Лея Кейн – Алый почерк искушения (страница 20)

— Я забеременела, и Ашер привел меня в стаю. Рах-Сеиму совсем не понравилось, что внук отрекся от волчицы ради иномирянки, и не принял меня. Сказал, благословит выбор Ашера, только если я выношу и рожу здорового волчонка. Для всех я стала всего лишь его наложницей.

Моя рука интуитивно легла на живот. В горле образовался душащий комок. Глаза защипало от навернувшихся слез.

— Я потеряла своего малыша на третьем месяце. Казалось, что жизнь разделилась на до и после. Рухнули все мои мечты, надежды. Едва я оплакала ребенка, как Рах-Сеим потребовал от внука избавиться от меня, слабой особи, которую даже нельзя было обратить. Но Ашер встал на мою защиту. Заявил, что не бросит, даже если я никогда не рожу ему сына. Тогда Рах-Сеим поклялся, что рано или поздно внуку придется зарывать в землю мой холодный труп…

Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и глубоко вздохнула.

— Жить стало тошно. Я шарахалась от собственной тени. Запиралась на все замки. Выходила из дома только в крайней необходимости. А Рах-Сеим входил во вкус игры. Посылал ко мне своего безумного сыночка Раги, чтобы тот напоминал, как мало мне осталось. Но полгода назад его дочь Зарина предала его.

— Они с принцем Кристером очень полюбили друг друга, — произнес Хельвард.

— Как же ваш господин принц Айварис Грозный принял ее в семью?

— Не принял. До сих пор злится. Все уже отправили подарки по случаю рождения у них сына, а он не подписал даже поздравительную открытку.

— Не удивительно. Его воротит от всего, что связано с Рах-Сеимом. Будь то дочь, отрекшаяся от стаи, или девушка его внука, которую он хочет убить. Вашему принцу Айварису не помешал бы психотерапевт.

Хельвард никак это не прокомментировал.

— Что стало с вами после измены Зарины? — спросил он.

— Рах-Сеим забыл обо мне на какое-то время, но потом решил, что ее место займет Ашер. Ему он передаст стаю, когда его силы иссякнут. Как вы понимаете, я в этом плане была лишней. Рах-Сеим не мог просто взять и убить меня. Он дорожил доверием внука. Начались провокации. Мы с Ашером стали часто ссориться. Перестали понимать друг друга. Нас уже не связывала даже постель, потому что все чаще он уходил от меня, так и не притронувшись ко мне. Рах-Сеим медленно взращивал в нем ненависть. Чтобы убить меня руками Ашера и выйти из воды сухим. Несмотря на наши скандалы, он навещал меня каждые три дня, а недавно пропал. Потом пришел Раги, но не запугивать, как обычно. Ему было велено доставить меня в стаю. Живой или мертвой.

Я вспомнила борьбу с одноглазым оборотнем и передернула плечами.

— Чудом мне удалось сбежать. По дороге в никуда я познакомилась с сестрами Бартли и попала сюда. А теперь ваш господин собирается выдать меня Рах-Сеиму. Живой. Это значит, что я проживу еще три дня. Он придержит меня до Багровой Ночи, чтобы принести в жертву духам. Если Ашер еще жив, то заставит его смотреть, а возможно, даже мучить. Сначала меня отдадут стае. Рах-Сеим позволит делать со мной все, что пожелается его дикарям. Но прикажет сохранить мне жизнь. Наверное, в качестве трофея они отрежут мне волосы, пальцы, уши, вырежут глаза и язык, заживо снимут с меня кожу. Мои руки и ноги обмотают колючей проволокой. Каждую рану Рах-Сеим будет поливать соком волчьей ягоды, продляя мои страдания. Оставшуюся тушу на рассвете раздерут на мелкие куски, и от меня не останется даже следа. Будто и не было никогда в вашем мире.

Хельвард тяжело вздохнул. Не такую историю он хотел услышать.

— Я осмелилась подмениться с Тересой Бартли, зная, что меня раскроют. Но согласитесь, Хельвард, лучше быстро умереть на виселице, чем мучительно от рук Рах-Сеима. Я надеялась на благоразумие принцев Скайдора, а нашла тут глупых мальчишек, помешанных на жажде мести и жажде секса. Ашер, воспитанный волками, и то оказался более человечным. Он учил меня ориентироваться в лесу, отличать человека от оборотня, рассказывал о традициях, защищал меня, а я так и не смогла полюбить его по-настоящему. Зато без памяти влюбилась в вашего эгоистичного принца. Видимо, у меня судьба такая. Всю жизнь быть несчастной.

— Вы будете смеяться, но мне кажется, принц Айварис тоже в вас влюблен, — произнес Хельвард.

Я и правда расхохоталась. Ничего несуразнее ему на ум не пришло?

— Он очень холодно и предвзято относился к госпоже Янессе, которая навела в этом замке порядок и даже посадила тот самый сад, где вы любите гулять. А еще однажды напророчила ему любовь с наложницей Ашера.

— Как это — напророчила? — перестав смеяться, уточнила я.

Хельвард пожал плечами:

— Случайно, надо полагать. Ваша судьба не давала ей покоя. Она очень за вас переживала. Постоянно думала о вас, говорила. А когда принц Айварис выступил против союза принца Кристера с Зариной, сказала ему: «Представь, если завтра ты полюбишь наложницу Ашера! Ты поставишь на ней крест или по-мужски встанешь на защиту?»

Уголки моих губ приподнялись. Я эту Янессу даже не знала, а она предсказала сегодняшний день.

— Лишнее болтаешь, — рявкнул появившийся в дверях Айварис.

Хельвард подскочил со скамейки, согнувшись в поклоне, а я стиснула зубы.

Забрав у слуги ключ, принц подошел к клетке, снял замок и отворил решетку.

— Тебя зовут Каролина? — спросил грубо, но уже без ярого желания отдать меня потрошителю.

— А ты, я так понимаю, подслушивал? — Я встала с кучи и отряхнула платье от соломы. — Ашер звал меня Кэрол.

Айварис сощурился и дернул уголком рта. Что это? Неужели ревность?

— Выпущу из клетки, если пообещаешь не создавать проблем страже. Сбежать из замка ты не сможешь, но мне нужны гарантии, что ты не устроишь дебош, пока мы с Вермундом будем в заточении.

— Не питай иллюзий, что я покорно буду ждать, когда же ты отведешь меня к Рах-Сеиму, — ответила я. — Я не только устрою дебош, но и попытаюсь сбежать. Вдруг получится.

— Тогда будешь сидеть в этой клетке до конца фестиваля.

Я огляделась. Спальня мне нравилась больше, даже с таким болтливым приложением, как Аника Бартли.

— Ты решил сначала жениться, а потом выдать презренную наложницу волка Рах-Сеиму?

— Наложницу волка? — Айварис озадаченно выгнул бровь. — Не видел, не знаю. В моем замке гостят только участницы отбора невест, в том числе Тереса Бартли, которую я поклялся оберегать в гарантийном письме ее матушке.

Хельвард за его спиной счастливо улыбнулся и кивнул мне, как бы намекая, что это то, о чем он мне говорил.

— Ваша сестра уже выбрала себе купальник для завтрашней прогулки на пляж. Поли ждет только вас. Поспешите, а то придется купаться голышом.

Я растерялась. У этого принца раздвоение личности налицо.

— Хельвард, тебя ждет Вермунд, — сказал он слуге через плечо, и тот поспешил удалиться.

Как только стихли его шаги, я замахнулась и все-таки шлепнула Айвариса по другой щеке.

Поведя челюстью, он скрипнул зубами и спросил:

— Полегчало?

— Вполне, ваше высочество! — отрезала я, гордо подняла подбородок и вышла из клетки.

Глава 18. Удел быть счастливой

Зря я жаловалась на судьбу. Не у всех есть такие подруги, как Поли. Она поддерживала меня в самые мрачные времена. Благодаря ей, я не сошла с ума и не наделала глупостей, которые стоили бы мне жизни. Так что на моем пути был лучик света по имени Поли.

Мы проболтали до самой ночи. Выпили полтора чайника чая, пока я рассказывала ей, как умудрилась переспать с принцем Айварисом, а она делилась своими отношениями с Хельвардом. Мне даже стало чуточку стыдно, что за своими проблемами я вовремя не заметила крутые жизненные повороты у подруги. Она буквально светилась от счастья. Была уверена, что Хельвард ее судьба. Готовилась стать невестой. Делала эскизы свадебного платья. Мечтала о медовом месяце где-нибудь на жарких островах. И конечно же, видела меня в роли подружки невесты.

Ее глаза сияли, и я не стала портить ей настроение, хотя понимала, что могу не дожить до их свадьбы. Рах-Сеим найдет меня, а принц Айварис выдаст, глазом не моргнув. Не станет же он рисковать жизнями знатных дамочек, соревнующихся за его внимание. Среди них будущая королева, а я всего лишь наложница волка.

Когда я вернулась из туалета в очередной раз, потому что чай внутри надолго не задерживался, меня ждал Хельвард, тихонько флиртующий с Поли.

— Извиняюсь, — кашлянула я, отвлекая их друг от друга. — Если бы я знала, то задержалась бы… В общем, я пойду. Поздно уже…

— Постойте, госпожа, я пришел за вами, — остановил меня Хельвард.

— За мной?

— Его высочество принц Айварис духами Багровой Ночи просит вас почтить его своим визитом. Он ожидает вас в оранжерее.

— Что, прямо в облике волка? Так не терпится еще раз унизить меня?

— Нет, госпожа. Принц сегодня не обратился.

Я похлопала ресницами. Не обратиться он мог только в случае снятия проклятия. А если так, и чары злого рока развеялись, то значит… Он нашел истинную любовь?

— Рада за него. Передайте ему мои поздравления, Хельвард. Уверена, они с принцессой Эйрен будут счастливы. Но раз у вашего господина наладилась личная жизнь, то наши встречи будут лишними. Все следующие испытания я беспрекословно провалю, чтобы не мешать принцу строить будущее со своей возлюбленной…

— Госпожа, — перебил меня Хельвард, улыбнувшись, — его высочество не любит принцессу Эйрен. Он любит вас. Я же говорил.