Ли Чайлд – Раскаленное эхо. Опасный поворот. Аналитик. Три недели в Париже (сборник) (страница 12)

От мундштука тянулся какой-то длинный ремень, Ричер догадался, что это и есть поводья. А штука, торчавшая вверх из передней части седла, называется лукой. Элли в это время натягивала стремена.

— Подсади меня, — сказала она.

Ричер усадил ее в седло. Она проверила, как застегнуты пряжки. Некоторые поправила. Закрепила свободные концы ремней.

— Ты все сделал очень хорошо, — сказала она и протянула к нему руки.

Ричер снял ее с седла и опустил на землю.

— Я тебе ужасно благодарен, малышка.

Элли забралась обратно на тюки с сеном. Ричер вывел кобылу из стойла и повел через двор с таким видом, как будто занимался этим каждый день.

Бобби Грир стоял на ступенях террасы и ждал. Кобыла подошла прямо к нему и остановилась. Бобби проверил все то, что уже проверяла Элли.

— Неплохо, — одобрил он. — Но ты провозился дольше, чем я ожидал.

Ричер пожал плечами:

— Я для них новый человек. У меня такой подход: в первый раз лучше не торопиться. Им надо привыкнуть ко мне.

Бобби снова согласно кивнул:

— Можешь отдыхать. Я сам отведу ее в конюшню, когда вернусь.

Ричер повернулся и зашагал к своему бараку. Поднявшись наверх, он обнаружил там Кармен, которая сидела у него на кровати со стопкой чистого белья на коленях.

— Я принесла тебе постельное белье.

Ричер замер у люка — одна нога уже в комнате, а другая на последней ступеньке.

— Кармен, это безумие, — сказал он. — Ты должна сейчас же уйти. Они очень скоро поймут, что я самозванец.

Она посмотрела на простыни, лежавшие у нее на коленях.

— Ты должна сейчас же уйти, — повторил он.

— Не могу. — Она резко повернула лицо к слабому свету, лившемуся из высоких окон. Ее волосы рассыпались по плечам. — Обними меня, — попросила она. — Я уже забыла, что чувствуешь, когда тебя обнимают.

Ричер сел рядом с ней и обхватил ее руками. Ее руки заскользили вниз и обвили его талию, лицом она уткнулась Риче-ру в грудь.

— Мне страшно, — прошептала она.

Так прошло двадцать минут. Может быть, тридцать. Ричер абсолютно потерялся во времени. Он лишь ощущал ее тепло, запах и ровное дыхание. Наконец она отстранилась от него и встала. Ее лицо было печально.

— Надо найти Элли, — сказала она. — Ей пора спать.

— Она в конюшне. Научила меня обращаться со всей этой лошадиной фигней. Выручила меня.

— Элли — добрая девочка. — Кармен протянула ему постельное белье. — Хочешь прокатиться завтра верхом?

— Я не умею.

— Я тебя научу. — Она повернулась и стала спускаться по лестнице, оставив Ричера сидеть на кровати со стопкой простыней на коленях.

Ричер постелил себе постель и снова вышел на улицу. Он услышал, как впереди кто-то мягко ступает по земле. Сощурившись на закатное солнце, он увидел, что это Элли.

— Я пришла сказать спокойной ночи, — сказала она.

Ричеру вспомнилось, как где-нибудь на военной базе его развлекали вежливые офицерские дети, приходившие пожелать спокойной ночи сослуживцам своих отцов. Им пожимали их маленькие ручонки, и они убегали. Он улыбнулся.

— Спокойной ночи, Элли, — сказал он и протянул ей руку.

Она непонимающе уставилась на него.

— Ты должен меня поцеловать, — подсказала она и подняла руки вверх.

Ричер немного помедлил, затем подбросил ее вверх, нежно поцеловал в щеку и еще раз пожелал спокойной ночи.

— Отнеси меня, — попросила она. — Я устала.

Он понес ее через двор к дому. Кармен наблюдала за ними с веранды.

— Мамочка, а можно мистер Ричер войдет с нами в дом и пожелает мне спокойной ночи? — спросила Элли.

— Ну, не знаю, можно ли ему.

— Я здесь только работаю, — пришел ей на помощь Ричер. — Я здесь не живу.

— Никто не узнает, — успокоила его Элли. — Мы войдем через кухню. А там никого нет, кроме служанки.

Кармен бросила выразительный взгляд на Ричера. Он пожал плечами, как бы говоря: «Хуже уже не будет», и опустил Элли на землю. Она взяла мать за руку, и они все вместе направились к кухонной двери.

Служанка на кухне загружала грязную посуду в огромную посудомоечную машину. Она посмотрела на них, но ничего не сказала.

На втором этаже Элли пересекла холл и свернула направо в коридор. Ее комната была в конце этого коридора.

— Пойдем умоемся, — сказала Кармен. — Мистер Ричер подождет нас здесь.

Элли пошла за матерью в ванную. Когда они вернулись, Элли уже была в пижаме. Она взобралась на кровать и свернулась там калачиком.

— Молодец, девочка. Спокойной ночи, — сказал Ричер.

— Поцелуй меня, — попросила она.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Спасибо тебе за дружбу, — сказала она.

Ричер выпрямился и шагнул к двери. Бросил взгляд на Кармен. «Это ты ее подговорила?» — хотел спросить он.

— Увидимся завтра, — сказала она.

Кармен осталась в спальне у Элли, а он спустился вниз по лестнице и вышел в темный двор. Справа что-то белело. Футболка. Лицо. Снова Бобби Грир.

— Я тебя ждал, — поприветствовал его Бобби.

— Зачем?

— Просто чтобы убедиться, что ты вышел из дома.

Ричер пожал плечами:

— Я пожелал ребенку спокойной ночи. Ты что-то имеешь против?

Бобби ответил не сразу:

— Давай я провожу тебя до барака. Нам нужно поговорить.

Он зашагал через двор. Ричер шел рядом.

— Полагаю, ты знаешь, что у моего брата неприятности?

— Я слышал, он уклонялся от налогов.

Бобби кивнул в темноте:

— Кругом налоговые ищейки.