какие вещи. А что вы собираетесь делать?

– Поговорить с Хэрвудом. Пусть пришлет сюда своих спецов.

Ханна направилась было к дому, но вдруг остановилась.

– Черт возьми! – воскликнула она. – Посмотрите сюда.

– Что такое?

– Почтовый ящик Сэма.

Она указала туда, где рядом с парковочным местом на столбе висел почтовый ящик. Простенькая штамповка из гофрированной стали, выкрашенная такой же красной краской, как и грузовик.

– Что с ним не так?

– Не закрыт, как надо.

Ханна оказалась права. Козырек ящика был слегка приоткрыт.

– Сэм терпеть не мог, когда видел такое. – Ханна двинулась к ящику. – Он всегда закрывал его до конца. И всегда ворчал, если почтальон так не делал.

Ханна шлепнула ладонью по передней части ящика, и козырек встал на место. Потом снова открыла.

– Надо посмотреть, что там есть, – сказала она. – Может быть, что-то важное.

Ханна сунула в ящик руку и достала оттуда листок бумаги. Без конверта, сложенный втрое. Она бросила быстрый взгляд на Ричера и развернула листок. Расправила. И стала читать. Вдруг рот ее сам собой раскрылся, листок выпал из рук и порхнул на землю. Ричер поднял его. Без обращения и без подписи внизу. Лишь две строчки печатных букв:

Уайлс-парк. Час пополудни, среда. Скамейка под деревом. Принеси распечатку. Не сделаешь – к вечеру твоя соседка будет в больнице.

Ричер вернул листок Ханне:

– Где тут у вас Уайлс-парк?

– Неподалеку от центра города, – тихим, слегка дрожащим голосом ответила та. – Минут пятнадцать ходьбы отсюда. Если поторопиться.

В записке было указано время: в час дня. Часики, тикающие у Ричера в голове, сообщили, что для маневра у него осталось всего лишь десять минут.

Хэрвуду со своими спецами придется подождать.

Глава 17

Небо постепенно светлело, и автобус дальнего следования, с глухим рокотом мотора и шуршанием шин, мчался на восток. Он пересек оставшуюся часть Аризоны, срезал угол штата Нью-Мексико и по диагонали продолжил путь через штат Техас. С каждой милей Джед Стармер все больше свыкался со звуками дороги. И почти совсем уже успокоился. И усталости не чувствовал, поскольку хорошенько выспался – чуть не всю дорогу, несколько часов, проспал в своем кресле, и, когда автобус остановился в Эль-Пасо, пробуждался почти так же долго, как и в Финиксе.

Джед стряхнул наконец сон, открыл глаза, огляделся вокруг и увидел в окошко надпись: «Автовокзал». Он посмотрел на часы. Пришли точно по расписанию. И в Эль-Пасо должны стоять час и пять минут. Сейчас как раз время ланча, и до самого Далласа, куда они приедут ранним утром, долгих остановок больше не будет. Значит, надо выйти и поискать, где бы перекусить. Он успел сильно проголодаться, но чувствовал себя гораздо бодрее, чем когда проснулся в прошлый раз. Джед передвинулся в кресло рядом с проходом. Кое-кто из пассажиров уже вышел, люди бродили возле автобуса, осматривались. Он подождал, когда пожилая пара, шаркая ногами, пройдет мимо, встал и двинулся к двери. Потом снова остановился. Он не захватил с собой рюкзак. Джед не помнил: сидел ли он, обнявшись с ним? Когда он проснулся, на коленях его не было. Ну да, не хотелось, чтобы про него думали, будто он еще маленький. Поэтому он положил рюкзачок рядом, на соседнее сиденье. Потом уснул. А сейчас рюкзака на сиденье не было. На полу тоже. И на полке для багажа. Нигде не было. Пропал.

Джед вдруг вспомнил про парня на автовокзале в Лос-Анджелесе. Похожего на серфера, того, что нашел его потерянный билет на автобус. А ведь парень Джеда предупреждал, говорил: с рюкзака глаз не спускать. А если захочется спать, надо продеть руку через лямки. Почему Джед его не послушал? Ведь надо было…