Лея Стоун – Потерянная (страница 11)

Не так уж и здорово. Я вся в крови.

– Не отвечай. Предположу, что, если тебя подстрелили, ты в крови.

Ответ утвердительный.

– Я не спал с тех пор, как ты пропала, – пробормотал он. – Я на границе Ведьминых земель с Белладонной Монгрейв, верховной жрицей. Она говорит, что ты можешь украсть нож фейри и срезать наручники, произнеся особое заклинание, оно обезвредит магию наручников, и ты сможешь вернуть свои силы, чтобы сражаться.

На меня снова накатило облегчение, которое медленно переросло в страх. Украсть нож фейри? Как я, черт побери, это сделаю? И как заклинание должно сработать? Я же не ведьма.

– Деми, послушай, мне пришлось рассказать ей, кем ты являешься. Что ты наполовину Паладин. Потому что я знаю, что Паладины владеют магией ведьм. И она сказала, что пока магия в тебе достаточно сильна, это должно сработать.

Я никогда не пыталась поколдовать с Рейвен, и, честно говоря, это меня пугало. Я хотела и дальше оставаться вервольфом и предпочла бы не заниматься всем этим. Но, чтобы избавиться от оков, один раз я могла сделать это.

– Теперь про нож фейри. Он не будет похож на нож, которым режут мясо. Он должен быть с декоративной рукоятью или украшен гравировкой. У каждого фейри есть такой, они получают нож при рождении от отца.

Черт, он много чего знал. Я кивнула, словно он мог меня видеть. Хорошо, украсть нож у одной из чокнутых темных фейри, которые были настолько злыми, что их собственный народ заставил их отделиться и разделил свои земли – да раз плюнуть.

Я всмотрелась в темноту и заметила отблеск вдалеке, который мог оказаться костром. Вероятно, мне следовало подождать до утра?

– Должно быть, там у тебя сейчас темно, ты видишь хижины или палатки или что-нибудь, указывающее, что рядом кто-то живет? Лучше сделать это ночью, пока присутствует эффект неожиданности.

Черт. Он действительно все продумал.

– Как только ты их разомкнешь, – он сделал паузу, будто отрепетировал это, – твой запах станет сильнее, и они начнут за тобой охоту.

Что ж, это не та чертова сказка на ночь, которая мне нужна.

– Но я взвесил все шансы и варианты сотни раз, и тебе будет безопаснее с твоими силами и волчицей, чем если бы ты попыталась прятаться с блокирующими наручниками, особенно если у тебя идет кровь. Ты ни за что не доберешься до Ведьминых земель, не сняв их.

Я остановилась. Ведьмины земли? Когда мы говорили в прошлый раз, он сказал, что мне нужно добраться до Города светлых фейри. Может, это он и имел в виду? Сейчас он с ведьмами, но он вместе с премьер-министром Локком встретит меня в Городе светлых фейри.

Он молчал, и замечание о встрече в Ведьминых землях начинало меня беспокоить.

– Ведьмины земли? – мысленно прошептала я, надеясь, что если говорить не слишком громко, током меня не ударит.

Не повезло.

Он долгое время ничего не отвечал. Настолько долго, что я уже задумалась, чтобы задать вопрос снова, несмотря на боль.

– Идет война, и светлые фейри присоединились к другой стороне. Теперь остались только мы и ведьмы.

Я замерла, надеясь, что неправильно его расслышала.

Война? Я пропала несколько дней назад, и он развязал войну?

Мама говорила, что если один из народов когда-то присоединится к противоположной стороне, изменив соотношение на четыре к двум, то сторона, оставшаяся в меньшинстве, будет истреблена. Я снова зашагала в сторону костра – просто чтобы продолжать двигаться и не паниковать.

– Нет. Почему? Из-за меня? – Я зашипела, когда наручники обожгли только зажившую кожу, но мне было все равно. Я должна знать.

Снова тишина. Теперь, когда я оказалась ближе к огню, смогла разглядеть две массивные фигуры, склонившиеся над костром; они негромко разговаривали, потому я застыла на месте в ожидании ответа Сойера.

– Когда я отправился в Город вампиров, чтобы спасти тебя, Локк меня остановил. Он сказал, что у меня нет законных оснований там находиться, и надел на меня датчик электронного слежения. Сказал, что мне нужно оставаться в Городе вервольфов до тех пор, пока не закончится расследование убийства.

Датчик. Вот дерьмо.

– Поэтому я его убил.

О. Мой. Бог.

– Сойер! Скажи мне, что ты этого не делал! – прошипела я сквозь боль.

Я чувствовала его гнев, просачивающийся через нашу метку, ослепительный и безудержный.

– О да, убил. Мы выяснили, что он был в сговоре с вампирами с той ночи, как познакомился с тобой. И он, и они хотели тебя и решили объединиться, чтобы тебя заполучить. Он попытался удержать меня, и я вычел его из уравнения. Никто не помешает мне вернуть тебя домой в целости и сохранности, Деми. Никто.

Мой парень совершал убийства из мести чаще, чем хотелось бы, но это было даже мило.

– Деми, – его голос сорвался, – я перепробовал все. Наш вертолет сбили. А этот чертов браслет поджарит меня, если я попытаюсь покинуть Город вервольфов. Мы работаем над тем, чтобы его снять, и я отправил Сейдж и Уолша найти тебя, зная, что ты будешь на границе с Территорией темных фейри, но…

Его голос затих, и мое сердце защемило. Я просто хотела, чтобы он меня обнял. Хотела стереть последние несколько дней и начать все заново. Теперь в это были втянуты еще и бедные Сейдж с Уолшем, а все находились в состоянии войны. Это неправильно.

Он вздохнул.

– Но все это – только начало. Думаю, тебе придется добираться до меня в одиночку.

От этих слов мое сердце бешено заколотилось. Я буду одна на протяжении всего пути до Ведьминых земель. Мне предстояло пересечь еще две территории. Буду честна, я надеялась, что за мной прилетит вертолет, но раз его подбили, этот вариант исключался.

– Ты сможешь это сделать? Сможешь быть сильной и вернуться ко мне? – В его голосе звучала боль, которую я ощущала всем телом. – Потому что я не уверен, что смогу жить в мире, в котором не будет тебя. – Он мысленно заплакал. – И я определенно не смогу жить с мыслью, как я с тобой обошелся в последний раз, когда мы виделись.

По моему лицу покатились слезы, и я кивнула.

– Не отвечай, – добавил он. – Эти штуки делают чертовски больно, если это что-то подобное моему браслету на лодыжке. Когда ты вернешься домой, я запрещу их навсегда. И привезу твоих родителей сюда и никогда больше не отпущу тебя от себя.

Из моего горла вырвался всхлип, но я заглушила звук, боясь привлечь внимание двух крупных фигур, сидевших возле костра. Как все покатилось к чертям собачьим так быстро? Но я радовалась, что он возвращается к яростному, ревнивому и убийственному себе.

– Я молился, – продолжил он, возможно, окрыленный, что мог снова говорить со мной. И, по правде, я хотела общения, хотела слышать все, о чем он думает. Было приятно хоть раз только послушать. – Я не верующий, но я молился, чтобы ты вернулась ко мне невредимой, – сказал он.

Я улыбнулась, представив Сойера со сложенными руками, возносящим молитву. Он действительно был выгодной партией, но мне стало интересно кое-что.

– Что с Мередит? – В этот момент мои руки чуть не отвалились. Меня никогда еще не било током так часто, но я должна была знать. Я обязана знать, легко ли отделалась эта сука.

Я ощутила его гнев, просачивающийся через нашу связь.

– По моему приказу ее изгнали из Города вервольфов навсегда. Завтра ее зачислят в Университет Дельфи.

Я не могла поверить. Он в самом деле изгнал ее? Я не знала, что сказать. На нее надели оковы? Она осталась одна? Мне вдруг стало ее жалко, несмотря на то, что она пыталась разрушить наши с Сойером отношения.

– Мне стоило верить тебе, Деми, я должен был знать. Я ощущаю тебя в своей душе. И знаю, на что ты способна, а на что нет. Я должен был сразу догадаться, даже под действием этих глупых чар.

Никто не может видеть сквозь чары, они работают не так. Мы молчали несколько минут и просто дышали. Я не собиралась злиться на него. Он был под действием приворота, и к тому же все выглядело так, будто я поцеловала другого парня. Я и правда поцеловала другого парня, но вся ситуация была подстроена, и если я когда-нибудь снова увижу того придурка, то пну его по яйцам.

Я была готова двигаться дальше и вернуть свою жизнь и своего парня. Если мы расстанемся из-за этого, то Мередит выиграла.

И я собиралась снять чертовы наручники. Не сводя глаз с двух фигур возле костра, я медленно сняла с плеча тюк и поставила его у основания дерева, на которое опиралась, стараясь не издать ни звука. Те двое разговаривали приглушенными голосами, готовя что-то на слабом огне, и я не могла понять, что они говорят.

Что сказал Сойер? У каждой фейри есть нож? Мне стало интересно, что случилось бы, если бы я подошла к ним и попросила одолжить его на пару секунд. Так бы они и согласились. Это темные фейри – фейри, совершавшие такие жуткие вещи, что их глаза почернели от магии, и отделившиеся от светлых собратьев, чтобы править на зловещих землях. Страшные истории, которые мне рассказывали в Дельфи об этом месте, вызывали мурашки. И если эти истории были правдой, то они заставили бы смутиться даже Итаки. Мое чутье подсказывало, что, если я хочу пережить эту ночь, придется подождать, пока они не лягут спать. Ружье – это, конечно, хорошо, но оно не поможет против двоих темных фейри. К тому времени, как я успею перезарядить его, они заставят меня замереть при помощи магии.

В Дельфи было всего несколько темных фейри; обычно они не ссылали тех, кто нарушал правила, а убивали.