Ли Чайлд – Лучше быть мертвым (страница 55)

Я поднял Дендонкера на ноги.

– Как отпечаток попал тебе в руки?

– Использовал женщину, которая работала у меня в кейтеринговой компании. Дал ей денег и послал в Бейрут. И она привезла отпечаток. На липкой ленте. Сняла его со стакана. А уж на ретранслятор перенести… дело нехитрое.

– Когда это было?

– Несколько недель назад, – ответил Дендонкер и кивнул в сторону Фентон. – Поэтому я и нанял вот ее. На самом деле мне нужно было послать двух женщин. Одна осталась в Бейруте. Она должна была стать частью оплаты.

– Она знала об этом заранее? Та, что осталась?

– Конечно нет. И та, что вернулась, тоже не знала. Она думала, что там был какой-то несчастный случай.

– А что случилось с другими женщинами? На тебя работало шесть, насколько мне известно. Пять, если не считать Фентон.

– Одна помогала в проектах Майклу. Она сбежала. Две сейчас со мной. Еще две собираются… уволиться.

Краем глаза я уловил какое-то движение. Это была Фентон. Она направлялась к выходу. Как и было условлено.

– Значит, ты использовал отпечаток пальца, чтобы подставить Халиля. Он в ваших делах не участвовал.

Дендонкер кивнул.

– Он пытался тебя убить. Между вами давняя вражда.

Дендонкер снова кивнул.

– Вот почему ты всегда сам смотрел на тела всех, кто на тебя охотился. Выходит, ты не такой уж параноик.

– Он уже не раз… много раз посылал людей, чтобы убить меня. И я надеялся, что когда-нибудь займется этим лично. И у него ничего не выйдет. А я тогда стану свободен.

– Из-за чего вы поссорились?

Дендонкер облизал губы.

– Отец Халиля обвинил меня в смерти другого своего сына. А когда он умер, Халиль взял кровную месть на себя.

– Брат Халиля был убит. Он был за рулем того грузовика с бомбой.

– Мы с его отцом были соперниками. Я был молодой. Амбициозный. Искал быстрый способ встать во главе нашей группы. А он стоял на моем пути. И я надеялся, что потеря сына сломает его. И он выйдет из игры. – Дендонкер пожал плечами. – Но я ошибся, – закончил он. – Он стал еще сильней. Крепче.

– Ты заставил его сына сесть за руль того грузовика с бомбой.

– Нет, не заставлял. Просто подвел его к тому, что он сам принял решение.

– Думаю, для отца это было без разницы.

Дендонкер покачал головой.

– Значит, ты увидел в этом удобный случай, чтобы Халиль от тебя отстал. И в этом все дело?

– Да. Единственный способ получить свободу.

– Как мне представляется, ты разделил свою операцию на три стадии. Первая: Майкл изготавливает для тебя бомбу. Липовую. Ее оставили там, где должны были найти. В ней находился чип навигатора, и ты мог убедиться в том, что люди Аналитического центра ее уничтожили. Еще в ней был ретранслятор. Ты знал, что все компоненты устройства станут внимательно изучать. Описывая во всех мельчайших подробностях. И отдельные части его будут храниться на складе.

Дендонкер кивнул.

– На второй стадии предполагалось испытать «разрушитель городов». Эта бомба должна была прибыть на территорию базы Аналитического центра и быть взорвана с помощью ретранслятора на бомбе Майкла.

У меня в кармане загудел мобильник. Значит, Фентон нашла то, что искала во внедорожнике Дендонкера.

Дендонкер снова кивнул.

– У меня вопрос. Как в твои руки попадают подобные «разрушители городов»?

– Так же, как и все остальное, – пожал плечами Дендонкер. – Деньги решают все.

– Итак, «разрушитель городов» взрывается. Уничтожает базу TEDAC. И тогда наступает третья стадия. Дымовая бомба найдена. Внутри она устроена точно так же. Плюс отпечаток пальца Халиля.

– Да, так и должно было все случиться.

– Но первый ретранслятор не взорвал «разрушитель городов».

– Да. А должен был. Ума не приложу, почему он не сработал.

Я улыбнулся. Ах, какой был соблазн рассказать ему, что ретранслятор обязательно сработал бы. Просто возможности не представилось. Потому что несколько недель назад Фентон его уничтожила. Но я воздержался. Нельзя было отвлекать внимание Дендонкера от главного. Впереди его ждали очень серьезные вопросы.

– Тогда зачем надо было пытаться остановить дымовую бомбу? – спросил я вместо этого. – Почему бы не убедиться, что она попала на территорию базы Аналитического центра, чтобы ее ретранслятор смог завершить начатое?

– В дымовой бомбе тоже был ретранслятор. И он мог заставить сработать пусковой механизм бомбы в грузовике. Все это верно. Но мне нельзя было рисковать, я мог утратить отпечаток пальца.

– Утратить?

– Да, утратить. Вы знаете, во что он мне обошелся? Я заплатил за него два миллиона долларов и потерял хорошего специалиста. Отпечаток мог, конечно, остаться невредимым. Но при таком взрыве… это маловероятно. Скорее всего, он был бы уничтожен. Даже если бы и остался, представьте себе, что там творилось бы. Там ведь хранятся сотни тысяч улик… поди отыщи его среди них. Наверняка пропал бы.

– Хорошо. Расскажи, что ты сделал после демонстрации своей дымовой бомбы. Что добавил в ту, которую я должен был доставить на место.

– Ничего не добавлял. А зачем?

– Затем, что ты не хотел вот так впустую потратить отпечаток пальца. Буква Т в аббревиатуре TEDAC означает «террористический». Люди здесь работают не против протестующих. Не против тех, кто хочет привлечь к себе и своим проблемам внимание. Все эти люди – классные специалисты. Они живут вовсе не для того, чтобы в один прекрасный день радоваться возможности полюбоваться красивыми клубами дыма. А это значит, что, если бы ты немного не приправил эту бомбу чем-то еще, ее бы просто отправили в какое-нибудь местное отделение своей конторы, это в лучшем случае. А может, даже в полицейский участок. Где положили бы на полку рядом с прочими уликами, и она пылилась бы там еще много лет после твоей смерти.

– Не согласен. Она попала бы только в TEDAC. Потому что пресса про нее все уши нам прожужжала бы. И я ничего туда не добавлял.

– И не запачкал снаряды буквами VX?

– Да откуда мне взять этот Ви-Экс?

– Так ты, значит, не закачивал снаряды этой дрянью?

В эту минуту вернулась Фентон. Вошла и осталась стоять возле входной двери. Стянула хирургические перчатки из латекса и сунула их в карман.

– Ви-Экс – оружие массового поражения, – сказал Дендонкер. – Я бы не стал с ним связываться.

– А третья дымовая бомба… Последняя, оставшаяся у тебя в мастерской. Ее ты не заполнял Ви-Эксом?

– Я даже не знаю, где она сейчас находится, – сказал Дендонкер и ткнул пальцем в сторону Мансура. – Вот он куда-то ее дел. Избавился, и все. И даже не сказал, куда дел и что он с ней сделал.

– Значит, говоришь, не добавлял ничего ни в ту, ни в другую бомбу. И третья не знаешь где. И дальше будешь рассказывать свои байки?

– Это не байки.

Я немного помолчал, предоставляя ему последний шанс выложить все начистоту. Но он им не воспользовался.

– Ладно, – сказал я. – Придется тебе поверить.

– И что теперь? Я могу идти?

– Погоди минутку. Есть еще кое-что, чего я не понимаю. Ты хочешь что-то взорвать, с тем чтобы вина пала на Халиля. Но почему этот объект должен обязательно быть базой Аналитического центра? У нас есть масса других, более уязвимых объектов.

Дендонкер ответил не сразу.

– Я подумал, – сказал он, – если ударю по одной из структур ФБР, они примут это близко к сердцу. И перевернут здесь все, каждый камешек. И обязательно найдут этот отпечаток пальца, и тогда…

– Ну нет, – покачал я головой. – Лично я думаю вот что. Ты как-то узнал, что в Аналитическом центре против тебя есть улики. Нечто такое, что еще не стало известным. Но обязательно станет. Причем очень скоро. Потом тебе предложили отпечаток пальца Халиля. И ты увидел в этом свой шанс. Убить сразу двух зайцев.

Дендонкер молчал.

– Я знаю, что это за улика, – сказал я. – Немного подумал и понял, что к чему. Но мне нужно, чтобы ты сам признал это. И хочу, чтобы ты попросил прощения. Сделаешь и то и другое – можешь идти.