Лев Овчинников – Общество полураспада (страница 3)

– Само собой, командир, – ответил за себя, Хёльма и Ортис Райдек Кей.

Разумеется, его люди помнили задачу наизусть. Первый инструктаж он провёл ещё в самом сердце Соларианской Федерации, в Солнечной системе. А во время пути до Экзоры, пока «Оникс» рассекал гиперпространство, вместе прорабатывали возможные сценарии, вырабатывали стратегии. И всё же Войдан продолжил:

– Ты правильно подметил насчёт того, что будут стелиться. Экзорианские чиновники привыкли к единой модели решения вопросов. Вряд ли, конечно, они станут открыто предлагать взятку Протектору и его людям, но намёки будут определённо. Вы главное помните, что не нужно отвечать им агрессией. Пишите всё, фиксируйте – потом пригодится. Главное, никакой самодеятельности: любая перемена паттернов отношений с местным руководством только через меня.

– Ну, смотря, сколько предложат солари, – добродушно усмехнулся Максис Хёльм.

Ему единственному в Отряде дозволялись смелые шуточки и разные другие вольности. Отчасти потому, что почти двухметровый штурмовик сам был ходячей шуткой, стёбом надо всеми толками бывалых космопехов о профилях попадания и тому подобном. А отчасти потому, что был давним сослуживцем, даже побратимом Войдана.

Войдана и Максиса многое связывало: годы военных компании, потери общих друзей. Хёльм даже спас его однажды.

До сих пор Войдану снились кошмары десантной высадки на Примее-8. Там под токсичными дождями, омывавшими планету, ксеранты – бывшие земляне-колонисты, срастившие себя с инопланетными машинами, устроили космопехам будущего Протектора настоящий ад.

Хёльм вынес раненного Войдана на себе к месту эвакуации, хотя самого его тоже потрепали.

Протектор до сих пор был благодарен Хёльму, но никогда не выражал благодарности, полагая, что само назначение в Отряд ясно давало понять её степень.

– В чём высадимся: в униформе или в гражданке? – с энтузиазмом спросила Веста Ортис.

Это была милая миниатюрная девушка с русыми волосами, убранными в хвост, одевавшаяся всегда строго, даже на гражданке. Веста совсем не походила на тех безвкусно наряженных, покрытых татуировками хакерш с токсичного цвета волосами, которыми пестрят шоу, игры и нейрокниги.

– В доспехах, – серьёзно отвечал Войдан.

Под доспехами он, как и другие военные, подразумевал экзоскелетные бронекостюмы.

– Первое впечатление – самое сильное, полковник Ольстен? – весело спросила Веста.

– И настроит элиты на серьёзный лад, – кивнул Протектор.

Райдек Кей прокашлялся деликатно и вмешался:

– Важно не забывать, как мне кажется, что наши враги на Экзоре не сами, собственно, планетарные власти, как бы коррумпированы те ни были, а террористы из «Общества полураспада». Ну, а кроме них, сопротивление нам могут оказать и другие экстремисты, а также недобитые ксеранты, представители организованной преступности без идеологического окраса, проще сказать, бандиты, и, конечно, модули самого Терраформатора.

– Ты прав, Райдек, – ответил на это Войдан. – Но я надеюсь, что со всеми теми, кого ты перечислил, мы под куполами Секурионы не столкнёмся. Это, во-первых, а во-вторых, если бы не местные власти, никакого «Общества полураспада» на Экзоре бы не было.

– Надеюсь, ты прав насчёт первого, Протектор, – почесав седую щетину, согласился Райдек Кей.

«Обществом полураспада» назвали себя местные радикальные технофобы. Их манифест был прост: захватить власть на планете и начать постепенную деконструкцию технологий. Сведя к минимуму влияние человека на окружающую среду, они надеялись «получить прощение планеты». Самое странное в их идеологии было, на взгляд Войдана, то, что полураспадовцы больше всего ненавидели даже не оружие массового поражения, с помощью которого Экзору и сделали серой пустошью, а технологии терраформинга. Именно полураспадовцы брали на себя ответственность за большинство нападений на станции терраформирования, и именно они напали на ММТ, который надлежало найти и вернуть под контроль.

Полураспадовцы считали, что планета сама со всем справится, и что терраформировать её – ещё большее кощунство, чем ядерные бомбардировки. Отсюда и название организации.

Логику их понять было трудно, но возможно, однако понимание особой пользы не приносило: террористы из «Общества полураспада» не вели схоластических споров, предпочитая аргумент дубины.

«Оникс» тем временем пролетел мимо тёмно-серой нависшей над Экзорой громады – военной станции ОФ-723, затем плавно развернулся, и дневная сторона планеты оказалась прямо под ними.

Война с ксерантами обезобразила Экзору, а войны корпораций почти добили её. Войдан читал отчёты и знал, что в тех войнах применили все возможные виды ОМП. Планету жгли ядерным огнём, отравляли воздух и воду, сдвигали тектонические плиты, облучали население резонансно-микроволновыми, пульсарными и нейтронными полями.

Ксеранты и соларианцы, федералы и корпораты довели Экзору до того, что планета оказалась на грани жизни и смерти. Войдан много таких повидал в пространствах Фронтира, там, где Сектора Федерации соприкасались с системами ксерантов. И все они были брошены. Несомненно, та же участь ждала бы и Экзору, если бы не залежи экзотиума и других ценных минералов и металлов.

Метрополия верила, что планету можно спасти, и миссия Протектора была наглядным доказательством этой веры.

«Оникс» плавно пролетал над серой испещрённой кратерами, разломами и солончаками планетой. Ядерная зима давно кончилась, и потому все язвы иссушенного, помертвелого мира были хорошо наблюдаемы с орбиты. Но вот посреди серости и разрухи блеснули купола новой планетарной столицы, а гораздо дальше от неё показалось едва различимое зелёное пятнышко. Всё это они наблюдали в увеличенном виде на умных панелях командного центра.

– Вы видите? – встрепенулась Веста Ортис.

– Увеличь ещё, Эрмий, – велел Войдан, и зелёное пятнышко на умных стеклянных панелях стало расти.

– Матерь божья! – выдохнул Райдек Кей.

Пятнышко зелени, как и предполагали, оказалось лесным массивом, оазисом на отравленных пустошах.

– Явно Церера постаралась! – восторженно бросила Веста.

– Так и есть, – согласился Кей. – В отчётах планетарной администрации говорилось, что базовые станции терраформинга так ничего в экосфере и не поменяли. Просто не успевали из-за атак террористов и постоянного саботажа.

– На войне, как на войне, – пробормотал Максис Хёльм.

– Стало быть, дело закрыто, командор? – спросила Ортис. – Терраформатор там – летим туда.

– Скорее один из сотен модулей Терраформатора, а нам нужен центральный. Тем более что массив мог быть выращен до столкновения с террористами «полураспада». Никаких изменений в курсе, – отрезал Войдан.

Его, как и остальных, охватило восторженное волнение. Войдан в жизни не слышал о том, чтобы терраформирующие машины наращивали лесные массивы за какие-то месяцы работы! Однако он не хотел показывать своего удивления. По своей натуре Войдан, всю жизнь прослуживший в контрразведке Военно-космических сил, был человеком, что неудивительно, скрытным и недоверчивым. Конечно, команда у него небольшая, да и формировал он её самостоятельно. И всё же были в ней те, кому он не вполне доверял. В первую очередь это касалось Эрмия, которого им навязали сенаторы. Этот ИИ специально разработали для взаимодействия с Церерой. Он не мог не доверять соларианскому Сенату, но ведь искина разрабатывали корпорации совместно с Академией.

Корпораты, академики – им Войдан не верил. Не обязан был верить.

Протектора и его команду лишили из-за этого Эрмия родной Элисы, а заодно и личных ИИ, объясняя это тем, что Эрмию нужна будет огромная вычислительная мощность для подключения к закрывшейся от мира Церере. Теперь этот искин был везде. Он овладел кораблём, доспехами, наручными терминалами, компьютерами портативными и мобильными. Всем.

– Входим в атмосферу, – оповестил Эрмий.

Войдан сел на всякий случай за панель управления, остальные последовали его примеру. Оставаться на ногах стало опасно.

Пространство вокруг носа корабля, защищённое грави-щитом, объяло пламя. Поверхность планеты стремительно приближалась.

Войдан взял в руки руль. Хотя кораблём и управлял Эрмий, держать в руках руль было приятно, к тому же он не мог доверить жизни экспериментальному ИИ.

Металлические каркасы полусфер Секурионы напоминали кости исполинских чудовищ. Сами геодезические полусферы с сотовой структурой из композитных прозрачных материалов, напоминавших стекло, росли прямо из массивных комплексов. Эти купола блестели в свете экзорианского жёлтого карликового солнца.

Секуриона представала перед Войданом и его Отрядом во всём своём пугающем сером титаническом размахе. Десятки мегакуполов, окружённые полусферами поменьше, застилали обзорную панель. А ведь это лишь верхушка айсберга: большая часть города скрыта, она покоится под землёй. И именно бункерная система давала возможность для возведения этой роскоши на поверхности.

В планетарной столице жило, судя по данным, что Эрмий выводил на голографический интерфейс, не меньше полумиллиона человек.

«Для умирающего мира Секуриона – настоящий мегаполис», – думал Войдан, ещё раз прикидывая, каково истинное положение дел на планете, что люди готовы оставаться на ней, несмотря на очевидные риски.