Лев Гиндилис – Космография (страница 4)

Термины «мистика», «оккультизм», «эзотерика» за долгие годы обросли всевозможными предрассудками и утратили в сознании людей свое исходное высокое значение. Об этом писала Е.И.Рерих, об этом же говорится в книгах Живой Этики. Опираясь на эти указания, Л.В.Шапошникова пришла к заключению, что если отбросить указанные архаические термины и взять за основу понятие «наука», то эзотерическую систему познания можно было бы назвать сверхнаукой, или метанаукой.

Мы будем использовать термин «метанаука». Он сродни термину «метафизика», но является более точным, хотя, в отличие от термина «метафизика», не является общепринятым. Почему мы считаем термин «метанаука» более адекватным? Напомним, что термин «метафизика» был введен Андроником Родосским, систематизатором произведений Аристотеля (I век до н. э.). Буквально он означает «после физики», то есть предметом изучения метафизики является то, что лежит за пределами физики. Но, согласно Аристотелю, физика понималась как комплекс всех естественнонаучных знаний. И, соответственно, метафизика («первая философия», по Аристотелю) означала то, что лежит за пределами естественнонаучных знаний, или «второй философии». С развитием науки область физики существенно сузилась, теперь она означает только часть естествознания, и, таким образом, термин «метафизика» теряет своё первоначальное значение. В настоящее время термин «метафизика» часто ассоциируется с идеалистической философией. Его первоначальному смыслу более соответствует термин «метанаука» – то, что лежит за пределами современного научного знания. В этом смысле мы и будем употреблять его.

Хотя наука не признает метанаучного знания, тем не менее, в процессе ее развития происходит их постоянное взаимодействие и сближение. Отдельные элементы метанаучного знания включаются в научную парадигму, и этот процесс протекает непрерывно. Достаточно привести хорошо известные примеры с электричеством и магнетизмом, которые в течение многих веков относились исключительно к метанаучной (оккультной) сфере и лишь сравнительно недавно были включены в научную парадигму, составив основу научного прогресса нового времени. Также и месмеризм, первоначально отвергнутый наукой, затем нашел свое место в ней под новым названием гипнотизма (хотя природа его до сих пор остается невыясненной). Сюда можно добавить представления о многомерности мира (многомерности пространства как формы существования материи). Что касается источника метанаучного знания, прежде чем говорить о нем, надо убедиться, что такое знание действительно существует. Мы поговорим об Источнике в последней части главы.

Метанаучное знание, как уже говорилось, является знанием сверхнаучным. Существует область исследований, где существование сверхнаучного знания считается вполне допустимым с научной точки зрения. Это область исследования внеземных цивилизаций (ВЦ). Если ВЦ существуют, то естественно ожидать, что среди них могут быть и цивилизации, значительно опередившие нас в своем развитии. Учитывая разницу в возрасте звезд разных поколений, дисперсия возрастов цивилизаций может достигать миллиардов лет. Знания подобных суперцивилизаций вполне можно отнести к категории сверхнаучного знания. Поэтому в современных исследованиях по поиску внеземных цивилизаций, поиску внеземного разума (SETI) возникает проблема взаимодействия научного и сверхнаучного знания внеземного происхождения.

Признаки воздействия высшего внеземного разума ищутся в памятниках материальной и духовной культуры в виде наличия в них элементов сверхнаучного знания. Таким образом, мы приходим к вопросу о существовании сверхнаучного знания на Земле. Причем в данном случае этот вопрос формулируется уже в рамках самой науки.

В научной и научно-популярной литературе обсуждаются свидетельства существования сверхнаучного знания, связанные с памятниками материальной и духовной культуры. При этом обнаруживаются две неблагоприятные тенденции. Одна состоит в некритическом отношении к фактам, в склонности к слишком поспешным и неосновательным выводам. Другая – отрицает саму постановку вопроса и крайне негативно относится к любым исследованиям в этой области. Обе тенденции одинаково вредны, им надо противопоставить подлинно научное изучение проблемы.

Существуют многочисленные данные, свидетельствующие о высокой культуре древних цивилизаций. Современный человек, упоенный успехами нашей техногенной цивилизации, склонен недооценивать уровень научного и технического развития древних цивилизаций, не говоря уже о глубине философских обобщений древних мыслителей. Сталкиваясь с примерами неправомерно высоких (с нашей точки зрения!) знаний древности, скептики пытаются объяснить их либо мистификациями, либо позднейшими заимствованиями. Такая позиция, конечно, неплодотворна: сводить любое малопонятное явление к подделкам и мистификациям – значит уходить от решения проблемы. Вместо этого необходим тщательный анализ и сопоставление фактов.

К числу малопонятных феноменов относится мегалитическая культура древности. Один из самых замечательных памятников древности – знаменитый Стоунхендж в Англии. (На египетских пирамидах мы не останавливаемся – это особая проблема.) После исследований Дж. Хокинса научное сообщество было вынуждено признать, что Стоунхендж представляет собой совершеннейшую астрономическую обсерваторию. Следовательно, жрецы, руководившие его созданием около 5000 лет тому назад, должны были обладать обширными астрономическими знаниями. Источник этих высоких знаний остается загадкой для науки.

Многочисленные примеры сверхнаучных, неправомерно высоких знаний в математике, астрономии, медицине и др. областях науки и технологии приведены А.А.Горбовским в его книге «Загадки древнейшей истории». Множество примеров можно найти в книге Е.П.Блаватской «Разоблаченная Изида». Можно сослаться и на источники совершенно нейтральные по отношению к рассматриваемой проблеме. Так в книге Джавахарлала Неру «Открытие Индии», в главе, посвященной индийской науке, сообщается, что в Древней Индии существовало понятие наименьшей линейной меры. Такое понятие кажется мало оправданным; гораздо естественнее выглядит представление греков о бесконечном делении отрезка. Но самое удивительное заключается в величине этой наименьшей меры. Согласно Дж. Неру, она равна 1,37 х 7^–10 дюйма – весьма малая величина, казалось бы, не имеющая никаких оправданий в технологии древности. Если выразить эту величину в более привычных для нас единицах измерения, то получим 1,23 х 10^–8 см, что с большой точностью совпадает с атомной единицей длины (диаметр первой боровской орбиты атома водорода)! Подобные примеры можно умножить.

Серьезный непредвзятый подход свидетельствует о том, что многие древние цивилизации хранят следы воздействия очень высокой и очень древней культуры. Причем это воздействие не носит характер однократного акта (типа прилета инопланетян), а больше похоже на длительное влияние на протяжении веков на самые различные цивилизации.

Ярким примером такого влияния являются поразительные астрономические знания небольшого африканского племени догонов. Скептики обращают внимание на два обстоятельства:

– неясно, насколько адекватен перевод с мифологического языка древних догонов на современный и сопоставление перевода с астрономическими данными;

– возможность заимствования из современных источников.

Конечно, подобные доводы представляются малоубедительными, но опровергнуть их практически невозможно. С другой стороны, вопрос о том, какие знания для данной эпохи следует считать правомерными, а какие неправомерными – не столь однозначен. Особенно, если речь идет об отдаленных эпохах. Поэтому, чтобы избежать бесплодных дискуссий, необходимо опираться на строгий критерий сверхнаучного знания. Необходимость разработки такого критерия была поставлена одним из авторов этой главы в 1996 г. (Л.М.Гиндилис в сб. «Астрономия и современная картина мира»). Задача состоит в том, чтобы сформулировать подобный критерий, оставаясь целиком на почве науки и действуя в рамках научной методологии.

Критерий сверхнаучного знания

Требования к источнику знания

1. Прежде всего, достоверность (подлинность) источника знания не должна вызывать никакого сомнения. Только при этом условии можно обратиться к его содержанию.

2. Поскольку речь идет о подлинном документе, относящемся к определенной эпохе, это должно найти отражение в языке источника: используемые в нем термины должны соответствовать «научному» языку той эпохи, к которой он относится. (Нелепо, например, требовать, чтобы в древнеегипетских источниках использовались дифференциальные уравнения.) Вот, что говорят по этому поводу Учителя человечества гималайские Махатмы: «Точные знания Нашей лаборатории не будут приняты, ибо формулы будут найдены в необычных обозначениях» (Надземное).

3. Как далеко может источник опережать свою эпоху? Если он заглядывает слишком далеко вперед, он может полностью пройти мимо сознания современников. Чтобы этого не произошло, составители документа должны держаться, в основном, в пределах тех знаний, которые доступны пониманию того времени. (Разумеется, это не относится к внутренним «документам» Субъектов сверхнаучного знания, которые могут быть полностью недоступны для человечества.)