Лев Белин – Таверна в другом мире. Том 3 (страница 49)
Он вышел из подворотни и растворился в потоке обычных горожан, никто и звать никак, просто еще одна тень в сумеречном, взбудораженном городе, который сам того не зная, уже пел составленную им песню. Песню о Безумном поваре и жадной гильдии. Песню, которая должна была стать ключом от камеры. Стать новой легендой.
Завтра всеми силами постараюсь выложить финальную главу тома и сразу же, начало четвёртого тома. Спасибо, что читаете эту историю. Буду очень признателен, если поставите лайк книге. Это помогает продвижению и мотивирует меня продолжать)
Глава 21
— И где же наша свобода, повар? — голос Ноэль прозвучал негромко, но в нём звенела сталь. Не раздражение, а холодный, методичный вопрос следователя, уставшего ждать признания.
Уже вечерело. Сквозь узкую щель под самым потолком, похожую на бритвенную рану в камне, пробивались последние косые лучи. Они не освещали камеру, а лишь прорезали её густые сумерки, ложась на заплесневелые стены. С каждым таким лучом, угасающим на глазах, внутри меня затягивалась пружина.
«Реакция уже должна была быть, — стучала в висках навязчивая мысль. — Неужели Телан провалился? И что тогда?»
— Всё получится, — произнес я вслух, и голос мой прозвучал куда увереннее, чем я чувствовал. Да и было это по большей части не для меня, а для них. — Просто нужно немного веры.
— Маркус, — окликнул меня Хылщ. Он сидел, склонившись над пустой оловянной миской, тщательно вылизав её. — Знай. Мы тебя не бросим. Как бы там ни было.
Я негромко усмехнулся.
— Был бы от вас ещё толк, кроме благих намерений, — ну не мог я пока вести себя иначе. Просто не мог.
Хылщ замолчал. В темноте я не видел его лица, но чувствовал, как его обида висит в воздухе густым, липким облаком. Мы провели в этой клетке часы, и я использовал их не только для тревожного ожидания. Я наблюдал. За этой троицей. Искал тайные знаки, перешептывания, условные жесты — признаки того предательства. И не находил ничего. Лишь неуклюжие, искренние попытки наладить какой-никакой мост.
«Может дать им шанс?» — порой мелькало в голове, но тут же всплывали сцены из прошлого. Я всё возвращался к кровати, на которой лежал Мишка. Ещё не время для прощения, по крайней мере для меня.
Ванесса пыталась заинтересовать меня свойствами различных ингредиентов, к чему я всё же невольно прислушивался. Это было полезно, да и отвлекало. Ригарт, забыв о рыцарской спеси, с горящими глазами консультировал меня по поводу починки сковороды и улучшения котла, и чуть не упал в обморок от благоговения, заметив у них «эволюцию». Правда, его предложения по вмонтированию шипов и зачарования на силу тяжести не вдохновляли меня, хотя, признаться, звучали эффективными. А Хылщ… Хылщ хотя бы старался не скрипеть зубами, когда я на него смотрел. Даже это его усилие, такое неестественное, было своей формой покаяния.
— Пш-пш… — жалобно, почти безнадежно пропел Гром. Если в первые часы он метался по клетке, пытаясь согнуть прутья пастью и когтями, то теперь лежал пластом, уставившись в полоску умирающего света в окне.
— Хрю! — бодро, но уже без прежней энергии отозвался Фунтик, тыкаясь холодным носом в мою ладонь.
— Скоро, — шептал я им, и самому себе. — Скоро всё закончится.
Я верил в Телана. Странная, иррациональная вера. В этом юнце, неуклюжем, легкомысленном, пахнущем дешевыми приторными духами и улицей, было что-то… не сломавшееся. Некая дикая, неотшлифованная сила духа, которая не знает слова «невозможно». И если кто и мог провернуть такое — то только он. Ну, я в это верил.
И все же солнце продолжало свое черное дело, безжалостно скрываясь за горизонтом и забирая с собой последние краски надежды. Тени сгущались, превращаясь в полноценную тьму.
«Система, — вызвал я мысленно ту безликую сущность. — Помнишь невыполненное задание? „Придумать оригинальное“».
«Есть. Как насчет того, чтобы заставить Гильдию Кулинаров добровольно отозвать иск, пока я все еще нахожусь за решеткой?»
Вот как… «Обстоятельства создают высокую вероятность». Ледяная логика магического интерфейса подтвердила то, на что я лишь надеялся. Значит, что-то происходит. Уже сейчас. Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
И в этот миг, будто в ответ на мою мысль, снаружи, из-за толстых каменных стен, донесся сначала смутный гул, похожий на отдаленный ропот моря. А затем он оформился в крики. Четкие, гневные, растущие, как лавина.
— ОСВОБОДИТЕ БЕЗУМНОГО ПОВАРА!
— ДОЛОЙ ГИЛЬДИЙНЫЙ ПРОИЗВОЛ!
— В ЖОПУ КУЛИНАРОВ И ИХ ЗАКОНЫ!
— СВОБОДУ ОСВАЛЬДУ!
Улыбка, широкая и неудержимая, растянула мои губы, разрезав напряжение последних часов.
— Началось, — выдохнул я, и в этом слове было больше облегчения, чем триумфа.
— Что там? Что происходит? — Ригарт вскочил, его доспехи звякнули в темноте.
— Подсади-ка, дружище! — Он, ловко взобравшись на могучее плечо рыцаря, как мальчишка на дерево, а тот, не колеблясь, выпрямился во весь рост, подняв его к самой щели-окну.
— Боги… — голос Хылща сорвался от изумления. — Там… толпа. Огромная толпа людей! И факелы! Они заполнили всю площадь!
Узкое окно под потолком, та самая бритвенная щель в камне, выходило прямо на площадь перед Корпусом. Рёв толпы теперь был не просто гулом, а чёткой, грохочущей симфонией гнева, в которой угадывались отдельные слова. Внезапно свет факелов за окном померк, его заслонила чья-то тень.
— БУ! — раздался снаружи громкий, нарочито пугающий возглас.
Тень упала прямо на лицо Хылща, прильнувшего к щели.
— А-а-а! — вскрикнул он, инстинктивно дёрнулся назад, потерял равновесие и грузно рухнул на каменный пол. — Урод!
— Эй! Живы там? — донёсся из-за стены знакомый голос, полный адреналина и ликования. Телан.
Я встал и быстро подошёл к стене, на мгновение бросив взгляд в коридор. Стражник вдалеке, у самого выхода, о чём-то оживлённо беседовал с напарником, жестикулируя в сторону шума. Идеальный момент.
— Как дела? Всё сделал? — спросил я, понизив голос до резонансного шёпота, чтобы звук шёл по камню.
— Сделал, сделал! — в его голосе звенела дикая, мальчишеская радость победителя. — Такая авантюра, Маркус! Будет что внукам рассказывать, клянусь!
— Что вы сделали? — голос Ноэль прозвучал не громко, но с такой ледяной, режущей чёткостью, что перекрыла шум снаружи. Она стояла, скрестив руки, её взгляд буравил меня.
Я проигнорировал её.
— Скройся в толпе, — приказал я Телану, мой тон стал жёстким, деловым. — И разгони её насколько сможешь, как мы договаривались. Будь осторожен. Как только гильдия сообразит, стража начнёт рыскать.
— Понял-принял! — отозвался он без тени сомнения. Потом его голос стал чуть тише, заговорщицким. — А ты-то… не передумал? Может, ну её, эту месть? Просто выйдем и махнём в столицу, пока горячо?
— Не-а, — я качнул головой, и на губах появилась та самая медленная, опасная ухмылка, которую они ещё не видели. — Они мне заплатят. За наглость. С процентами.
— О-о-о! — в голосе Телана зазвенел почти религиозный восторг. — Вот это будет кульминация!
— Расскажи мне. Сейчас, — Ноэль не повышала голос, но каждое слово было отчеканено из стали.
— Тогда будет не так интересно, — парировал я, ощущая, как внутри закипает не нервное напряжение, а холодный, знакомый азарт. Мне было мало просто выйти. Я хотел выйти победителем. Хотел, чтобы страх перед «Безумным поваром» вбился в их гильдейские головёшки. Чтобы следующий, кто задумает нажать на такого, как я, десять раз подумал.
Хылщ, Ригарт, Ванесса — молча отступили к дальней стене, будто между нами и ими внезапно выросла невидимая стена. Наконец-то. Наконец в их глазах, вместо вины или подобострастия, мелькнуло чистое, неразбавленное осознание. Понимание того, с кем они заперты в одной клетке. Хорошо, что до гильдии это доходило куда дольше.
— Всё, Телан, иди. Думаю, можно заворачивать финальный акт, — бросил я последнее указание.
— Маркус… удачи! — его голос стал чуть дальше. Он уже уходил.
— Значит, ты так и не собираешься вводить нас в курс дела? — Ноэль сделала шаг вперёд. Её движение было бесшумным, как скольжение тени. Она нарушила негласную дистанцию, приблизившись сильнее, чем допускали даже стеснённые условия камеры. — Мне категорически не нравится твоё отношение.
— Ты уж извини, — пожал я плечами, не отводя взгляда. — Этой троице я не доверяю. А тебя… я почти не знаю.
Ещё один шаг. Теперь её лицо было в сантиметрах от моего. В её алых глазах, казалось, не было зрачков — лишь два тлеющих угля во тьме.
— Мы заключили договор. Перед лицом богов, Маркус, — прошипела она, и в её шёпоте было больше угрозы, чем в крике.
Я не отступил. Напротив, я тоже двинулся навстречу, сократив и без того ничтожную дистанцию. Теперь между нашими лицами оставалось пространство, куда едва поместилась бы монета. Я чувствовал исходящее от неё тепло, тонкий, пряный запах.
— Ноэль, — тихо, но очень чётко спросил я. — Думаешь, я из тех, на кого можно давить?
В камере повисла тишина, густая, как смола.
— Не-не, она так не думает! — испуганно встрял Хылщ, ломая напряжённый момент. — Она умная! Лучше не надо, Ноэль, честно!
— Мой совет — прислушайся к нему, — не отрываясь от её взгляда, сказал я.