Ли Чайлд – Дуэль (страница 43)

Сансборо увидела расплывчатую фигуру Макса, который быстро приближался к ней. В правой руке она сжимала камень – собиралась бросить его в последний раз, чтобы отвлечь Макса и помчаться к дому. Она швырнула его в белое пятно лица и побежала обратно в лес.

Дождь начал разгонять туман.

Перед ней возникли деревья.

Лиз услышала, как выругался Макс, и заставила свои длинные ноги бежать еще быстрее. Наконец перед глазами у нее прояснилось, и она помчалась дальше, петляя между кустами и деревьями.

На мгновение Максу показалось, что его подстрелили, но потом он понял, что попало ему в лоб.

Камень.

Мужчина поднял руку к набухающей шишке и почувствовал на пальцах кровь.

– За это тебе тоже придется заплатить! – крикнул он.

Туман боли перед глазами начал понемногу рассеиваться, и Макс услышал, как Сансборо продирается сквозь лес.

Пусть себе бежит.

Теперь, когда туман рассеивается, ему будет не сложно следовать за ней. Он еще раз выстрелил в ее сторону, чтобы она запаниковала, зная, что адреналин заставит ее дышать учащенно, отнимая силы.

Теперь недолго.

Макс вытащил почти опустевшую обойму и засунул ее в карман. Сняв с пояса запасную, поставил на место. Один патрон оставался в стволе. Ему потребуется взвести затвор, как поступают многие голливудские актеры.

Но только не в фильмах о Рэмбо.

Капельки дождя усеивали его куртку, когда он побежал легко и уверенно, стараясь не сбить дыхание. Вот в чем секрет. Пока он дышит ровно, всё у него в порядке. И не имеет значения, какую фору получила Сансборо. Он легко найдет ее, используя программу в телефоне.

Впереди, на ветке вечнозеленого растения Макс увидел то, что заставило его улыбнуться.

Кровь.

Одна из его пуль достигла цели.

Теперь у него появился еще один способ выследить ее.

Лиз перепрыгнула через упавшее дерево, приземлилась на влажную листву, поскользнулась и едва не упала.

Правая рука у нее онемела.

Ей хотелось сжать ее, чтобы остановить кровотечение, но нельзя было выпускать нож, зажатый в левой руке. Она бежала вперед и не понимала, почему задыхается. Господи, она ведь бегала марафоны – и после стольких тренировок не могла так быстро сбить дыхание. Однако ни разу не бегала марафон после того, как в нее стреляли.

– Сансборо, я сделаю с тобой то, что ты сделала с Руди, – крикнул Макс ей вслед. – Но ты не умрешь так быстро, как он.

Ее разум отчаянно искал выход. Как русский мог знать, что она вернется к дому? Лиз двигалась почти бесшумно, и он мог услышать ее только после того, как она вышла на гравий. Никак не раньше. Она попыталась наполнить легкие воздухом, огибая заросли кустарника, и у нее едва не подкосились ноги, но не из-за того, что она поскользнулась.

– У тебя уже кружится голова из-за потери крови! – заорал Макс. – Ждать осталось совсем недолго.

В отчаянии Лиз оглянулась через плечо, и ей показалось, что она получила удар в лицо – за ней тянулся кровавый след. Если дождь не смоет кровь, Макс сможет легко ее выследить.

Но ее продолжал мучить вопрос.

Как он мог узнать, что она решила вернуться к дому?

Продолжая бежать, Лиз почувствовала, как лежащий в кармане телефон колотит ее по ноге.

В ней поднялась волна ярости.

Он использовал телефон, чтобы отслеживать ее передвижения.

Женщина вытащила телефон и швырнула его в сторону.

– Похоже, ты бежишь уже немного медленнее! – крикнул Макс. – Слабость в ногах? Мне осталось ждать совсем недолго…

Лиз задыхалась, ее ноги теряли силу, и она посмотрела на зажатый в левой руке нож. У нее уже так кружилась голова, что ей следовало позаботиться о том, чтобы не напороться на него, если она упадет. На обухе клинка Лиз увидела зубцы, которые напомнили ей про фильм о Рэмбо, тот, что они с Саймоном видели по телевизору. Складывалось ощущение, что проклятый фильм показывали каждую неделю. Рэмбо отвинтил верхушку полой рукояти ножа, вытащил оттуда иголку с ниткой и зашил свою рану.

Лиз на бегу отвернула крышку.

Полая рукоять была пуста.

Она вспомнила сцену, где Рэмбо выскочил из-за ветвей, за которыми прятался…

Макс спокойно бежал за Сансборо, не обращая внимания на дождь, периодически поглядывая на экран телефона. Несмотря на то, что она производила достаточно шума, чтобы он мог спокойно следовать за ней – да и следы крови помогали, – он считал, что не мешает подстраховаться. Оказавшись возле зарослей кустарника, Макс нахмурился, взглянув на экран и увидев, что Сансборо нет впереди, хотя капли крови указывали именно на это. Точка говорила, что она находится слева.

Получалось, что каким-то образом он проскочил мимо.

Макс сделал осторожный шаг вперед. И еще один. Палец на спусковом крючке напрягся. Потом он увидел на земле телефон. Проклятье, она сообразила, что он делает, и выбросила телефон… Теперь он может рассчитывать только на следы крови и шум, который она поднимает. Но больше он ее не слышал.

Может быть, сука обессилела от потери крови и упала?

Макс вернулся назад и стал продвигаться дальше, стараясь соблюдать максимальную осторожность. Вода капала с козырька его бейсбольной кепки, а он внимательно рассматривал ближайшие деревья. Когда Макс прошел мимо большого валуна, он заглянул за него. Дождь наконец смыл кровь, но следы оставались отчетливыми, постепенно наполняясь водой.

Зашагав быстрее, он подошел к ручью и увидел, что она спустилась к нему и перебралась на противоположную сторону, оставив глубокие следы на топком берегу. Макс перешагнул через лежавший на земле ствол, ступил на скользкий берег и зашагал через ручей, чувствуя, какая в нем холодная вода, – а в следующее мгновение вскрикнул от удара, который обрушился ему на спину, и упал в воду.

Лиз атаковала из маленького окопчика, который выкопала во влажной земле под упавшим стволом.

Несколько минут назад она перешла ручей и оказалась среди деревьев на противоположном берегу. Там нашла мертвую ветку, которая удобно вошла в пустую рукоять ножа. Затем отбежала в сторону, снова пересекла ручей, прошла десяток шагов по воде и спряталась за упавшим стволом.

Когда Макс перешагнул через него, направляясь к деревьям на противоположном берегу, она сделала выпад импровизированным копьем – и, вложив в удар весь свой вес и оставшиеся силы, глубоко вонзила клинок ему в спину.

Русский застонал и упал лицом вниз в воду.

Руки Лиз дрожали, легкие горели от недостатка кислорода.

Она подбежала к Максу и постаралась еще глубже вонзить копье ему в спину. Он приподнял лицо над водой и начал сопротивляться. Схватив здоровой рукой голыш из ручья, Лиз ударила Макса по затылку. Он обмяк, но его лицо частично появилось из воды. Лиз ударила его еще раз, чувствуя кровь под волосами.

Она врезала ему камнем в третий раз.

И четвертый.

Услышала, как треснула кость черепа.

Лиз ударила еще раз.

Камень еще глубже вошел в кость.

Она с криком оседлала Макса, опустила его голову в воду и долго держала ее там после того, как стихли его предсмертные судороги.

Лиз потребовалось собрать все оставшиеся силы, чтобы встать и отойти на шаг. Потом она тяжело опустилась на мокрую землю, продолжая сжимать камень на случай, если он ей снова потребуется.

Она никак не могла унять дрожь.

Наконец Лиз решила вернуться в дом и остановить кровотечение. Она поставила ногу Максу на спину и вытащила копье. Ей пришлось использовать раненую руку, и она застонала. Макс уронил пистолет. Она подняла его. Дождь продолжал идти, лес по-прежнему окутывал туман, но Лиз знала, что он должен был рассеяться, – все дело в потере крови.

Она хорошенько лягнула Макса, чтобы убедиться, что тот мертв.

Потом выбралась на берег и зашагала обратно по своим кровавым следам.

Саймон выехал на перевал и увидел отходившую вправо асфальтовую дорогу, идущую вдоль леса. За последние пять миль ему попалось два съезда. Они выглядели гостеприимными, обещали хорошие условия обслуживания и тренировки для лошадей. По контрасту, эта дорога вела к мощным стальным воротам и ограде с колючей проволокой наверху. Чайлдс съехал с автострады и остановился у ворот. На шесте был прикреплен номер.

Саймон вышел из машины и нажал на кнопку, открывавшую багажник, потом осторожно поднял крышку – и сразу почувствовал острую вонь углекислого газа.

Но он не мог перебить другой отвратительный запах.

– Ах ты, сукин сын, из-за тебя я нассал в штаны, – сказал Ник.

Он лежал на боку, его руки были связаны клейкой лентой за спиной.