Лев Колодный – Ленин без грима (страница 101)
Другу Ленина, энергетику и поэту Кржижановскому, принадлежит образ «лампочки Ильича». Каждому крестьянину, в избе которого загоралось электричество, внушалось без лишних слов: это ленинский свет. Другой близкий человек, управлявший делами правительства, Бонч-Бруевич, автор наиболее разносторонних и детальных мемуаров о вожде, сочинил такую вот легенду: «Там, где идет он, все одухотворяется новой жизнью, зима сменяется весной, ледяные покровы тают, снег орошает землю, и под его ногами вырастают и расцветают прекрасные, благоухающие цветы, и путь его обрамляется цветущими широколистными лилиями… И измученные народы востока и дальнего юга ждут пришествия нового избавителя».
Кто это, бог? Мессия? Это — Ленин.
Термин «ленинизм», которым обозначается теоретическое наследие Владимира Ульянова (Ленина) принадлежит ближайшему соратнику, интеллектуалу Троцкому.
Мысль переименовать Петроград в Ленинград родилась в головах не у путиловских усатых ветеранов, а у гривастого трибуна Зиновьева, того, кто разделял пополам с Ильичом жилую площадь конспиративного шалаша в Разливе, где друзьям пришлось пить кипяток из одного чайника. Институт Ленина, архив организовывал друг Ильича Каменев, который был первым редактором собрания сочинений Ленина.
Кому пришла первому в голову поразительная мысль построить на Красной площади мавзолей со всеми вытекающими из этого последствиями — не установлено. Но идея была принята почти всеми соратниками. Форма мавзолея материализовала в январе 1924 года утвердившийся в стране культ Ленина. Естественно, что зодчий обратился к образу ступенчатой пирамиды, напоминающей известную гробницу фараона Джосера. К тому моменту, когда Щусев обдумывал фасад склепа, а врачи бальзамировали тело Ленина, покойника называли не иначе, как великим вождем, «несравненным гением».
Побывавшего в России английского писателя-фантаста Уэллса поразило количество изображений бородатого Маркса. По-видимому, с него началось возведение большевистских пирамид. Но кроме культа покойных, кроме культа Ленина параллельно сооружались и другие, в честь здравствовавших вождей пролетариата.
На картах Советского Союза появился город Троцк. Два других города носили имя Зиновьева и Каменева. В апреле 1925 года старинный волжский город Царицын переименовали в Сталинград.
Такая страна пирамид вставала на месте бывшей Российской империи. Что поражает: культ Ленина возник в государстве, которое истекало кровью в братоубийственной бойне, затем мучительно залечивало раны после Гражданской войны, сознательно развязанной большевиками на пути к мировой революции. Уровень жизни Республики Советов был «страшно далек» от уровня 1913 года, излюбленного рубежа статистиков СССР. Россия десять лет выползала из пропасти, куда ее ввергла теория и практика коммунистов-ленинцев. Только перед лицом всеобщего восстания вождю партии удалось убедить соратников, не ослабляя политических репрессий, вернуться в экономике частично к тому, от чего они так радостно убежали в конце 1917 года, то есть к рынку, частной собственности, в чем, собственно, и состояла «новая экономическая политика». Этим решением и многими другими в глазах современников предстал великим Ленин. Таким он кажется и сегодня, несмотря на все заблуждения и злодейства. Потому что умел ставить самые немыслимые цели, шел к ним неуклонно, сплачивал вокруг себя сторонников и побеждал.
В год смерти Ильича шахтерский поселок Юзовка переименовали в Сталино. Через год появился Сталинград… Началось строительство пирамиды Иосифа Виссарионовича. В воспоминаниях одного из помощников генсека Алексея Балашова приводится такой эпизод. Однажды на вопрос шефа — что нового? — ему пришлось доложить:
— На Украине колхозу присвоено ваше имя.
— Немедленно дайте телеграмму — отменить! Что еще нового?
— Прислали журнал «Работница», на обложке ваш портрет.
— Немедленно дать указание — оторвать первую страницу и поместить там женщину, — распорядился генсек.
Это было в 1924–1926 годах, за несколько лет до «великого перелома», полного захвата верховной власти.
Почему Ленин пошел навстречу рабочим в 1922 году, когда они решили присвоить заводу Михельсона его имя? Наверное, потому, что там пролилась его кровь.
Сталин погасил инициативу украинских крестьян не потому, что его обуяла скромность. В отличие от Ленина, который лично не укладывал кирпичи в собственный пьедестал, Сталин был главным прорабом своего культа. Как умный застройщик, он понимал, что в 1926 году ему не следует маячить на обложке журнала «Работница», давать свое имя украинскому крестьянскому товариществу. Рано.
На вопрос Михаила Шолохова, заданный (в тридцатые годы) в минуту душевного откровения — почему Иосиф Виссарионович позволяет так славословить в свой адрес? — Сталин, не расставаясь с легендарной трубкой, ответил:
— Людям нужен божок!
Бывший воспитанник семинарии, без пяти минут священник, понимал, что вакуум, образовавшийся после свержения всех богов, Христа и Магомета, нужно заполнить не только другой верой, но и другими «божками». Ими были, как пел по радио хор имени Пятницкого: «Первый сокол Ленин. Другой сокол Сталин. А кругом летали соколята стаей…»
Сооружая пирамиду, которой надлежало стать самой высокой, как гробница Хеопса, Сталин продолжал наращивать и пирамиду учителя, свой профиль постоянно накладывал на профиль Ленина, Энгельса и Маркса, мастерски разыгрывал ленинскую карту, пустив в ход забытые ленинские документы, направленные в свое время против «Иудушки Троцкого», «штрейбрехеров революции» Зиновьева и Каменева. Свой катехизис, том избранных сочинений он постоянно переиздавал под названием «Об основах ленинизма»…
Нет, нельзя считать, как утверждал Хрущев, что Сталин задвигал Ленина на задний план.
Когда на месте царских залов в Большом Кремлевском дворце образовался Зал заседаний Верховного Совета СССР и РСФСР, то в нише стены над президиумом вознесся образ Ленина. Герои Советского Союза и Герои Социалистического Труда вместе с «Золотой Звездой» получали из рук «всесоюзного старосты» орден Ленина.
Кроме Сталино и Сталинграда вождь отдал свое имя Душанбе, так возник Сталинобад, были Сталинск, Сталинири, Сталиногорск. Но ведь и учителя не обижали. Кроме Ленинграда значились на карте Ленинобад, Ленинск-Кузнецкий, Лениногорск, Ульяновск. А сколько населенных пунктов зовется Ленинск, Ленино, Ленинское?!
Знаменитые довоенные кинокартины «Ленин в Октябре» и «Ленин в 1918 году» посвящались Ильичу, Сталин выступал в этих фильмах в роли верного ученика… Днепрогэс, самую красивую и мощную электростанцию на Днепре, удостоили имени Ленина. Самый большой автозавод в Москве назвали именем Сталина, сокращенно «ЗИС», и понесли сотни тысяч машин на капотах частицу имени вождя по дорогам всей страны. Вершину Заалайского хребта нарекли пиком Ленина, высота 7134 метра, там же крупный ледник окрестили Ленинским! Но самую высокую гору отец народов не отдал никому. Вершину Памира (7495 метров) величали пиком Сталина.
…Выстроенные отвоевавшим безруким военруком, вернувшемся с фронта, под присмотром директора школы, заучивали битый час наизусть все классы, где и я стоял, новый текст государственного гимна:
Вслед за этим на всю жизнь запоминались другие строки:
Был в Москве Ленинский район. И Сталинский. С другой стороны — Ленинская площадь в Москве была, а Сталинской не было, как улицы Сталина, переулка, проезда. Правда, зодчие, сооружая проспект на месте Можайского шоссе, застраивая его монументальными зданиями, в душе лелеяли мечту дать магистрали имя любимого друга советских архитекторов. И не только они. Я был знаком с бывшим шофером «хвостовой» машины Сталина. Однажды мы с ним шли по Большой Дорогомиловской, на нее напирал поток автомобилей, мчавшихся с Кутузовского проспекта. Посмотрев вдаль, откуда шли машины, майор госбезопасности в отставке вздохнул, что-то вспомнил, и с сожалением сказал:
— Мы думали, это будет проспект Сталина!
Проводя эти параллели, следует все же признать, что кое в чем Хрущев прав. На страницах газет здравствовавший Сталин подавлял почившего Ленина. Также — на собраниях, демонстрациях. Когда колонны ступали на Красную площадь, люди приходили в восторг, увидев среди соратников в центре трибуны невысокого роста (ниже всех) покрытого шоколадным загаром товарища Сталина. Сам шел в таких колоннах, видел любимого, слышал, как ликовали толпы, подгоняемые командой одетых в штатское распорядителей с Лубянки: «Быстрее проходите, быстрее». Все почти бегом следовали без обиды, понимая, что увидеть-то родную улыбку каждому хочется, и высвобождали с готовностью место напиравшим сзади.
Однако следует признать, что бронзовых памятников Сталину на площадях и улицах Москвы при его жизни не воздвигали. Хотя в любом учреждении имелись гипсовые и разного металла бюсты учителя, лучшего друга, кормчего, отца народов, великого вождя и организатора всех побед.
Сравнивая пирамиды двух вождей, нужно сказать, что культ Сталина чаще всего и ярче всего выражался в словах, здравицах, призывах, приветствиях, статьях, диссертациях, сказаниях, которые сочиняли народные акыны и ашуги вроде Джамбула и Сулеймана Стальского. Не счесть песен о Сталине, мелодичных, которые с утра до полуночи звучали по радио. Не счесть стихотворений, которые сочиняли все поэты, начиная от Маяковского и Пастернака, кончая Твардовским и Ахматовой. Да, о Сталине говорили и писали больше, чем о Ленине, особенно в годы войны и после победоносного ее окончания.