Лэй Ми – Клинок молчания (страница 25)

– Почему?

– О его неподкупности ходят легенды. А для проверки Старого Сина на полиграфе требовался человек с безупречной репутацией. – Бьян Пинь заметил, как лицо у Фан Му помрачнело. – В любом случае нам не о чем беспокоиться. Пусть факты говорят сами за себя. Фан Му. – Голос его внезапно стал низким, а тон – весомым. – Мы работаем в полиции и обязаны соблюдать закон… пусть даже в ущерб своим чувствам.

Повисла долгая тяжелая пауза; казалось, атмосфера между ними сгущается с каждой секундой. Наконец Фан Му кивнул. Выражением лица он полностью соглашался со словами Бьян Пиня, однако внутри у него царил раздрай.

Старого Сина однозначно подставили. Тем не менее он убил человека, а улик, подтверждающих его версию событий, так и не нашли. По закону ему полагалось суровое наказание.

Офицер полиции должен соблюдать законы. Вопрос лишь в том, делает он это, повинуясь требованиям профессии, или по велению совести?

На следующий день Хан Веймин запретил беспокоить его и заперся в кабинете, чтобы изучить материалы дела. Он предоставил Бьян Пиню и Фан Му найти помещение для проведения проверки и установить в нем оборудование.

С утра пораньше Фан Му помчался к нему в отель. Он собирался подождать Хан Веймина в кафетерии. Но, войдя в двери, сразу увидел эксперта, который сидел за столом с миской каши. Тот обрадованно поздоровался с Фан Му и пригласил присесть.

– Вы уже завтракали? – Хан Веймин вытер рот бумажной салфеткой. – Овсянка тут хорошая. Хотите попробовать?

– Спасибо, я ел. – Фан Му не был расположен вести светские беседы. – Мастер Хан, как продвигаются дела с тестовым протоколом?

– Я смотрю, Бьян Пинь выделил мне парня, который разбирается в этом деле… – Хан Веймин усмехнулся. – Может, вы и сам специалист по полиграфу?

Уголки губ Фан Му скривились в печальной улыбке. Те немногие знания, которыми он обладал в этой сфере, были получены в результате судорожного копания в книгах за последние несколько дней. Тем не менее он помнил, что процедура теста делится на три фазы: составление тестового протокола, применение тестового протокола и анализ данных.

Тестовый протокол устанавливал цели и формат теста. Тут главным было сформулировать вопросы так, чтобы они вызвали у испытуемого психологическую и физиологическую реакцию. Дальше специалисту следовало подумать, в каком порядке их задавать.

Хан Веймин, похоже, был полностью уверен в Фан Му и Бьян Пине. Он с удовольствием переложил на них все организационные моменты. Тем не менее дальше этого его доверие не простиралось. В том, что касалось непосредственно теста, Хан Веймин отказывался делиться даже незначительными деталями.

Покончив с завтраком, он снова принялся болтать, переключаясь с одной темы на другую. И только в половине девятого встал из-за стола и сказал:

– Поехали. Мне надо осмотреть помещение в департаменте.

Хотя час пик уже миновал, улицы до сих пор были сильно загружены. Бо́льшую часть пути они то разгонялись, то тормозили, и поэтому у Фан Му было достаточно возможностей рассматривать Хан Веймина в зеркало заднего вида. Тот сидел на заднем сиденье, полностью расслабившись и не испытывая никакого дискомфорта, и с подлинным интересом разглядывал улицы за окном.

Фан Му понимал, что так Хан Веймин удерживает дистанцию. И все равно был полон решимости сделать еще попытку.

На очередном красном светофоре он затормозил в конце длинной очереди из машин, поставил нейтральную передачу, дернул ручной тормоз и повернулся к своему пассажиру, протягивая тому сигарету:

– Мастер Хан, а сколько вы уже занимаетесь проверками на полиграфе?

– О, спасибо! – Хан Веймин ловко взял сигарету у него из пальцев. – Уже почти пятнадцать лет.

– Значит, вы многое успели повидать. – Фан Му снова развернулся к дороге, стараясь избегать зрительного контакта с собеседником. – Были у вас какие-нибудь особенно сложные случаи? Мне хотелось бы поучиться у вас.

– Что вы имеете в виду? – усмехнулся Хан Веймин.

– Ну, например… – Фан Му тщательно взвесил следующую реплику. – Когда люди готовились к проверке и пытались обмануть детектор…

– Обмануть детектор лжи? – Хан Веймин широко улыбнулся. – Ну конечно! Приемы противодействия разрабатываются с тех самых пор, как придумали сам полиграф. Приведу пример: в свое время все агенты КГБ владели этими приемами. Не думаю, что я добился бы большого успеха, тестируя этих парней.

– Правда? Значит, обмануть полиграф все-таки возможно? – Фан Му попытался сказать это вскользь, словно из простого любопытства. – И как же?

Хан Веймин поцокал языком.

– Существует множество способов изменить естественные психологические и физиологические реакции.

Он с удовольствием перечислил несколько таких приемов, в результате которых тест не удавался или приводил к неверным результатам.

Фан Му внимательно слушал его, пытаясь досконально все запомнить. Когда Хан Веймин закончил, в душе молодого профайлера затеплилась надежда. И вдруг он почувствовал: что-то не так.

Отвлекшись от дорожного движения, Фан Му встретился глазами с Хан Веймином в зеркале. Эксперт-полиграфолог глядел на него с хитроватой усмешкой.

– Ох, Мастер Хан, вы слишком доверчивы! – Фан Му снова отвел взгляд, ощущая сильную неловкость. – Вам не приходило в голову, что я могу передать все это Старому Сину?

Хан Веймин снова рассмеялся.

– Вы кажетесь мне человеком высокопрофессиональным. И я уверен, что ваш интерес исключительно академического свойства. – Он улыбался во весь рот, но его взгляд оставался зорким. – Кроме того, я знаком со всеми этими приемами. И у меня есть против них свои.

Красный свет сменился зеленым. Фан Му снова включил передачу. Крошечная искра облегчения, которую он почувствовал мгновение назад, потухла.

Тест на полиграфе должен был проходить в конференц-зале на четвертом этаже. После того как оттуда вынесли всю мебель, зал стал очень просторным; там было спокойно и тихо. Всех сотрудников попросили удалиться, чтобы проведению теста никто не помешал.

Хан Веймин окинул взглядом помещение, сжав руки за спиной. Потом проверил температуру воздуха. Похоже, подготовкой, проведенной Бьян Пинем и Фан Му, он остался полностью доволен.

Бьян Пинь внимательно следил за экспертом.

– Если нужно что-то еще, только скажите. Мы всё сделаем, чтобы помочь вам.

– Вы и так справились даже лучше, чем я ожидал, – сказал Хан Веймин, осклабившись. Потом его улыбка слегка померкла. – Что же, ведите испытуемого.

Для прохождения теста на полиграфе Син Чжисена перевели из тюрьмы в камеру изолятора, расположенного в здании департамента.

Час спустя, когда Фан Му, Бьян Пинь и Хан Веймин вели в другом конференц-зале светскую беседу, им сообщили, что для теста все готово.

– Испытуемый Син Чжисен ждет в комнате для тестирования, – сообщил офицер.

Хан Веймин не торопясь закурил сигарету и только потом поднялся на ноги.

– Идемте посмотрим.

Бьян Пинь остался сидеть, но, хлопнув Фан Му по плечу, велел ему следовать за Хан Веймином.

Чтобы предтестовое собеседование прошло гладко, с четвертого этажа удалили весь персонал. В коридоре слышались лишь шаги двоих человек. Один шел не медленно и не быстро – Хан Веймин. Шаги второго звучали чаще и сбивчивей – это был Фан Му. Не глядя вперед, последний свернул за угол и практически наткнулся на мужчину, стоявшего посреди пустого коридора.

Чжен Линь.

Хан Веймин едва заметил капитана и просто прошел мимо него. Но у Чжен Линя были другие планы. Он решительно перегородил Хан Веймину дорогу.

Секундное удивление на лице эксперта мгновенно сменилось добродушной улыбкой.

– Что случилось? – спокойно спросил он, словно обращался к расшалившемуся ребенку.

– Вы тот самый эксперт? – спросил Чжен Линь, холодно озирая Хан Веймина; на его лице читалась неприкрытая враждебность.

– Капитан Чжен! – Фан Му вышел вперед. – Что вы здесь делаете?

Чжен Линь даже не посмотрел на него. Секунду все трое стояли в молчании.

– Проверьте его как следует, – потребовал Чжен Линь, а потом, после паузы, добавил с нажимом: – И не делайте глупостей, иначе мне придется вмешаться.

Глаза Хан Веймина сощурились, а улыбка померкла.

– Что вы имеете в виду под «глупостями»? Подкуп, прикрытие или, наоборот, незаконное разоблачение? – Голос эксперта был ледяным. – Мне плевать, что там у вас за дела с Син Чжисеном. Я опираюсь только на факты и на то, что вижу собственными глазами.

Он прошел мимо капитана и двинулся вперед, не оглядываясь. Фан Му хотел поспешить за ним, но Чжен Линь схватил его за руку. Развернувшись, Фан Му увидел, что выражение его лица изменилось. Теперь на нем читалась странная смесь страха с мольбой.

Фан Му молча поглядел начальнику в глаза. Несколько секунд спустя Чжен Линь открыл рот, но тут же закрыл его снова. Фан Му выдернул руку и пошел прочь.

Мгновение спустя, войдя в конференц-зал, он увидел, что Хан Веймин уже уселся на место и прикуривал сигарету для Син Чжисена.

Фан Му поспешил представить эксперта:

– Комиссар Син, это…

– Не надо, – с улыбкой ответил Син Чжисен. На столе между ними троими стоял ноутбук. – Я хорошо знаю Хан Веймина, или Мастера Хана, если предпочитаете. Мастер Хан, – повторил он, – похоже, ваша тяжелая работа приносит плоды.

– Я просто делаю свое дело. – Хан Веймин стряхнул пепел. – Как дела, Старый Син?