Ли Чайлд – Часовой (страница 29)

Резерфорд подошел к яйцу и открыл дверцу, вделанную в его переднюю часть. Внутри стояли четыре хрустальных графина, наполненные золотистой жидкостью, а также восемь невысоких стаканов.

— Правда, прежде чем пить этот виски, сто раз подумаешь. Самый дешевый здесь стоит двадцать тысяч бутылка.

— Нет уж, я останусь верным кофе, — сказал Ричер. — Если можно рассчитывать на то, что у вашего друга найдется столь тривиальный напиток.

— И я тоже, — отозвался Резерфорд.

Он отправился в сторону кухни, открыл там стенной шкафчик, в котором стояла широкая, сверкающая никелем машина со множеством кнопок, приборов и рычажков.

— Знать бы только, как эта штука работает.

Ричер двинулся к середине помещения.

— Мне показалось, вы говорили, что у вас ключи от квартиры для того, чтобы поливать домашние растения вашего друга?

— Да, — кивнул Резерфорд.

— И что случилось? Вы об этом забыли? Они все погибли?

— Нет. Конечно же нет. Митч бы меня убил. Они вон там, на полке. Живы-здоровы.

Резерфорд показал на три миниатюрных горшочка, стоящие на полке в ряд, слева от окна жилого помещения. Из каждого торчал сморщившийся черенок, похожий на ствол крошечного полузасохшего дерева.

— Вы думаете, они еще живы?

— Тем, которые поближе к нам, уже больше сотни лет. А третье помоложе будет. Митч, помнится, говорил, ему около шестидесяти. Родом они из Японии, из леса, растущего у подножия горы Фудзи. Больше эти деревца не растут нигде в мире. И там за ними уже много поколений ухаживает одна и та же семья.

— У вашего друга любопытные увлечения. Чем он вообще занимается?

— Информационными технологиями. Он такой же айтишник, как и я, — ответил Резерфорд и помолчал, и на лице его проступила искренняя печаль. — Только вот его идея на миллион долларов сработала. Не то что моя дребедень, на которую я возлагал такие надежды.

Ричер уселся на диван и стал ждать, чем закончится предпринятый Резерфордом мозговой штурм кофейного автомата.

— Расти, нам надо поговорить кое о чем, и я прошу отнестись к этому разговору серьезно. Люди, которые за вами охотятся, клюнули на то, что вы якобы едете в аэропорт. Они проникли в ваш гараж. Но от идеи устроить там засаду отказались. И в сложившихся обстоятельствах поступили правильно. Зато поставили вам на машину маячок.

— Но я ведь ни в какой аэропорт не еду, — сказал Резерфорд, ставя на кофейный столик чашки с напитком и усаживаясь на другой диван. — Что они станут делать, когда увидят, что моя машина осталась на месте?

— Не знаю. В зависимости от того, насколько им хватит терпения. И насколько остра проблема, которую они пытаются решить. Я думаю, они придут за вами довольно скоро. Но мы могли бы этого избежать, если поймем, чего они от вас хотят. И мне нужно, чтобы вы как следует сосредоточились и ответили на этот вопрос.

Резерфорд покачал головой:

— Я ведь уже сказал. У меня нет ничего такого, что могло бы кому-нибудь понадобиться.

— Перед нами два вероятных варианта, — сказал Ричер. — Либо у вас это есть, но вы сами этого не понимаете. Либо они считают, что у вас это есть, а на самом деле у вас этого нет. С первым можно работать. Второй — орешек покрепче. Я вот что попросил бы вас сейчас сделать. Допивайте свой кофе и ложитесь. Закройте глаза. Мысленно выберите какой-нибудь день. Скажем, понедельник той недели, когда случилась вирусная атака. Расскажите мне обо всем, что вы делали с того момента, как открыли утром глаза, и до того, как вечером уснули. Со всеми мельчайшими подробностями. Тут может иметь значение все, что угодно.

— Хорошо, — сказал Резерфорд, отхлебнул кофе, снял обувь и вытянулся на диване. — Попробую. Но не уверен, что это поможет.

— Вам надо предельно сосредоточиться. Ничто не должно отвлекать. Выключите мобильник.

И тут же телефон Резерфорда зазвонил.

— Не отвечайте.

Резерфорд уже доставал аппарат из кармана. Он посмотрел на экран и показал его Ричеру. «Консьерж», — прочитал Ричер.

— Я же сказал ему, чтобы вас не беспокоили. Не отвечайте.

— Не могу. А что, если это те и они идут за мной? Вы же сами сказали, что они придут. Что, если он хочет меня предупредить? Надо проверить.

Резерфорд нажал на кнопку громкой связи и положил мобильник на столик.

— Мистер Резерфорд? Простите, что беспокою вас, сэр. Мне сказали, что вы плохо себя чувствуете. Но я должен вас кое о чем предупредить. Тут пришла какая-то женщина, и она хочет вас видеть. Я сказал, что это невозможно, но она просто прошла мимо, и все. Сейчас поднимается наверх. И, черт возьми, она очень разозлилась, когда я пытался ее не пустить.

Резерфорд дал отбой, вскочил, бросился к двери и прижался лицом к глазку.

— Никого. Пока никого. Скорей всего, это та, вчерашняя. Которая наблюдала за моим домом. Наверно, где-то узнала номер квартиры. Она идет за мной. Что будем делать?

— Не надо ничего делать, — отозвался Ричер. — Никто не знает, что мы здесь.

— Точно, — сказал Резерфорд и глубоко вздохнул. — Мы затаимся. И подождем, когда она уйдет.

— Можно, конечно, избежать конфронтации на узкой территории общего пользования. И внести им в процесс принятия решений кое-какую ложную информацию. Сразу два неплохих результата, и без малейших усилий с нашей стороны.

— Вот и хорошо. Давайте так и сделаем.

Резерфорд отвернулся от двери, и уже через секунду лицо его исказилось тревогой.

— Погодите. А что, если она вышибет дверь и ворвется? Или откроет замок отмычкой?

— Тоже неплохо. Можем с ней пообщаться. Задать ей пару вопросов. И потом, у нас есть прекрасное прикрытие. Вы отправились выбрасывать мусор в мусоропровод, возвращаетесь, а у вас в квартире непрошеный гость. Она пытается удрать. Спотыкается. Ударяется обо что-то головой. Трагично, конечно, но такое бывает, если человек пошел по преступной дорожке.

— Но не можем же мы… Ш-ш-ш… Кто-то идет. — Резерфорд снова приник к дверному глазку. — Да это же… О господи.

Он открыл дверь и вышел в коридор прямо в носках. На другой стороне Ричер увидел женщину. Она стояла лицом к двери Резерфорда и собиралась позвонить. Цвет ее волос тот же, что и у той, что сидела за баранкой «тойоты». И длина волос та же. И рост тот же самый. Только одета иначе. Светло-серый костюм. И лицо, Ричеру совсем незнакомое.

— Сара! — воскликнул Резерфорд, широко разводя руки. — Как я рад тебя видеть! Какими судьбами?

— Вот пришла к тебе. Очень за тебя беспокоилась.

Женщина обняла Резерфорда так крепко, будто хотела сломать ему спину:

— Звонить перестал. Сам трубку не берешь. Я посылала текстовые сообщения. Потом узнала, что случилось с тобой на работе.

— Я ничего не получал. Наверно, ты звонила по рабочему номеру. Эти уроды забрали его у меня, когда уволили. Мне очень жаль, прости. Надо было как-то тебе сообщить. Хотя бы позвонить.

— У тебя все хорошо?

— Да, да. Несколько дней сильно переживал, но сейчас гораздо лучше.

— Вот и хорошо. Потому что нам надо кое о чем поговорить. Это может быть очень важно.

Гигантская сумочка женщины то и дело съезжала у нее с плеча, и когда она поддергивала ее на место, поворачивала голову и наконец заметила стоящего в дверях напротив Ричера.

— Ой, — сказала она. — Здравствуйте. Вы, наверное, Митч. Я так много про вас слышала.

— Вообще-то, нет, это не Митч, — сказал Резерфорд. — Митч уехал. Это Джек Ричер. Ричер, это мой друг, Сара Сэндс. Я вам про нее рассказывал. Сара работала со мной над программой «Цербер».

Резерфорд сварил еще кофе, а Сара тем временем открыла свой ноутбук, слушая, как Ричер вкратце описывает, что произошло в городе с того момента, как он в нем появился.

— Мне это не нравится, — сказала Сара, и когда Резерфорд поставил перед ней чашку, взяла его за руку и заглянула в глаза. — Мне это совсем не нравится. Кто-то пытался тебя похитить? Это очень нехорошо. Этим должно заняться ФБР. Тебя надо беречь как зеницу ока.

— Именно об этом Ричер вчера говорил с полицейскими, но на них это произвело мало впечатления, — сказал Резерфорд, садясь рядом с Сарой. — Я здесь у нас, можно сказать, персона нон грата.

— Ну а вы, Сара? — спросил Ричер. — У вас остались в ФБР связи? Кто мог бы расшевелить это дело?

— Кое с кем еще есть контакты. Могу сделать несколько звонков. Возможно, кого-то заинтересует. Есть идеи, кто они такие и чего от Расти хотят?

— Пытаемся это понять.

— Может, я тут могу помочь. Почти уверена, им нужно то же самое, что и мне. Программа, которую мы создали. Или как минимум какая-то ее часть.

— Да кому нужно это барахло? — вопросил Резерфорд, откидываясь на спинку дивана. — Она же не работает.

— Не работала так, как мы хотели. Правильно. Но это вовсе не значит, что совсем никак не работает. Когда случилась вирусная атака, Расти, ты что-то такое сказал, чего я не совсем поняла. Но твои слова не давали мне покоя. И я провела ряд имитационных экспериментов и, кажется, кое-что обнаружила.

— Что на все это не стоило тратить столько времени? — горько вопросил Резерфорд. — Что лучше бы мы придумали какой-нибудь кроссворд как дополнительный материал для тех, кто учит суахили?

— Неужели ты сам этого не заметил? — спросила Сэндс. — Не могу поверить. Ведь в твоей резервной копии есть толстенный на это намек.