Лея Кейн – Ведьма эльфам не игрушка! (страница 8)

Мое возвышение эльфов и принижение смертных начинало расслаблять слушателей. В лицах стало появляться не только любопытство, но и сочувствие глупенькой влюбленной дурнушке, у которой нет шансов. Нелепо, однако если во мне увидят ведьму, то не поверят ни единому слову. Уж это-то император Анарендил должен понимать своим отшлифованным мозгом.

– Чтобы украсть у принца всего миг драгоценного внимания, я прибыла в Амайю и назвалась дочерью лорда Сигберта Нирнаэта. Похищение Дыхания Жизни было лишь предлогом, чтобы он меня заметил. А потом я узнала, что его сердце отдано Исилиэль, и вскипела от ревности. Я, Дея Элианор Илберт, во всеуслышание заявляю, что оклеветала принца Риандельэлиена, желая сорвать его помолвку!

Вздохи облегчения и счастливые улыбки вызвали у Исилиэль румянец смущения. Я только что сделала принца Риандельэлиена в тысячу раз желанней в глазах всех эльфиек. Даже красавица дроу не устояла и одарила его приглашающей улыбкой.

– Но когда правда вскрылась, – вновь заговорила я, не позволив императору приказать увести меня, – и его величество узнал о моем несчастье, он сжалился и предложил бескорыстную помощь. Дело в том, что мой младший брат очень болен, а в Амайе есть все для его выздоровления. Император Анарендил проявил гуманность, еще раз подчеркнув, как добра и щедра ваша раса. Мы с Эйвиндом были приглашены во дворец и пробудем здесь до тех пор, пока он не встанет на ноги…

Возможно, это кому-то не нравилось, но эльфы все как один кивали, не осмеливаясь ставить решение императора под сомнение. Однако Анарендила моя подстраховка разозлила, и он поспешил вклиниться в столь жаркую ораторскую речь.

– Взамен Дея Элианор Илберт пообещала забыть о своих чувствах к принцу Риандельэлиену и не создавать им с прекрасной Исилиэль препятствий на пути к их общему счастью, – сказал он с нажимом.

– Да, конечно, если принцу больше по душе Исилиэль… – с тяжелым вздохом вымолвила я.

– Безусловно, – перебил Анарендил, строго взглянув на своего брата, вросшего в трон. Он словно боялся, что тот сорвется с крючка.

– Кажется, проблема исчерпана, – подала ласковый голос императрица. – Риандельэлиен не портил репутацию нашей семьи, и солнечная Амайя продолжит процветать под покровительством императора Анарендила.

Такой итог разочаровал дроу. Не прощаясь, темная эльфийка молча хмыкнула и зашагала на выход, оставив после себя шлейф запаха земли и дыма.

Анарендил кивнул стражникам, и те отвели меня в конференц-зал.

В этот раз мне хватило времени разглядеть огромные арочные окна, красивые узоры на массивной мебели, яркую мозаику на потолке – изображение эльфов всех известных видов и надписи на древнем языке.

Я обошла длинный овальный стол и уселась на трон во главе. Представила себя на месте императора, раздающего указания своим советникам, и даже закинула ноги на стол, удобно откинувшись назад. Именно в тот момент дверям надо было распахнуться.

Застывший на пороге Анарендил обдал меня ледяным взором, и я поторопилась спрыгнуть, но от испуга метнулась в сторону и шлепнулась на пол. Потирая локоть, на который приземлилась, медленно встала, выпрямилась и проследила, как император пересекает зал. Его шаги почти бесшумны, ритмичны, без напряжения. Даже как-то не по себе от этой грациозной хищности.

– Мне следовало бы наказать тебя, – произнес он, и я, задрав подол верхней юбки, начала вытирать то место на столе, где лежали мои ноги. – За твой спектакль.

– А, – опомнилась я, поправила платье и шагнула назад.

– Эльфийские земли широки и просторны. Они не ограничиваются Амайей. Но ни один император не назначается без согласия оракулов из высших эльфов. Твое сегодняшнее выступление могло положить конец моему правлению. Рад, что ты оказалась умнее.

– Я старалась не для вас. Если бы Амайю отдали лунным эльфам, а Дыхание Жизни – дроу, я потеряла бы шанс спасти Эйвинда.

Он задумчиво сощурился. Не ожидал, что я так быстро раскушу замысел эльфов. Забыл о моей ведьмовской природе. Кроме того, я хорошо изучила эту принципиальную расу, прежде чем броситься ей на растерзание.

Я сунула пальцы в зону декольте, вынула листок, распрямила и положила на стол.

– Список необходимых ингредиентов.

– Ты получишь все это сразу, как только избавишь Риандельэлиена от печати, – выдвинул он условие.

– Я вам не доверяю.

– Вся раса слышала о моем обещании помочь.

– Но вы можете вывезти меня из Амайи под покровом ночи и сказать всем, что Эйвинд здоров, а в прощании с влюбленной идиоткой и ее жалким братом нет смысла.

– Эльфы не лгут.

– Ну да, – усмехнулась я. – Боюсь, мы зашли в тупик, ваше величество.

Когда я впервые увидела императора, особо не считывала его ауру, но теперь ясно видела его основную головную боль. Подошла к нему, принюхалась к воздуху, чем заставила его нахмуриться, резко схватила за пах и прошептала:

– Вот в ком проблема отсутствия наследников.

Глядя на меня широко распахнутыми глазищами, Анарендил стиснул зубы и заиграл желваками. Видимо, я первая женщина, позволившая себе трогать его так бесцеремонно за все сто шестьдесят лет.

– Императрица никак не может зачать. Вы уже отчаялись, а ваши придворные лекари во всем винят ее. Нет у нее бесплодия. Совершенно здоровая, способная родить крепкого эльфенка. А вот ваши живчики слабоваты. Но я знаю, как это исправить. – Я осторожно отняла руку от императорского достоинства, начинающего заметно напрягаться, и улыбнулась, услышав его выдох: – Я помогаю вам зачать ребенка, вы даете мне все необходимое для лечения Эйвинда, я снимаю печать с принца Риандельэлиена, и мы расходимся друзьями. Как вам такая последовательность нашего сотрудничества?

Я оказалась права. Бедная Велая пролила немало слез в подушку, желая, но не имея возможности родить супругу наследника. И это сказывалось на их отношениях. Как бы Анарендил ни ненавидел меня, а свою благоверную любил больше. Сам не заметил, как подтвердил мои догадки:

– Ты правда думаешь, я доверюсь тебе?

– Да. Потому что кроме меня вам никто не поможет. Эльфийская магия бессильна, а чужеземным ведьмам вы не доверяете. Я же не только помогу вам, но и язык буду держать за зубами.

– Соглашайся, Ренди, – вдруг услышали мы голос Велаи.

Синхронно посмотрели в сторону дверей, где стояла императрица. На ее глазах блестели слезы.

«Ренди», – подумала я, мысленно расхохотавшись.

– Если она способна помочь мне стать матерью, то я согласна.

– Велая, с этой смертной опасно иметь дело, – попытался Анарендил предостеречь супругу, но она летящим облачком пересекла зал, схватила меня за руки своими тонкими нежными пальцами, заглянула в глаза и умоляюще спросила:

– Поможешь мне, и я никому не скажу про какую-то печать, которую ты поставила на Риана. Даже Исилиэль.

Я повела бровями. Благородные эльфы, которые никогда не врут! Зато интриг плетут столько, что вовек не разобраться.

– Если его величество не против, то вы забеременеете в ближайший день, предшествующий овуляции, – ответила я.

– Подари мне сына, и я лично прослежу, чтобы мой муж выполнил свою часть вашего тайного уговора, – пообещала она, с надеждой улыбнувшись.

Глава 10

Я вовсе не нуждалась в поддержке императрицы Велаи, но дружить с ней или сделать своей должницей лучше, чем оглядываться, опасаясь подставы. Пусть у нее не было причин ревновать Анарендила, но оставалась сестринская солидарность, играющая против меня.

Мне требовалась любая нательная вещь императора, пучок вербены с плодородного луга, кварцевый камень, свежее птичье яйцо из гнезда и колодезная вода. В ближайшую ночь я пообещала зарядить эти атрибуты магией, а сам ритуал было решено провести в полдень следующего дня.

Питающая надежду императрица без промедления распорядилась раздобыть все необходимое и потребовала у Анарендила снять с себя нижнюю рубаху, ведь вещь должна быть нестиранной, потому что работать я собиралась с его энергетикой. Самому императору наша затея нравилась не больше, чем я. То есть совсем не нравилась. Будь его воля, он привязал бы камень к моей шее и сбросил в море со скалы. Отчасти я разделяла его боязнь. Мне тоже была бы ненавистна ведьма, подчиняющая себе всех, кого я люблю. Но в этот раз обманывать его было невыгодно. Чем раньше забеременеет императрица, тем быстрее я получу Дыхание Жизни.

– Только не забывай про Риандельэлиена, – напомнил Анарендил, когда пришел лично убедиться, что мне доставили все по списку.

– С удовольствием примусь за изучение природы печатей, – ответила я, перебирая свои свечи в поисках подходящих, – но если вы не начнете меня кормить, скоро я умру от голода, а вместе со мной и ваш брат.

– Жаловаться на угощения в гостях – дурной тон, – сделал он мне замечание, решив, что я обнаглела, намекая на скудность еды.

– Увидеть бы сначала эти угощения. Ваши слуги приносят лишь одну порцию, а нас тут двое, – напомнила я.

Император равнодушным взглядом скользнул по Эйвинду и коротко сказал:

– Разберусь.

Вскоре нам принесли две чашки супа из лесной зелени, салат с пыльцой, овсяный хлеб, сироп из фиалок и даже хвойное печенье. Послевкусие от такого ужина было странным, будто я сначала попаслась на лугу, а потом погрызла елочную кору, но под ложечкой перестало сосать, в животе больше не урчало, и меня даже склонило в сон.