Лэй Ми – Азиатский профайлер. Четыре дела Фан Му. Комплект иямису-триллеров (страница 15)
Заметив эту перемену, Фан Му занервничал еще сильнее. Однако продолжал говорить.
– Что произошло? Вы пили его кровь? Мне казалось, вы упоминали, что мужская кровь слишком густая и плохо усваивается.
«Черт! Ну вот зачем я опять…»
Рот Ма Кая исказился в кривой усмешке.
– За неимением лучшей сгодится. Твоя, например.
В его глазах мелькнуло голодное выражение – как у летучей мыши, ищущей добычу.
У Фан Му закружилась голова. Он сухо рассмеялся:
– Думаете, я ничего не принес с собой для защиты?
– О? – Ма Кай уже начал вставать, но тут заколебался. Мгновение спустя он расслабился снова. – Невозможно. Тебе ни за что не позволили бы находиться тут с оружием.
– Думаете, нет? – парировал Фан Му. Несмотря на принужденную улыбку, внутри у него все тряслось.
Внезапно Ма Кай вскочил на ноги, кинулся к нему и потянулся своими тощими руками к его шее.
Нервы Фан Му, и без того натянутые до предела, не выдержали. С криком он вскочил со стула и перебежал на другую сторону стола, напротив Ма Кая.
Вдвоем они начали бегать по кругу, словно играя в догонялки. Глаза Ма Кая увеличились и налились кровью, он тяжело дышал, будто в предвкушении. Несколько раз пытался запрыгнуть на стол, но Фан Му мешал ему, размахивая своей сумкой с книгами, отчего ее содержимое по частям вылетало и сыпалось на пол.
Он пытался кричать, звать на помощь, но слова застревали у него в горле.
Наконец Ма Кай утратил терпение и все-таки заскочил на стол. Фан Му в отчаянии размахнулся сумкой, но поскольку практически все книги из нее уже выпали, удар оказался не тяжелей перышка и не произвел никакого эффекта. Ма Кай потянулся к нему. Фан Му отшатнулся, наступил на шариковую ручку, рассыпавшуюся вместе с остальными вещами, и рухнул на пол лицом вниз.
Воспользовавшись преимуществом, Ма Кай кинулся к нему, пытаясь ухватить за шею. Фан Му перехватил его руки, уперся ногой нападавшему в живот, а потом лягнул изо всех сил, так что Ма Кай отлетел к противоположной стене.
Пока преступник извивался на полу, хрипя от боли, Фан Му вскочил и бросился к двери и заколотил по ней, взывая о помощи. Секунду спустя Ма Кай сзади дернул его за рубашку, снова повалив на пол.
Предыдущая схватка до того измотала Фан Му, что у него уже не было сил сопротивляться. Ма Кай, напротив, несмотря на истощенный болезненный вид, оставался неутомим и жаждал крови.
«Долго я не продержусь
Тяжелое дыхание Ма Кая эхом отдавалось у Фан Му в ушах, слюна капала ему на голую шею. Фан Му почти что чувствовал боль, с которой эти острые зубы сейчас вопьются в его плоть.
«Помогите…»
Не открывая глаз, он услышал, как железная дверь распахнулась и кто-то ворвался внутрь. Железная хватка Ма Кая на его плечах ослабла – Вампира сдернули с Фан Му.
Он открыл глаза и увидел встревоженное лицо Тай Вея, склонившееся над ним. В руках у него была полицейская дубинка.
– Ты в порядке?
Тай Вей протянул ему руку и помог встать. Шатаясь, Фан Му уцепился за край стола, чтобы не упасть. Сделав несколько захлебывающихся вдохов, он ощупал шею. Внезапно накатила тошнота; Фан Му перегнулся пополам, и его вырвало.
Несколько охранников прижимали Ма Кая к полу, надевая назад ручные и ножные кандалы.
Фан Му подождал, пока уймется дрожь во всем теле. Потом с трудом наклонился и подобрал свои вещи, рассыпавшиеся по полу, обратно в сумку.
Хотя голову Ма Кая тоже держали, он не сводил с него глаз, и выражение их казалось чуть ли не безмятежным. Не осмеливаясь встретиться с ним взглядом, Фан Му предпочел сосредоточиться на содержимом своей сумки, которое тщательно рассортировал, а потом сразу направился к двери. Тай Вей кинулся помочь, но Фан Му его оттолкнул.
– Не тронь! – крикнул он полицейскому. И, не оглядываясь, вышел из камеры.
Час спустя в небольшом ресторанчике неподалеку от университетского кампуса Тай Вей сидел за столиком напротив Фан Му, который пил воду стакан за стаканом, не поднимая головы.
– Ну ладно, ладно, – сказал полицейский, протягивая сигарету. – Все еще злишься на меня?
Сначала Фан Му не хотел ее брать, но потом увидел, что сигарета дорогущей марки «Чжонгуа», и согласился.
Тай Вей торопливо поднес ему зажигалку.
– Вот и правильно. Злиться не надо.
С сигаретой во рту Фан Му пробормотал что-то вроде «я и не злился».
– Я уже наорал на охранника, – отчитался Тай Вей, наблюдая за выражением лица Фан Му. – Хорошо еще, ты не пострадал, иначе криком не обошлось бы.
Фан Му, казалось, немного расслабился. В действительности он и сам был отчасти виноват в том, что произошло в тюрьме. Если б он не раздразнил Ма Кая своим замечанием, то сумел бы удержать ситуацию под контролем. Однако Фан Му все еще не мог простить Тай Вею, что тот покинул свой пост и его едва не убили.
– Слушай, ну давай, поешь чего-нибудь. Я угощаю, – настаивал Тай Вей, преисполненный чувства вины за случившееся. Он заказал целую кучу еды и несколько бутылок пива.
Выпив пару бокалов, оба они заговорили свободнее, словно позабыв страшные события прошедшего дня.
– Знаешь, – сказал, раскрасневшись, Тай Вей, – я восхищаюсь тобой, братец. Если б не ты, еще неизвестно, когда бы мы раскрыли это дело.
Фан Му только с улыбкой покачал головой и сделал еще глоток пива.
– Но есть кое-что, чего я не понимаю, – продолжал Тай Вей.
– Да, – отозвался Фан Му, – и что же?
– Во-первых, откуда ты узнал про внешность Ма Кая? И где он живет, и что у него за семья?
Фан Му опустил свой бокал на стол.
– В первую нашу встречу ты показал мне кучу фотографий с мест преступлений и отчетов по ним. Потом я лично побывал в квартире, где он убил Яо Сяоян и похитил Тон Юй. Единственное, что можно было по ним заключить: полнейший хаос. Он выбирал жертв спонтанно, не планировал преступления заранее и не избавлялся от улик. Ножи, чтобы вскрыть тело, брал в домах у жертв и там же бросал. Я пришел к выводу, что наш преступник относится к так называемому дезорганизованному типу.
– Дезорганизованный тип?
– Да, в противоположность организованному. Эту классификацию придумали американцы из ФБР, в восьмидесятых годах прошлого века. Так называемые дезорганизованные серийные убийцы обычно страдают от тяжелых психических расстройств. Постепенно они лишаются разума и социальной ответственности – если вообще их имели – и становятся частично или полностью оторванными от реальности. У их преступлений имеются характерные отличительные признаки – например, они действуют импульсивно и совершают преступления в хорошо им знакомых местах. Они не заботятся об уликах – довольно беспечно, правда? – бросая их где попало. В случае с Вампиром все эти признаки были налицо.
– Пожалуй. И все равно, по этим данным не установишь ни внешность убийцы, ни его происхождение и семейные обстоятельства.
– Конечно, нет. Но позволь задать тебе вопрос. Бывало у тебя такое, что ты с первого взгляда понимал, плохой перед тобой человек или хороший? И впоследствии оказывалось, что твое интуитивное суждение оправдалось?
Поразмыслив мгновение, Тай Вей кивнул.
– Бывало, да.
– Как думаешь, почему?
– Понятия не имею, – честно признался полицейский.
Фан Му улыбнулся.
– Потому что тот человек был похож на кого-то, с кем ты встречался раньше и насчет кого сделал такой же вывод. Когда у тебя появился новый знакомый, твое подсознание сравнило его с тем, предыдущим, и в результате он сразу понравился тебе – или нет. Как мы уже знаем, очень часто такая интуиция оправдывается, и это здорово помогает решать подобные загадки.
– Какие загадки?
– А такие, что иногда люди, которые выглядят похоже,
Тай Вей нахмурился.
– Ты говоришь о Чезаре Ломброзо? Прирожденные преступники?
– Да-да, горячо. В своей книге «Преступный человек» Чезаре Ломброзо выдвигает теорию о так называемых
– Каким именно образом?
– Позволь я приведу простой пример. Ты когда-нибудь замечал, что мужья и жены со временем становятся похожи?
– Конечно.
– Мужчина и женщина, различающиеся внешне, вступив в брак, начинают походить друг на друга. Какова причина? А дело в том, что когда люди живут вместе, они одинаково питаются и придерживаются одинаковых распорядков работы и отдыха. В результате внешние различия нивелируются. Они становятся все больше и больше похожи друг на друга.