Лев Колодный – Кто написал «Тихий Дон»? Хроника литературного расследования (страница 6)
Трубецкой переулок, где располагалась гимназия имени Г. Шелапутина, пролегал прежде между плацем Хамовнических казарм и Малой Царицынской улицей. По бывшему плацу проходит теперь Комсомольский проспект, а улица носит название Малой Пироговской. Сюда можно быстро доехать на метро.
Выйдя из вестибюля станции «Фрунзенская», попадаешь в бывший Трубецкой переулок, носящий сегодня имя летчика Виктора Хользунова. В начале улицы Хользунова сооружен Дворец молодежи. Пройдя несколько сотен шагов от этого места мимо высоких жилых башен, попадаешь неожиданно в район старой Москвы, застроенный на рубеже последних веков исключительно учебными зданиями. Для своего времени это были первоклассные дома, выполненные с учетом всех требований: высокие, просторные, светлые аудитории и классы с большими окнами, прогулочные залы. Парадные фасады, украшенные колоннами, лепниной, еще до входа в стены здания настраивают на возвышенный лад.
На улице бывшего Трубецкого и Оболенского переулков под нынешним номером 14 стоит невысокое двухэтажное здание с пышно декорированным фасадом. С Трубецкого – парадный вход. Над ним – высокие арочные окна второго этажа. На стенах этого отлично сохранившегося дома установлены мемориальные доски с барельефами маршалов Советского Союза, в разные годы входивших в эту парадную дверь. За стенами здания располагалась до недавних дней Академия Генерального штаба Вооруженных Сил СССР.
Снимок этого же дома я нашел на страницах вышедшей в Москве в 1910 году «бесплатной премии» к газете «Московский листок» под названием «На рубеже двух веков». Это альбом, содержащий множество фотографий города, относящихся к первым годам XX века. На них изображены важнейшие городские события: революция 1905 года, именуемая «московской смутой», русско-японская война. В разделе «Народное просвещение» среди многих других фотографий оказался и снимок, который я долго искал. На нем виден только что построенный дом; вокруг него еще не успели убрать забор и лестницу. Подпись под снимком гласит: «Гимназия имени Григория Шелапутина в Оболенском переулке, открытая 28 сентября 1901 года». Фотография этого же дома помещена в одном из сборников воспоминаний, вышедшем к шестидесятилетию М. А. Шолохова. Но она сделана позднее, и на ней, если взять лупу, можно прочесть надпись, протянувшуюся над арочными окнами по фронтону здания, удостоверяющую, что это гимназия имени Григория Шелапутина.
Вот сюда и приходил по утрам «года два-три» гимназист Михаил Шолохов. Парадный фасад довольно мал, но здание крупное, оно тянется вглубь двора метров на сто пятьдесят, где повышается на этаж и завершается пристройкой, служившей, очевидно, актовым или спортивным залом.
Откуда же являлся сюда гимназист Миша Шолохов? На этот вопрос ни одна из литературоведческих книг не дает ответа. Ясно, десятилетний гимназист жил где-то поблизости. Устраивая единственного сына в гимназию, отец, оставляя ребенка в Москве, должен был позаботиться и о его жилье, и об опекунах.
Шолоховы – выходцы из древнего города Зарайска, ныне районного центра Московской области, некогда входившего в состав Рязанской губернии. Зарайск считался тогда одним из лучших городов «как по наружному виду, так и по внутреннему развитию своей жизни и деятельности». В середине прошлого века в нем проживало 1700 купцов! Из Зарайска приехал в молодости на Дон служить приказчиком у купца дед будущего писателя Михаил Михайлович Шолохов. У него было восемь детей, среди них – четыре сына. Это большая родня.
Я поначалу допустил, что маленького Мишу устроили к кому-нибудь из купеческой родни в Москве.
Но это было предположение, основанное на знакомстве с известными фактами биографии писателя. Вот почему, чтобы получить точный ответ на интересующий вопрос, я написал короткое письмо и отправил его в Вешенскую, адресуя Михаилу Александровичу. Просил его ответить на несколько вопросов, в том числе на наиболее меня интересовавший:
«Где Вы жили в Москве, будучи гимназистом?».
В начале 1984 года дочь писателя М.М. Шолохова привезла мне ответы отца на эти вопросы.
Первый ответ такой:
«На Плющихе, в Долгом переулке».
Переименованный в улицу Бурденко, этот переулок тянется между Плющихой и Большой Пироговской улицей, перестроенный в последние годы, потерявший много старых зданий. Он сохранил лишь несколько одноэтажных особняков и бывших доходных, этажей в пять, жилых домов. И не исключено, подумал я, что среди них дошел до нас и тот, где Шолохов прожил в Москве несколько лет.
Конечно, это совпадение, но на Плющиху привозили в Москву с той же целью, что и Михаила Шолохова, чтобы учиться, Льва Толстого. Дом его сохранился в начале Плющихи, под № 11, – это бывший особняк с мезонином.
От бывшего Долгого переулка недалеко и до бывшей гимназии имени Г. Шелапутина. Я прошел гимназический маршрут Миши Шолохова – он занял минут десять. Идти можно и по Большой Пироговской, и по нынешней улице Льва Толстого, где за высокой оградой притаилась усадьба писателя. И не исключено, что мимо нее по дороге в гимназию не раз проходил будущий автор «Тихого Дона».
Ответил на первый вопрос Шолохов по-старомосковски, когда переулок непременно привязывали к «своей» улице. Нужно было обладать необыкновенной памятью, чтобы спустя семьдесят лет точно вспомнить название улицы и переулка, где довелось в детстве прожить несколько лет. Такой памятью обладал Михаил Шолохов, что подтверждают и другие удивительные факты.
Фотография Миши Шолохова в форменной гимназической рубашке не раз публиковалась в книгах, посвященных его жизни и творчеству. На этой фотографии он снят рядом со своим одноклассником в точно такой же форменной рубашке. Кто и когда, где фотографировал гимназистов? Кто снят рядом с Мишей Шолоховым? На эти вопросы ответа не было…
Плющиха и Долгий переулок, подобно другим старинным московским улицам, связаны с именами многих русских писателей и художников. В тот самый 1914 год, когда отец Михаила Александровича Шолохова впервые привез своего девятилетнего сына в Москву, чтобы показать московским окулистам, в Долгом переулке, в сохранившемся до наших дней доме под № 14, поселился академик Иван Бунин. В разное время Плющиху с ее уютными и тихими домами, считавшуюся окраинной улицей, называли своей Плещеев, Фет, Суриков… На втором этаже небольшого полукирпичного, полудеревянного дома Василий Суриков писал «Утро стрелецкой казни», а под высокими окнами его мастерской проходили люди, облик которых нередко напоминал героев создаваемой картины…
Публикуя в «Московской правде» очерк «Шолохов жил на Плющихе», я надеялся, что его прочтет кто-нибудь из москвичей, бывших учеников шелапутинской гимназии, или даже тот, кто знает, где находится дом, давший кров будущему автору «Тихого Дона»…
Расчет оправдался. В тот же день, как был напечатан очерк, в редакции раздался телефонный звонок коренной москвички Марии Сергеевны Ермоловой:
– Шолохов жил в доме моего свекра Александра Павловича Ермолова, учителя шелапутинской гимназии. Могу вам кое-что рассказать и показать. Приходите…
Не теряя времени, я отправляюсь по указанному адресу и узнаю то, что так долго не удавалось выяснить. Но прежде, чем встретиться с М. С. Ермоловой, заглянул в уже не раз выручавший том адресно-справочной книги «Вся Москва» за 1915 год, где оказались сведения об учителе гимназии А. П. Ермолове. Он упоминается на страницах тома дважды. Первый раз в списке преподавателей казенной гимназии имени Г. Шелапутина: «Ермолов Алдр. Пав. Препод. приг. кл. ттс.» Из этой справки явствует, что Александр Павлович Ермолов был учителем приготовительного класса и имел чин девятого класса табели о рангах – титулярного советника.
Второй раз его фамилия значится в алфавитном указателе адресов жителей Москвы: «Ермолов Алдр. Пав. ка. Долгий п., 20. Т. 33–95, Моск. гимн, им. Григ. Шелапутина; Реальн. Учил-ще Анат. Шелапутина, учит. пения».
И в этой второй справке документально устанавливается, что жил Александр Павлович Ермолов в доме № 20, в Долгом переулке. Эта информация дополняла сведения о нем: из нее явствует, что служил он не только в гимназии, но и в располагавшемся рядом с ней реальном училище имени Анатолия Шелапутина, где преподавал пение. В этом списке значится учитель в чине более высоком – коллежского асессора; очевидно, в этот раздел попали более свежие данные.
Примерно такая же справка об учителе имеется и в последнем из вышедших до революции справочнике «Вся Москва» за 1917 год, с той лишь разницей, что к этому времени он получил повышение в чине и был уже «кс», то есть – коллежский советник. В этом томе приводится схема Долгого переулка, на которой хорошо видно, что в него впадает пять других старомосковских переулков, в том числе два Трубных и два Неопалимовских, располагающихся между Плющихой и Смоленской улицей, упиравшейся в Зубовскую площадь. Вот мимо них и следовал по утрам на уроки гимназист Михаил Шолохов с ранцем за плечами, сопровождаемый учителем…
Получив все эти сведения, я, прежде чем встретиться с Марией Сергеевной Ермоловой, проехал в бывший Долгий переулок с надеждой увидеть дом № 20. Но увидел под этим номером здание новой архитектуры, выстроенное для одного из посольств… Больше повезло сохранившимся соседним, в несколько этажей, доходным домам, в том числе тому, где проживал Иван Бунин…