Лев Леонтьев – Боль (страница 10)

– Синусная аритмия, – глубокомысленно изрекла врач, пожилая женщина с бесцветными глазами, красивой седой прядью в чёрных как смоль волосах до плеч и очками-велосипедом на мясистом носу.

– А что это?.. – поинтересовался Панкратов.

– Ну… Плохая проводимость, – как-то неопределённо ответила врач и так же неопределённо махнула пухлой рукой в сторону окна.

«Чего проводимость, куда проводимость?.. – думал Дмитрий, идя после медосмотра домой. – Неужели нельзя попонятнее сказать?.. Или это я такой невежа, и сказано вполне достаточно?..»

Из Интернета удалось почерпнуть следующее: «синусная аритмия может наблюдаться и у совершенно здоровых людей». При чём тут «плохая проводимость»?..

А однажды у Панкратова сильно стрельнуло в спине. Да так крепко, что ему пришлось взять больничный. Дошло до магнитно-резонансной томографии позвоночника, и результат оказался очень далёк от идеала.

«Не вздумайте низко нагибаться!.. – сделав страшные глаза, воскликнула врач, изучив снимки. – Диски повылетают!.. Они у вас в плохом состоянии. Дегидратация… Хотя высота не нарушена… Могу порекомендовать ещё одного специалиста…»

Второй специалист не рекомендовал Панкратову бегать. «Только ходьба, пусть быстрая, но ходьба!.. При беге по межпозвонковым дискам наносятся удары, в вашем случае это противопоказано!..»

Дмитрий не послушался: когда хотелось, совершал пробежки, и во время выполнения гимнастических упражнений не осторожничал. «Не верю, что всё так плохо!.. – продолжал мысленно повторять Дмитрий. – У меня всё прекрасно!.. Медицинские приборы не для меня – для других людей! А я – не такой, как все…»

Теперь Дмитрий понимал, по какой причине у него в ступнях покалывания. И не только в ступнях – по всей спине тоже. Наклонишь шею, и тоненькие иголочки начинают покусывать вдоль позвоночника, пробегают по ногам. Идёшь – и колет в ступнях. Каждый нерв чувствуешь. «Ну и пусть!.. Колют иголочки – значит, так надо!.. Всё у меня отлично!.. Очень даже милые, приятные иголочки…» Был период, когда покалывания в ступнях при ходьбе сменились резкой сильной болью. Дмитрий привычно сохранял спокойствие, старался ходить, как прежде, будто боли не было. Через некоторое время резь прошла, покалывания вернулись…

А потом стала шлёпать при ходьбе левая ступня. Наступаешь на пятку, а ступня – шлеппп! – сразу на всю длину становится. Неудобно. Месяца полтора мужчина наступал сразу на носок. Да, некрасивая походка, но что делать?.. А потом шлёпанье прекратилось. Как-то сразу – рраз, и всё нормально. «Мутирую, – думал Дмитрий. – Приспосабливаюсь». И усмехался, довольный собой.

Порой возникала резкая боль в задней части бёдер. И что-то (нервы, конечно, что же ещё!..) дёргалось в икрах. Впору вспомнить диагнозы врачей и их советы. Дмитрий всё помнил, но прислушиваться к советам не собирался. Фигня всё это!.. Сам с усам!.. Мало ли что приборы показывают!.. Нельзя всех людей под одну гребёнку. Для одних то, что показывает медицинская аппаратура – проблема, для других – норма. А для третьих – и вовсе отличные показатели!.. И потом, как там любит говорить местный батюшка Иннокентий?.. «Нет в мире ничего, из-за чего стоит всерьёз и надолго расстраиваться!..» Да, конечно, так не только Иннокентий говорит, многие люди с удовольствием повторяют эти слова, если не вслух, то мысленно. Не надо расстраиваться, не стоит паниковать, впопыхах совершать невесть какие поступки, решив, что они помогут, избавят от дискомфорта и страданий. Следует остановиться, расслабиться, умерить питание (а то и вовсе отказаться!..) и позволить Богу привести в равновесие твою душу, мягко направить её на путь истинный и подлечить измученное тело.

Был период, когда из-за сильной боли почти не принимая пищи (какая еда, когда ты в таком состоянии?!.),  Дмитрий ужасно переживал по этому поводу. Ведь организм требует полноценного питания, без поступления и усвоения необходимых веществ – неминуемое нездоровье, преждевременная дряхлость, смерть. Отчего проблемы с позвоночником?.. Межпозвонковые диски оставлены без питания – понятное дело, они должны атрофироваться. А позвоночник, как пишут умные люди – ключ к здоровью!.. Замкнутый круг: кушать невозможно из-за частой сильной боли, которая значительно активизируется после еды, позвоночник хиреет, а потому ещё больше деградирует пищеварительная система. Нагрузка на психику всё больше и больше. Так было сначала. А потом пришла убеждённость: всё равно всё будет замечательно!.. Всё уже замечательно!.. Не лезет кусок хлеба в горло?.. И прочая пища – тоже?.. Значит, в организме произойдёт коррекция, и он научится обходиться без еды!.. Нет, уже произошла, уже может обойтись!.. Что касается диагнозов врачей… Не для Панкратова медицина сочиняла законы!.. Его организм живёт по другим правилам. И главное из них: сознание первично, тело – вторично. Здоровье организма создаётся, в первую очередь, в сознании. Там же формируется режим, в соответствии с которым тело будет пребывать в отличном состоянии долгие годы. И чем более суровую диету примет Панкратов, тем здоровее будет его тело. Бог даст ему необходимую духовную пищу взамен той физической, от которой Дмитрий откажется. Пищу в виде чистой энергии. Вот как сумели выжить заключённые фашистских концлагерей во время второй мировой войны?.. Их не кормили, заставляли работать на износ. Унижали. Вселяли в души ужас. А некоторые из несчастных не только выжили тогда, но живы до сих пор!.. Наверное, потому что верили: смогут обойтись без пищи, чистой воды, научились проходить сквозь унижения, преодолевать страх без необратимых изменений в психике, пропуская его через себя и отпуская. Они были не просто люди. А люди-реки. Река любую брошенную в неё грязь унесёт и останется чистой. Они выстояли. И Дмитрий должен выстоять. Уже выстоял!.. Не так страшна его ситуация по сравнению с жизнью тех несчастных в неволе. Главная проблема – не сама проблема, а переживания из-за неё. И тягостное предвидение неблагоприятных последствий…

«Сначала мир казался большим, неизведанным, прекрасным. Потом странным, неуютным, страшным. Потом – ненужным. А потом мир вдруг сжался до размеров тела. Основными его проявлениями стали: стук сердца, биение пульса в запястьях и боль – страшная боль в утробе. Порой – одышка. А ещё – эмоциональные волны и ветра, временами переходящие в ураганы. А потом выяснилось, что мир не менее необъятен, чем прежде, но его бесконечность непостижимым образом вписывается в объём тела. И тот мир, который прежде считался единственным, и этот, вновь открывшийся – оба настоящие. Но при этом второй – главнее. И где-то там, в его пучине, в ураганах и пустоте, тишине, грохоте проклятий и шелесте молитв – ты сам. Этакая жемчужина. И все предыдущие и последующие годы, оказывается, даны для того, чтобы отыскать эту жемчужину, вытащить её на свет Божий и заставить засиять на солнце. А для того, чтобы это произошло, нужно много терпения. Открыл мир внутри себя?.. Смотри и слушай. И чтобы ты ни услышал, чтобы ни увидел – не спеши с выводами, не создавай правил и законов – смотри и слушай дальше!.. Все истинные правила и законы не просто созданы – они существовали всегда и навсегда останутся незыблемыми. Смотри и слушай. И выбирай, отделяй зёрна от плевел. Но не рассчитывай, что получишь доказательства: вот это правильно, а это нет. Сам решай. Ошибёшься – поймёшь со временем. А может, и нет. Но пристать к какому-то берегу необходимо. Нельзя всё время болтаться в неопределённости…»

-7-

Первый апрельский рабочий день в ПТО Верхнебрындинской ГРЭС начался как обычно. И в кабинете, где не покладая рук трудился Панкратов – тоже. Маша поспешно уткнулась в свою книгу, Вася – в свою. Но уже через полчаса ситуация резко изменилась. Нагло распахнулась дверь, и в кабинет ворвался заместитель начальника ПТО Валера Жилистов. Следом за ним бодро вошёл человек среднего роста, лет пятидесяти. Джинсы, белые кроссовки, голубой джемпер с вышитым слева на груди красным цветком. Вроде, мак, хотя, возможно, роза.

Мужичок доброжелательно посмотрел на обитателей кабинета, улыбнулся.

– Это наш новый работник!.. – опустив приветствие, пролаял Валера. – Расписаев Юрий Андреевич. Будет сидеть в вашем кабинете.

При последних словах начальника население кабинета недоумённо завертело головами. И куда планируется поставить ещё один письменный стол?.. Уж не на их ли головы?..

– Разберётесь!.. – правильно истолковав возникшее движение, гавкнул Жилистов, тем не менее, с сомнением оглядев имеющуюся в наличии площадь. Да, если б отодвинуть стенку с окном… хотя бы на метр, шансов разместить в кабинете ещё одно рабочее место было бы значительно больше. – В тесноте да не в обиде!.. – ещё громче гаркнул Валера и ткнул пальцем в проход между столами. – Здесь будет стоять стол Расписаева!..

– А где же… – жалобно начал Вася, но осёкся.

«Где он будет ходить туда-сюда!.. – догадался Панкратов и ухмыльнулся. – В коридоре, Вася!.. Наконец-то перестанешь мелькать перед газами и мешать мне размышлять!..»

Расписаев деловито оглядел указанное Жилистовым место. «Отлично!.. Разместимся!..» – говорил весь его вид.

После обеда ещё один письменный стол был установлен, и Расписаев аккуратно разложил на нём бумаги. Компьютер асушники обещали подготовить и принести на следующий день, к обеду, не раньше, но Юрий Андреевич не собирался мучиться бездельем: познакомившись с соседями по кабинету, углубился в изучение документации.