Лев Котляров – Как достать архимага 7 (страница 3)
Несколько мгновений мы стояли в нерешительности. То ли убегать, то ли вещи собирать, то ли дождаться вылупления.
— Леша… — шепот Васи для меня стал громче грохота, — а что это? Или кто это?
— С учетом размеров, — так же тихо ответил я, — как минимум дракон. Или водяной змей, если учитывать озеро.
— Леша… а они опасные? Он же маленький еще совсем, — она вытянула шею, чтобы внимательнее осмотреть яйцо.
Я с сомнением покосился на Васю, потом на треснувшую скорлупу и прикинул, что размеры существа должны быть не меньше полуметра. Сожрать, не сожрет, но их тут штук пятнадцать!
И самый важный вопрос: где их мать⁈ Как раз это беспокоило меня больше всего. Даже через толщу воды она может услышать хруст и появиться. В этот момент мне совершенно не хочется находиться рядом с едва вылупившимися детенышами.
Поэтому я аккуратно подцепил Васю за локоть и начал отходить от кладки. Небо с вещами, едой, одеждой. Тут выжить — главное!
Но разве такие мысли могли появиться в светлой голове Василисы?
— Подожди, — она вывернулась и подошла еще ближе. — Он скоро появится!
— Ставлю на гидрозмея, — вдруг сказал Лабель. — Такая пещера для них отлично подходит. Я читал, что они, по сути, обыкновенные пресмыкающиеся, только очень большие. Откладывают яйца, живут в воде…
— Ты именно сейчас хочешь устроить нам лекцию о жизни магических тварей? — уточнил я.
— Да я так, к слову… — промямлил он.
— Давайте лучше вещи соберем, пока их мать не вынырнула. Или они не проклюнулись, — скомандовал я. — Иначе, как нам потом без одежды и припасов быть?
Снять вещи мы успели еще до того, как в трещине первого яйца появилась бледно-фиолетовая мордочка с огромными глазами-бусинами.
— Ты посмотри, какой он хорошенький! — моментально заохала Василиса. — Чешуйки какие миленькие! Он на меня смотрит! Леша! Привет, чудо, ты кто такой?
Это самое чудо интересом посмотрела на нее, просунуло переднюю лапку в щель и с хрустом смяло скорлупу.
— Вася! Отойди от него, — жестко сказал я, опасаясь, как бы эта рептилия не вцепилась ей в ногу.
— Беру свои слова назад, это явно не гидрозмей, — добавил Лабель.
— Ой, мальчики, ну что вы заладили! Посмотрите, какой он милый!
И протянула к нему руки, желая погладить.
— Не трогай его! — рыкнули мы в один голос.
Но мы опоздали. Пальцы Васи, пусть и осторожно, но уже трогали макушку с крошечным гребнем. Существо не спряталось обратно, не зашипело, а лишь удивленно моргнуло.
— Давай я тебя угощу, хочешь? — ворковала Вася. — У меня, правда, совсем мало еды, но попробуй вот вяленое мясо. Оно у Гриши изумительно получилось.
Существо внимательно посмотрела на нее, потом на нас, видимо, пытаясь понять, кто из нас этот таинственный Гриша. Или просто разглядывало, прикидывая, как надолго ей хватит еды из трех здоровых людей.
Так или иначе, выдергивать Василису из общения с этой тварью мне не следовало. Светловолосая обязательно обидится, начнет ругаться, а эта агрессия, я уверен, перекинется на существо, а дальше будет драка.
Пока я не видел никаких явных признаков того, что детеныш хочет нами поживиться.
Я окинул взглядом остальную кладку, но пока треснувшее яйцо было единственным. Но даже понимая это, легче мне не становилось.
Зато появился ответ на вопрос: почему в озере нет рыбы — мать ее всю сожрала.
— Леша! Он мне поет! — вдруг сказала Вася.
Мы с Лабелем навострили уши и, действительно услышали едва различимую мелодию. Она была немного похожа то ли на звук флейты, то ли на пение иволги: мягкая и слегка свистящая.
Боясь вздохнуть и сделать резкое движение, мы подошли ближе. Существо никак на нас не среагировало, полностью сконцентрировавшись на Васе и ее ласке.
Вот же удивительная эта наша Василиса! Казалось бы, вот перед ней неизвестная, явно опасная тварь, так нет же, нужно погладить, умилиться, покормить.
Но даже с учетом видимой безопасности их общения, я держал ухо востро. А вот Кристоф уже начал поддаваться очарованию фиолетовой мордочки и чуть ли не сел рядом. Я придержал его за плечо.
— Не будем отвлекать, — тихо сказал я ему, — лучше соберем вещи и отнесем их ближе к стене. А если найдешь хорошую нишу, то будет совсем хорошо. Мало ли что.
— Думаете, его матушка скоро появится? — обеспокоенно спросил он. — Вода вроде как спокойная. Да и другие яйца не трескаются. Алексей Николаевич, — он хлопнул себя по лбу, — ну точно! Я читал про такое! Когда вылупляется только один детеныш, мать может и не прийти. Мол, чего ради одного суетиться? А вот когда проклюнутся остальные, как минимум три, то да, она тут же примчится.
— Ты судишь по материалам о гидрозмеях? — задумчиво спросил я и кивнул на сидящего в скорлупе малыша. — А теперь скажи, он похож на гидрозмея?
— Увы, Алексей Николаевич, это я не могу сказать. В книге не было картинок, только описание. Огромное существо на четырех лапах с острыми как бритва когтями, прочая чешуя, гребни возле ушей.
— Ушей? А у этого на голове, — нахмурился я. — Ошибся ты. Думай дальше.
Я тоже перебирал в памяти всех полумифических существ. Начал с тех, чье существование не доказано. Меня бы ничуть не удивило, если бы мы как раз на такое наткнулись. Но чем больше в голове появлялось картинок, тем сильнее я укреплялся в мысли, что таких вот пресмыкающихся никто не видел.
Дело было не только в гребне, цвете, месте обитания, но и звуках, реакции на людей и даже вяленое мясо, от которого малыш отказался. Вася уже ему предложила слегка подсушенного хлеба, и сыр, и орехи.
Нет, он от всего воротил нос.
— Вась, по идее, он должен сначала доесть остатки от того, что осталось в яйце, — подсказал я, когда она начала совать ему под нос кусок морковки, и где взяла только⁈
— А там разве что-то осталось? — она не обернулась, продолжая гладить змееныша. — Давай дадим ему имя?
— Ты рехнулась? Какое имя? — опешил я.
Так удивился, что невольно сказал громче обычного. На это детеныш сразу зашипел.
— Леша! Ты его пугаешь! Тихо, тихо, милый! Все хорошо, Леша на тебя не ругается! — улыбнулась она. — Ой, а давай я назову тебя Милаш? Как тебе?
Малыш в ответ снова запел.
А я закатил глаза. Еще немного и он начнет звать ее мамой, и она захочет взять его на поверхность. Вряд ли коты будут в восторге от нового питомца: здоровенного водяного змея.
— Василиса, — строго сказал я, — не забывай, зачем мы сюда пришли…
— Приплыли! — поправила меня она.
— И так тоже. Продуктов у нас почти не осталось, ни одеял, ни костра, ни сухой одежды. Нам нужен источник. И мы даже пока не знаем, где он.
— На дне озера, — Лабель, как всегда, очень внезапен со своими комментариями.
— Кристоф, скажи мне, ты хочешь сам в воду прыгнуть или тебя подтолкнуть? — с нотками сарказма уточнил я.
— Леша! Ну чего ты начинаешь! Наоборот, же, хорошо! Мы сейчас согреем малыша, а когда выйдет его мать, то увидит, что с ним все в порядке. На радостях она сама достанет нам источник, а мы его и активируем! Всем будет хорошо! — она погладила змееныша.
— А как ты его матери объяснишь-то это?
Я начинал терять терпение. Его и так-то мало осталось, а тут еще это! Как только разберусь с последним источником, запрусь в столице, и шагу не ступлю из города, как минимум полгода! Надоели мне эти уникальные чудеса, загадки, приключения, магия, сила — все!
Злость закипела почти мгновенно, но я смог сдержаться и не наговорить лишнего. Вася и малыш не виноваты в том, что случилось со мной.
Может, меня прокляли? Вот какая-нибудь красотка решила, что слишком я беспечен и вот так изощренно наложила на меня печать судьбы.
Впрочем, это полнейшая чушь, ведь в лабиринте я вытащил из себя все магическое и ничего лишнего не нашел.
С другой стороны, как по-другому объяснять все, что со мной случалось за последнее время⁈
— Алексей Николаевич, я пошел искать нишу, — Лабель выдернул меня из омута самокопания. — Скоро вернусь.
— Смотри по сторонам. Увидишь здоровенную дыру — не суйся.
Он криво улыбнулся, подхватил вещи и побрел к ближайшей стене пещеры, а мы с Васей остались возле кладки.
— Леш, слушай, — вдруг проговорила она, — а почему все же эти яйца лежат именно здесь? Почему они теплые?
— Должно быть, их что-то греет, — пожал я плечами. — Говорят, так матери могут влиять на пол будущего потомства. Мол, если тепло, это будут девочки, а если холодно — мальчики. Или, наоборот, не помню.