Ли Чайлд – Лучше быть мертвым (страница 45)

Здесь оказалось два таксофона. Оба были на улице, висели на торцовой стенке здания. Были покрыты одинаковыми прозрачными пластиковыми колпаками. Возможно, защищавшими аппараты от непогоды. А может, чтобы никто не подслушивал. В любом случае меня это не очень заботило. На улице было не слишком жарко. Дождя тоже не было. И рядом никого, кто бы мог подслушать, о чем я говорю.

Я нырнул под колпак, который был ближе. Стенка под ним была оклеена кусочками бумаги и картона размером с визитку. В основном рекламки службы сопровождения. Некоторые были искусно оформлены. Но большинство не очень. Я не стал их читать, снял трубку и набрал Уоллуорка. Но увы, ничего не услышал. Телефон был нем как рыба. Сдох, значит. Тогда я попробовал второй. И на этот раз мне повезло. В трубке послышался гудок. Я набрал нужные циферки, и Уоллуорк ответил после второго гудка.

– А-а, Ричер… Мне очень жаль, – сказал он. – Карту дренажной системы… как ни пытался, ничего не нашел.

– Насчет этого не беспокойся, – ответил я. – Изыскательский этап у меня закончился.

Я ввел его в курс дела насчет того, как у меня оказался грузовичок вместе с его содержимым. И где собираюсь быть нынче вечером.

– Где-то девять вечера по-местному, – сказал я. – Можешь меня там встретить?

Уоллуорк ответил не сразу:

– Это будет непросто. Нужно будет подключить кое-какие связи. Но обеспечить безопасность устройства? Конечно. Я найду способ.

– Полетишь самолетом?

– Придется. Я сейчас в самом центре Теннесси. От Техаса далековато, на машине не успеть.

– Хорошо. Как приземлишься, вертушку обратно не отправляй. И скажи пилоту, чтобы заправился. Залил полные баки.

– Зачем?

– Мне надо будет кое-куда слетать.

– Ричер, тебе же нельзя. Ты же лицо гражданское. И ФБР тебе не таксопарк.

– Мне не нужно такси. Мне нужно поскорее вернуться к Фентон, пока Дендонкер ее не убил.

Уоллуорк снова помолчал.

– И еще мне нужно добраться до Дендонкера. Кроме меня, никто не сможет. Ты же не хочешь, чтобы он ушел?

– Ладно, что-нибудь придумаем, – ответил Уоллуорк после долгого молчания. – Но при одном условии. Возьмешь Дендонкера – отдашь его лично мне. Живым.

– Понял. А теперь еще кое-что. До утра трогать мой грузовичок нельзя. Это крайне важно. От этого зависит жизнь Фентон. Это во-первых. А во-вторых, мне нужно, чтобы ты для меня кое-что привез. Всего пять предметов.

Уоллуорк записал все, что мне было нужно, и повесил трубку. Я набрал еще стакан кофе, залез в кабину и снова выехал на шоссе. Мой грузовичок ехал не торопясь, чих-пых, чих-пых. Машинка ненавороченая, без понтов. Но ехать в ней было на удивление приятно, спокойно, что ли. Трудяга, исполнял свою работу, именно ту, для которой его и сделали. Неспешно глотал милю за милей, один час, другой и так далее, без особого шума и пыли. Я катил по дороге все дальше, и ехать мне было одно удовольствие. Закончилась Аризона, начался штат Нью-Мексико. Нью-Мексико сменился Техасом. Асфальтовое шоссе под колесами убегало назад, и казалось, впереди оно никогда не кончится. Небо над головой было бездонно. Почти совсем чистое, лишь кое-где проплывали легкие белые облачка. По обе стороны дороги до горизонта простиралась земля, заросшая серо-зеленым кустарником. Порой она была совершенно плоская. Временами поверхность ее поднималась вверх или опускалась вниз. Иногда на горизонте маячили остроконечные горные вершины, но всегда держались далеко, не приближались, но и не отдалялись.

Всякий раз, когда стрелка уровня топлива опускалась ниже середины, я останавливался, на первой же встречной заправке. Всегда смотрел в оба, не проявляет ли кто ко мне повышенный интерес. Ни разу пока ничего такого не заметил. Ну и конечно, время от времени позванивал Фентон. И всегда отвечал мне все тот же мужской голос. И всегда неизменно проделывал то же самое, что и в первый раз, когда относил ей мобильник. Я слышал в трубке скрежет отодвигаемого стула. Звук шагов до двери – всегда пять. Скрип открываемой двери. Еще восемь шагов. Лязг ключа в замке. Я понял, что он приходит к ней из соседней комнаты, расположенной дальше по коридору. В самом его конце. Единственной, в которую мне так и не удалось заглянуть. Пока еще не удалось.

К гостинице я подъехал в 21:05. Она была первой из выстроившихся в шеренгу четырех. Совершенно одинаковых, разве что только таблички, указывающие принадлежность к гостиничной сети, были разные. Все здания прямоугольные. В два этажа. С маленькими окнами. С плоской крышей. Офис администрации в конце. А в другом конце гроздь кондиционеров, наполовину скрытая шеренгой чахлых кустиков. Вдоль одной стены протянулась автомобильная стоянка, залезая на промежуток между этой и следующей гостиницей. Как раз он оказался пустым, и я занял место в самом дальнем конце последнего ряда. Вышел из кабины. Потянулся. Удостоверился, что все дверцы у меня закрыты на ключ. И потопал искать стойку администрации.

За стойкой сидела женщина. Обратила внимание она на меня не сразу. Очень уж увлеченно читала какую-то книжку. Настолько увлеченно, что от страницы ее оторвал только звонок стоящего перед ней на стойке телефонного аппарата. Внешне казавшийся чрезвычайно сложным агрегатом, со множеством кнопок и лампочек. Женщина протянула руку к трубке, и рука ее повисла, когда до нее дошло, что перед ней стою я.

– Ничего страшного, перезвонят еще раз, – с улыбкой сказала она. – Или оставят сообщение. Простите, что заставила вас ждать. Чем могу служить?

– У меня заказан номер. На имя Ричер.

Женщина нажала кнопку компьютера, пробуждая его к жизни, и защелкала по клавиатуре.

– Ну вот, нашла. Уже все оплачено. По Интернету. Только одну ночь?

Я кивнул.

– Можно взглянуть на удостоверение личности? Любое.

Я протянул ей паспорт.

Она пролистала, добралась до странички сведений о владельце и вдруг сощурилась.

– А он у вас просрочен, сэр.

– Верно. Для заграничных поездок не пойдет. Но для того чтобы удостовериться, что я есть я, вполне.

– Ну я не знаю…

Я показал на ее компьютер:

– Если не верите мне, зайдите в Интернет. На сайт федерального правительства.

Женщина на секунду-другую застыла с зависшей над клавиатурой рукой. Похоже, она мне не верит. Ну да, это отчетливо видно. Кажется, взвешивает в уме последствия, если она мне докажет, что я не прав. Предстоит бумажная возня с выплатой возврата оплаты. Надо будет объяснять начальству, почему она отказала клиенту. Ведь это влияет на статистику загрузки номерного фонда.

– Нет, мистер Ричер, не обязательно. Не сомневаюсь, что вы – это вы. Сколько ключей от номера вам понадобится? – спросила она, отдавая мне обратно паспорт.

– Одного хватит.

Женщина открыла ящик и достала пластмассовый прямоугольник размером с кредитную карту. Сунула ее в щель какой-то машинки у нее на столе, пощелкала еще раз по клавиатуре. Красная лампочка загорелась зеленым. Она вынула карточку и вручила ее мне.

– Комната два-два-два. Хотите, я для вас напишу?

– Спасибо, не надо.

– Ну хорошо. Завтрак в столовой рядом с фойе, открыта с шести до восьми. Возникнут вопросы, наберите на телефоне у вас в номере ноль. Желаю приятного отдыха, ждем вас еще. – И женщина вернулась к своей книжке.

А я вернулся к своей машине. Сел на заднее крыло, откинул голову на борт кузова, закрыл глаза и ощутил на лице прохладное дуновение вечернего ветерка. Протикало десять минут. Пятнадцать. Потом послышался рокот мотора приближающегося автомобиля. И не одного, нескольких. Я поднял голову и увидел вереницу серебристых седанов. Всего пять штук. Все одинаковые. «Крайслер 300». Первая машина устремилась к автостоянке. Остальные за ней, тут же разъехались веером и остановились, выстроившись передо мной в шеренгу. Из кабины ближайшей вышел водитель. Это был Уоллуорк. Он торопливо подошел ко мне, передал белый пластиковый пакет и только потом пожал руку.

– Очень рад тебя видеть, Ричер, – сказал он и кивнул в сторону моего фургончика. – Агрегат там?

– Как я и обещал.

– Превосходная работа, – сказал он и, обернувшись к людям в машине, стоящей рядом, поднял оба больших пальца вверх. – Спасибо. Мы его заберем отсюда.

Я открыл дверцу, достал рюкзак и отдал Уоллуорку ключ.

– Я там еще оставил чемодан Фентон. Присмотришь за ним до завтра?

– Конечно, – ответил он, взял меня под локоть и отвел в сторонку от шеренги машин. – Послушай, – сказал он, понизив голос. – Мне кажется, мы с тобой доверяем друг другу, поэтому буду с тобой предельно откровенен. После нашего разговора я позвонил своему прежнему начальнику, который сейчас служит в Аналитическом центре. Он сейчас едет сюда. Мы собираемся оцепить этот район, и он хочет внимательно изучить эту штуку. Так сказать, на месте. Я понимаю, я говорил, что до утра трогать ее не станем. Но если он не будет уверен, что людям здесь ничего не угрожает, обещание мне придется нарушить.

Я промолчал.

– Ричер, ты сам подумай. Что, если устройство взорвется? И выбросит в атмосферу ядовитый газ? А если он еще и радиоактивный? С одной стороны, мы рискуем людьми. А с другой, у нас женщина, которой грозит опасность. Если мы тронем твой фургон, спасти ее ты уже не сможешь.

Глава 46

– Это невозможно, – сказал пилот, посмотрев на то место на карте, которое я ему указал. – Нет. Я отказываюсь. Вторгаться в воздушное пространство Мексики? Без согласования? Никак нельзя. Об этом не может быть и речи. Нельзя ни при каких обстоятельствах. Вы меня понимаете?