Лея Кейн – Алый почерк искушения (страница 25)

— Обокрала его, — догадался Вермунд, лукаво усмехнувшись.

— Я взяла кусок хлеба и тот лук. Клянусь, больше ничего не брала.

— Даже стрелы?

— Стрелы брала. Но колчан потеряла по дороге. Сохранила только одну.

Вермунд занес руку за спину, вытащил что-то из-за ремня и показал мне.

— Эти стрелы были в том колчане? — спросил он.

Я внимательно оглядела хвостовик, оперение, древко, наконечник. Напрягла память, размышляя, из той ли коллекции эта стрела, и ответила:

— Похожа на них.

— А лук был обычным?

— Не сказала бы. Тяжелый, раскладывающийся. Там крепежи у тетивы были из клыков оборотней.

Вермунд и Айварис переглянулись, после чего Сердцеед, покрутив пальцами стрелу, вынул из кармана сложенный вдвое листок, развернул и показал мне рисунок лука.

— Такой?

— Да! — закивала я. — Точь-в-точь. Но я так и не понимаю, какую роль он играет в поисках Тересы Бартли?

— Это служебное оружие охотников на оборотней, — пояснил Айварис, и я наконец обернулась. — Такие луки делаются в Скайдоре. На каждом из них высечен индивидуальный номер. Любой охотник понесет наказание, если потеряет лук.

— Так что высока вероятность, — улыбнулся Вермунд, — что Тересу Бартли ищу не только я.

— Но и тот охотник, — дошло до меня.

— Видишь номер? — Он указал мне на ряд цифр, вырезанных вдоль древка. — Тот же, что и на луке. По нему мы вычислим, кому из охотников он принадлежал. Если мы с ним объединим наши усилия, то быстрее найдем Тересу Бартли.

Из комнаты Поли вышла счастливая Аника, прижимающая к груди шкатулку и от всего сердца благодарящая мою подругу-фею. Но увидев меня между двумя принцами, она стерла улыбку со своего лица. Исподлобья покосилась на принца Вермунда и перевела возмущенный взгляд боевого хомячка на меня.

— Это не то, о чем вы подумали, — сыронизировал принц Вермунд, возвращая стрелу за спину. — К сожалению, это была сугубо официальная встреча.

— Нам пора собираться, сестра, — демонстративно игнорируя его, сказала Аника и зашагала к своей комнате.

— Чем старше она становится, — сказал он вполголоса, глядя ей вслед, — тем сильнее похожа на свою мать. Отрадно, что Тереса не в их породу.

Я лишь покачала головой. Этот проклятый лунный принц почему-то был уверен, что Тересу устроит его волчья порода. Бежал бы лучше в свое подземелье, пока она не явилась сюда, вооруженная профессиональным луком охотника.

— Пс… — позвала меня Поли и потрясла открытым купальником в руках. — Примеришь?

Я почувствовала на себе пристальный взгляд Айвариса и язык проглотила. Только любящая подруга могла вогнать меня в краску.

— Зрители нужны? — вмешался Вермунд.

— Хочешь, чтобы это было последнее, что ты увидишь в своей жизни, брат? — почти беззлобно произнес Айварис. — Занимайся и дальше своими поисками. Белье моя будущая жена и без тебя выберет.

Глава 22. Свобода

К бассейну, на который всем не терпелось взглянуть, нас сопроводили слуги и стражники. Идти пришлось пешком, так как по узкой тропинке не проехала бы ни одна карета. Но под зонтиками и за веселыми разговорами путь никому не показался долгим.

Всю дорогу я поглядывала на Айвариса, идущего впереди. Если его брат отправился купаться налегке, то мой герой снарядился до зубов. Только доспехи не надел. Зато меч прихватил, с рукояти которого не спускал ладони. Как будто в случае опасности он единственный, кто бы нас защитил. Именно он, а не сорок стражников.

Мы пришли к бассейну и просто замерли, созерцая великолепие этого таинственного уголка природы. Прозрачная вода циркулировала, переливаясь из залива в залив и на всю округу разгоняя свое сладкое журчание. На самом дне среди толстых корней деревьев поблескивали своей чешуей разноцветные рыбешки и искрились камешки.

Спуститься к пляжу можно было по каменным ступенькам, которые веками шлифовались водой и ветром. Гладкие, ровные, достаточно широкие. Само побережье было чистое, просторное, манящее. Живописный рай для любителей природы и романтики.

Альдис тут же отдал распоряжение слугам расстилать пледы, раскладывать столики с зонтами, устанавливать гриль.

— Милые дамы, — обратился он к нам с лицом, светящимся от волнения. — Располагайтесь, не стесняйтесь. Ощутите нежные прикосновения воды, которые снимут напряжение с ваших уставших ножек после прогулки. Верните себе годы беззаботного детства!

Глаза девушек запылали огнем восторга. Каждое слово Альдиса было для них нектаром счастливых возможностей. Что бы он ни сказал, они всему верили.

Ох, Альдис! Проводник между реальностью и мечтами. Яркая звезда на небосклоне. Без особого усилия проникал в самые дебри душ своим голосом, полным заводной ноты притягательности. Неудивительно, что он начал обретать популярность среди невест и перетягивать на себя все внимание. Даже Лета вдруг стала чаще улыбаться ему, а не принцу Айварису. Хотя этого следовало ожидать. Альдис делал каждую из нас героиней самых запоминающихся событий, а принцы своим отражением в зеркале любовались чаще, чем гостьями.

— Госпожа, — ко мне с поклоном подошел Хельвард, держа в руках черный чехол, — ваша удочка. Позвольте показать вам место, где никто не помешает рыбалке?

— Или никому не помешаю я? — улыбнулась я.

— Я сам все покажу, — заявил подошедший к нам Айварис, беря у слуги чехол.

— Оставишь меня на растерзание косяку русалок? — усмехнулся Вермунд.

— Раньше ты не жаловался на избыток женского внимания.

— Вам не о чем волноваться, ваше высочество, — подсказала я, кивая на Альдиса. — Ваш троюродный брат уже затмил почти всех мужчин в их глазах. Сбежите при первой возможности, никто и не заметит.

Уголок губ Айвариса дрогнул.

— Какая прямолинейная у тебя избранница, брат, — произнес Вермунд. — Удачной вам рыбалки.

— А вам удачной охоты на дикую лисицу, — с улыбкой пожелала я и, взяв свою сумку, отправилась за Айварисом.

Мы пошли вверх по течению реки, затоном которой и был бассейн. Здесь по обоим берегам раскинулись густые кусты и вытянутые стебли травы. И шепот ветра, проносящийся сквозь листву, сливался с шепотом потока, создавая атмосферу умиротворения. Но все же я не понимала, как тут можно рыбачить? Где расположиться?

— Смотри, — шепнул Айварис, остановившись и указав на тихую заводь.

Здесь, вдали от людских шумов, плавно плавали по речной глади лебеди. Передвигаясь в такт с водой, две грациозные белоснежные птицы исполняли настоящий танец любви. То сближаясь, то отдаляясь, создавали самый волшебный момент гармонии и естественности.

— Как красиво, — прошептала я, не в силах оторвать от них глаз.

— Советники склоняли Вандера Вольного расширять королевство. Вырубать здешние леса и застраивать поселениями. Загнав сюда оборотней, он фактически уберег это место от человеческой алчности.

— Сделал заповедник.

— Что?

— В моем мире такие места называют заповедниками. Это как бы территория, где природа сохраняется в естественном состоянии.

— Да, — едва заметно улыбнулся Айварис, — получается, мой предок сделал тут заповедник.

Закончив свой ритуал, лебеди взмахнули крыльями, оторвались от воды и, разбрызгивая капли, взмыли в небо. Мне пришлось приложить ладонь ко лбу, уберегая глаза от яркого солнца, чтобы увидеть, как уменьшаются размеры двух влюбленных птиц.

У заводи стало совершенно тихо.

Айварис протянул мне ладонь и глазами указал на воду. Разглядывая лебедей, я даже не заметила, что здесь есть маленький пляж. Компании здесь было бы тесно, а нам двоим вполне достаточно места.

Мы спустились на покатый берег и занялись делом. Айварис отложил меч, раскрыл чехол и принялся собирать для меня удочку. Я же переоделась в купальник, который вызвал у него временную потерю дара речи.

— Хорошо, что мы отошли от бассейна, — сказал он после недолгой паузы. — Нечего моему брату глазеть на тебя.

Я засмеялась и, подойдя к воде, пальцами ноги проверила воду. Теплая.

— Почему ты захотела порыбачить? — поинтересовался Айварис, поднося мне удочку.

— Ностальгия, — пожала я плечами. — В детстве я часто рыбачила с бабушкой. Зимой, конечно, мы не рисковали. Не женское дело — подледный лов…

— Подледный?

Я опомнилась, что в Армаросе не бывает снега. Зимы здесь чуть дождливее лета. И Айварис, вероятно, ни разу в жизни вообще не видел суровой непогоды.

— Там, откуда я, в зимние месяцы реки покрываются толстым слоем льда. Деревья сбрасывают листву, некоторые животные впадают в спячку. Только весной, когда тает снег, все вновь оживает.

— Как ваши люди выживают в таких условиях? — спросил Айварис, видимо, скептически относясь к моему рассказу.