Лев Овчинников – Общество полураспада (страница 2)

– Я бы не хотел давать мрачных прогнозов, – прокашлявшись, начал сенатор Радин, – но что-то подсказывает мне, что мы скоро соберёмся здесь вновь, только уже затем, чтобы решать проблему с этой Церерой и её железом. Экзора – неподходящее место для экспериментов.

– Проблемы с Церерой исключены, – отрезал Сорен. – Её архитектура совершенна, лучшие специалисты в области искусственного интеллекта трудились над ней. Другому ИИ столь дорогостоящий и сложный комплекс мы бы не рискнули доверить.

– Ваша вера в ИИ напоминает мне убеждения наших врагов, – ксерантов, господин Сорен, – ответил на это Радин.

Ларсен тяжело вздохнул: с главами фракций и блоков никогда не было легко.

– Мы просим дать шанс проекту терраформинга Экзоры на слушаниях, – деликатно произнёс МакИрвин, оглядывая влиятельных коллег.

– Я прошу, – добавил президент Сената Ларсен.

Повисла тишина.

Впрочем, долго она не продлилась, лидеры фракций всё же согласились, жирно намекая на то, что и их проектам скоро понадобится поддержка президента и его сторонников. Главы оппозиции не могли не пойти навстречу, и Ларсен знал это, ведь Мобильный Модульный Терраформатор уже создали, и Федерация потратила на него меньше миллиарда солари, – основные расходы взяли на себя его же творцы. Машине требовалось испытание.

Ларсен предвкушал изящное разрешение противоречий между Метрополией и планетарными властями.

Однако всё пошло не по плану. Сенат, конечно, согласовал миссию терраформинга, и созданный усилиями Академии и нескольких корпораций Терраформатор отправили на грузовом корабле класса «Титан» на Экзору.

Спустя каких-то восемь месяцев с транспортировки ММТ начались проблемы, грозившие обернуться для Ларсена и его соратников вотумом недоверия. А сам президент Ларсен знал, что если станет трупом политическим, то вскоре может сделаться мертвецом и буквально.

Ларсен вместе с МакИрвином, главами фракций, начальниками спецслужб, представителями корпораций и Академии собрались в том же защищённом глушащими сигнал экранами, утопавшем в полутьме конференц-зале. И на сей раз бледным выглядел не только Сорен.

– Восемь месяцев… Уму непостижимо! – качал головой Радин.

– Неуязвимый ИИ с совершенной архитектурой, ты сказал? – впиваясь в Сорена взглядом, тряс брылами Грэм. – Ну, теперь планетарные правительства точно зауважают нас! Даже забоятся! Ведь нельзя же не бояться того, кто посылает к тебе в качестве мирной миссии по очищению воды, воздуха и почвы умную мобильную крепость, а та в один прекрасный момент просто уходит в закат, отключившись от Сети!

– Попрошу уточнить, что перед тем, Терраформатор перебил несколько сотен террористов, – заметил Сорен.

– Пусть так, – кивнул МакИрвин. – Но протоколы Цереры слишком агрессивны! И потом, где гарантия, что Терраформатор не разнесёт в следующий раз базу Сил планетарной обороны или добывающую станцию?

– Агрессивны не протоколы Цереры, а среда, в которой находится ММТ, – возразила Лия Дорен. – И сама она никогда не нападёт на объекты, принадлежащие государству.

Грэм расхохотался, и слышалось, что хохот его болезненный, нервный. Президенту Ларсену тоже хотелось так расхохотаться, но он сдержался. Будь Ларсен автократом, способным распылять своих оппонентов, он бы, вероятно, позволил себе нервный смех в присутствии вождей сенатских клик. Но реальность была сурова, и никаких предпосылок стать диктатором у него не было: слишком много противовесов в политической системе Федерации.

Приходилось хотя бы выглядеть компетентным.

– Как вы объясните произошедшее? – всматривался в лица представителей корпораций и Академии Ларсен.

– Всё это какая-то ошибка, – развёл руками Сорен. – На разорённой войной, пережившей апокалипсис планете, не может быть ни хакеров, ни вражеских искинов такого уровня. Просто не может!

– Значит, в принципе такие спецы и нейросети в Галактике есть, надо понимать? – почти заорал сенатор Радин. – Вы утверждали, что Церера неуязвима!

Президент Ларсен тяжело вздохнул и стал медленно и негромко доводить мысль до присутствующих:

– Может или нет, но факт остаётся фактом: Терраформатор перемолол целую армию фанатиков и улетел в закат. А Церера включила маскировочные поля и отключилась от Сети. Её не видно ни со спутников, ни с дронов. Обезумевшая машина свободно перемещается по планете, нагоняя ужаса больше, чем все террористы вместе взятые, больше даже, чем вторжение ксерантов. Что будет, если она доберётся до Секурионы, Изолиса или Сферы Астера? Или до любого другого города? А? Что ты смотришь так, Сорен? Ты и сам прекрасно знаешь, что геоформационные модули способны стереть их с лица земли! Тем более, что экзорианские экстремисты теперь во всю глотку орут о том, что якобы взяли Терраформатор под свой контроль.

Когда Ларсен называл экзорианские города, на поверхности стола возникали голографические изображения куполов из прозрачного композита и металла, которые объединяли модули и переходы.

– Военно-космические силы разберутся, господин президент Сената, – кивнул уверенно Грэм.

– Разве вы не видели записи с дронов? – обратился к толстому сенатору Радин. – Не видели, как Церера разделалась с боевиками и техникой?

– А я и не говорю о наземной операции, сенатор Радин. Нужно вычислить местоположение терраформирующей машины и нанести удар с орбиты.

– И угробить один из самых дорогих и прорывных проектов века?! – глядел на Грэма МакИрвин.

Пока сенаторы препирались, генералы спецслужб тихо переговаривались, а менеджеры и учёные растерянно смотрели на них, президент Ларсен решился, наконец:

– Все свободны, кроме господ сенаторов.

Когда силовики, корпораты и академики покинули экранированный зал, Грэм спросил негромко:

– Что ты задумал, Магнус?

– Дайте время, мужики, – попросил Магнус Ларсен, президент Сената Соларианской Федерации Систем. – Не надо сейчас всё в медиасферу выносить. По-тихому сделаем. Протектора отправим. Пусть всё выяснит, ликвидирует последствия, перехватит контроль над Церерой и ММТ, а заодно, может, и разберётся с местными дебилами – властями и боевиками.

– Кого? – выдохнул Грэм.

– Лучшего.

– Хорошо, Магнус. Но если не выгорит, то… – сказал Грэм, но сам Ларсен его и прервал:

– Знаю-знаю, вотум, досрочные выборы…

– Суд, Магнус. Досрочными выборами и вотумом уже не отделаешься, – отчеканил сенатор Грэм.

Проверка

Корабль Протектора подлетал к орбите Экзоры.

Этот аппарат, только вышедший из гиперпространства, был одним из самых скромных по размеру межзвёздных космических ударных судов. Длиной корабль был всего полсотни метров, и большую часть внутренностей его, как обычно это и бывает, занимала «начинка»: ядро грави-реактора и двигатель.

На тёмно-сером матовом корпусе невозможно было различить ни иллюминаторов, ни отсеков, ни орудий, ни знаков отличия – все внешние умные панели отключили. Из-за вытянутой низкой угловатой формы и широких крыльев корабль вызывал ассоциации с грозным хищником, прижавшимся к земле и готовым к прыжку.

Корабль рассекал пространство незаметно. Ни глаз стороннего наблюдателя, ни сканер другого космического корабля не смогли бы засечь его с расстояния больше, чем в километр. Грави-двигатель не оставлял следов, инфракрасное и радиационное излучение блокировалось, а сопла ионных двигателей оставались неактивны, ибо смысла включать их до манёвров в космическом бою или в атмосфере не было.

Сам Протектор стоял, окружённый голографическим интерфейсом, за приборной панелью в командном центре корабля. Через умные панели взору его открывался вид на утопающую во тьме планету, и только жёлтые точки послевоенных городов выделялись на поверхности ночной стороны.

– Они по-прежнему не видят нас, господин Протектор, – сообщил живой и даже по-своему тёплый голос искусственного интеллекта.

– И не увидят, – спокойно ответил Войдан. – Ладно, Эрмий, не будем заставать их врасплох, соединяй меня с орбитальной обороной.

– Готово!

– Говорит Войдан Ольстен, Протектор Сената Федерации и командир корабля «Оникс»! Запрашиваю разрешение на посадку в космопорте Секурионы.

– Военно-космическая станция ОФ-723, посадку разрешаю! Выслать вам корабли сопровождения?

– Не стоит. Отбой, – отрезал Войдан.

– Сопровождение? Уже приготовились жопы лизать? – усмехнулся здоровяк Максис Хёльм, штурмовик Отряда Протектора.

– Ну а как без этого? – пожал плечами седой оперативник Райдек Кей. – К ним летит Протектор с командой, которые отметились не только диверсиями против ксерантов, но и ликвидацией губернаторов, заигрывающих с сепаратистами. Странно, если бы не приготовились.

– Всё равно за нашей птичкой не поспели бы, – пожала плечами Веста Ортис, специалист по киберразведке.

– Веди на снижение, Эрмий. Приземляемся в космопорте Секурионы.

Весь Отряд Протектора, четыре человека, включая его самого, собрался в командном центре «Оникса». Никто не хотел смотреть вход в атмосферу и приземление в записи, да и по инструкции положено было присутствовать. Хотя люди Протектора к инструкциям и не привычные. Весь смысл самого института Протекторов в том, чтобы быть выше правил, так что для команды воля Войдана Ольстена – инструкция, устав и закон. А сам Войдан подотчётен только Сенату.

– Все помнят задачу? – спросил Войдан, когда вдалеке показалась боевая станция орбитальной обороны.