Ли Чайлд – Лучше быть мертвым (страница 30)

– Где вы их ждете?

– В доме.

– Где находится этот дом?

Мужик описал место, куда я уже приезжал вслед за «линкольном».

– И всегда там? – спросил я. – Или где-нибудь еще?

– Нет, – помотал он головой. – Обязательно там. Кто бы ни пришел, куда бы они потом ни ушли, но всегда через этот дом. Другого варианта нет, насколько мне известно.

– Есть ли крайний срок моей доставки?

– Крайнего срока нет. Время не ограничено, главное – схватить и доставить.

– Поставь ногу на тормоз.

Он не пошевелился.

Я похлопал по баллончику.

Он вздохнул, вытянул ногу и нажал на педаль.

Я снял противогаз и сунул его в рюкзак. Газовый баллончик последовал за ним туда же. Я наклонился к проему между передними сиденьями. Левую руку положил ему на щеку и прижал его голову к окошку. А правой сунул ключ в зажигание. И повернул. Большой двигатель кашлянул и ожил. Я перевел рычаг в положение переднего хода и откинулся на спинку сиденья.

– Вези меня в этот дом. Чем скорее прибудут люди Дендонкера, тем раньше я тебя отпущу. Если будешь вести себя хорошо и не наделаешь глупостей.

Дуболом сжал на баранке пальцы. Со стяжками делать это было не очень сподручно, но мне показалось, что руль он держал достаточно крепко. Зато у него будет повод подумать о чем-нибудь другом, кроме вариантов, как от меня удрать. С педали тормоза он перенес ногу на педаль газа, и машина тронулась. Проехал мимо фасада гостиницы. В конце здания повернул налево. По направлению к центру города. Медленно. Спокойно. Не пытаясь выкинуть какую-нибудь глупость. Мы проехали ярдов пятьдесят до поворота налево.

– Нет, – вдруг сказал он. – Не могу.

И резко крутанул руль. Руки его перекрестились в локтях, запястья вывернулись до предела. И держал так, пока мы не развернулись в противоположном направлении. Обратно к границе. Только тогда он вернул руль в первоначальное положение. Поддал газу. Набрал скорость.

Я выхватил пистолет, перегнулся через край сиденья, приставил ствол к его виску.

– Давай, – проговорил он. – Стреляй. Ну прошу тебя. Я хочу, чтобы ты меня пристрелил.

Мы вернулись обратно к гостинице. Поравнялись с ней. Он не сворачивал. Продолжал ехать прямо. И, подпрыгнув на бордюре, мы выскочили на поросшую жестким кустарником песчаную местность, подняв сзади густое облако пыли. Скорость немного снизилась. Машина подпрыгивала на неровной почве. К езде по такой местности она явно не была приспособлена. Слишком длинный корпус. И слишком низкая посадка. Но мы по-прежнему ехали вперед. Мой водила и виду не подавал, что собирается остановиться. Машина мчалась прямо на стальное ограждение. Стрелка спидометра показывала чуть больше двадцати миль в час. Машина, конечно, тяжелая, но вряд ли на такой скорости она пробьет ограждение. Никаких шансов. Столбы из сплошного металла. Толстые. Стоят на глубоком фундаменте. Специально спроектировано, чтобы невозможно было пробить. И вряд ли мы с ним сильно пострадаем. Отделаемся ушибами, не больше того.

Я откинулся назад и на всякий случай пристегнул ремень безопасности. Догадался, что он хочет разбить автомобиль, вывести его из строя. Радиатор от удара наверняка разлетится. А в данном климате это проблема серьезная. Двигатель сразу же перегреется. И тогда на этой машине добраться до того дома возможности не будет.

Может, его просто вырубить? – подумал я. Или сдавить ему горло, пока не потеряет сознание? Впрочем, в любом случае он все равно врежется в ограждение. И тогда у меня будет очень большая проблема. Соня говорила, что у Майкла возле гостиницы стоят две машины. Это совсем недалеко. Можно было бы одной из них воспользоваться. С этим придурком в багажнике. Он еще мне пригодится. И не только в качестве водилы.

Не доезжая до границы двадцати ярдов, мужик выбросил назад левую руку. С силой. Баранка резко дернулась. Край стяжки впился ему в запястье, повредив кожу, оттуда стала сочиться кровь. В пятнадцати ярдах от границы он резким рывком вытянул обе руки вперед, насколько позволили петли стяжки. И сразу же еще более резко рванул руки на себя. С еще большей решимостью. На этот раз над суставом большого пальца оторвался лоскут кожи. Он вскрикнул от боли. Я увидел обнаженную кость. С сухожилиями. Из раны хлынула кровь. Возможно, кровь послужила для пластика стяжки своего рода смазкой. А может, свою роль сыграла грубая сила рывка. Как бы то ни было, рука его выскочила и теперь была свободна.

До границы осталось десять ярдов, тут он сунул руку в карман. Достал монету в двадцать пять центов. Зажал между большим и указательным пальцами. И поместил ее в центре рулевого колеса.

За пять ярдов до границы он наклонился вперед. Задрал голову вверх. Подставил горло. И изо всей силы нажал на газ.

На полной скорости мы врезались в ограждение – и в то же мгновение вокруг нас надулись подушки безопасности, не меньше десятка. С таким громким шипением, что оно заглушило грохот удара. Одна подушка выскочила из дверцы рядом со мной. Уткнулась мне в руку. Такая горячая, что чуть не сожгла кожу. И перекрыла обзор за окном. Я словно оказался внутри какого-то облака. Подушки стали оседать. Воздух наполнился белой, похожей на тальк пылью. Запахло бездымным порохом. Я освободил ремень безопасности. Открыл дверь. И выбрался наружу.

Двигатель заглох. До слуха доносилось какое-то шипение. Из-под капота валили клубы пара. Я открыл дверцу водителя. Он сидел, откинувшись на спинку сиденья. Обожженное лицо его почернело. Широко раскрытые глаза смотрели невидящим взором. Челюсть сдвинута в сторону. Криво отвисла, как у пьяного. Спереди рубашка залита кровью. А в горле зияла дыра. Словно туда попала пуля. В каком-то смысле так оно и было. Только вместо пули он использовал монету. В движение ее привела энергия взрыва подушки безопасности. Вероятно, санкционируя ее использование, такого результата действия этой технологии Национальная администрация безопасности дорожного движения не учла.

Я запустил руку в машину. Достал из кармана своего водилы мобильник. Забрал рюкзак. И пешком двинулся к гостинице.

Глава 31

Я протопал всего пять ярдов и остановился. Подумал про мобильник этого бедняги. Мне ведь надо будет им пользоваться. А это значит, что его нужно разблокировать. А это может обернуться проблемой.

Мобильник оказался – один сплошной экран. Ни клавиш с циферками. Ни кнопки, на которую надо нажать, чтобы он прочитал отпечаток пальца. Я поднес его поближе к лицу, и экран засветился. И эта тварь в моей ладони сердито заверещала. Пришло какое-то сообщение. Я прочитал: «Лицо не опознано. Попробовать еще раз?» Господи, не хватало, чтобы эта штука узнавала в лицо меня, подумал я. И повернул обратно к машине. Подошел к дверце водителя. Открыл ее и сунул экранчик под нос погибшему. Телефон снова сердито заверещал. Я поднес опять, поместив немного ниже.

Результат тот же.

Может быть, проблема в сдвинутой челюсти моего водилы, подумал я. Подушка безопасности ее изуродовала. Мобильник должен хранить точное изображение лица своего владельца. А оно теперь у него совсем другое. Черты лица изменились. Я попробовал пальцами выправить ему подбородок, потом снова поднес телефон. Безуспешно. Я сдвинул его челюсть немного в сторону. Снова поднес телефон. Все равно не разблокировался. Опять заверещал, даже с большей злобой. И появилось новое сообщение: «Для включения идентификатора лица требуется ввести пароль».

Под этим текстом появилось шесть кружочков. Маленьких и пустых. Они выстроились в ряд по горизонтали. А под ними появилось еще десять кружочков с цифрами от 0 до 9. Расположены, как на обычной клавиатуре. Я дотронулся до нуля. Первый маленький кружочек посерел. Выходит, персональный код состоит из шести цифр. Многовато комбинаций, чтобы иметь реальный шанс набрать правильную. Особенно если об этом мертвеце тебе ничего не известно. Если бы было хоть что-нибудь, позволяющее сузить поле поиска и увеличить шансы. На всякий случай я еще пять раз набрал ноль. Остальные кружочки тоже заполнились. Мобила злобно заверещала. «Пароль неверен. Попробуйте еще раз». Может быть, подумал я. Но не здесь. Нечего стоять тут под солнцем рядом с машиной, в которой два трупа. Особенно когда есть другой путь.

Я прошел к багажнику автомобиля и открыл его. Тело второго лежало вплотную к сиденьям. Должно быть, от удара его по инерции швырнуло вперед. Я нагнулся, схватил его за ремень и подтащил к себе. Обыскал карманы. Нашел еще один мобильник. Такой же, без кнопок с цифрами. И он тоже запросил идентификацию лица. Я перевернул тело на спину. Сдвинул его так, чтобы лицо было получше освещено. Поднес мобильник к лицу на уровне носа. Тот загудел и разблокировался.

Ну слава богу, хоть один аппарат работает. Но этого мало. Кто знает, долго ли он будет работать, пока снова не заблокируется. Полминуты? Минуту? Десять минут? Пока я рядом с этой машиной, проблем нет. У меня всегда под рукой рожа этого типа. Проблема в том, что оставаться рядом с машиной я не хочу. И пользоваться этой мобилой рядом с машиной тоже. Послать сообщение и вызвать других бандитов Дендонкера я хочу, находясь возле того дома. Чтобы видеть, как они приезжают. Видеть, сколько их. Как они вооружены. А чтобы туда добраться, нужно время. Вероятно, с полчасика. Это как минимум. «Шевроле» я оставил возле гостиницы Фентон. В «Пегую лошадь» я добирался оттуда пешком. А потом и в гостиницу «Кордон». Чтобы забрать эту машину, нужно возвращаться тем же путем. Или же как-то добыть ключи от одной из машин Майкла. А по дороге очень хотелось бы посетить еще пару мест.