Леся Рысёнок – Не все ведьмы зло, или Белая ворона в академии магии (страница 6)
Чего мне стоило не заорать – словами не передать.
Оглянулась в панике, за палочку опять схватилось (можно подумать, она мне чем-то поможет или я ей пользоваться умею!), смотрю – а в углу, в котором я на коленках ползала, мужичек стоит. С полметра ростом, босоногий, с бородой, в рубахе с косым воротом, поясом плетеным подпоясанный.
То, что это домовой, я поняла, конечно. Но все равно испугалась.
- Н-не б-буду, – ответила ему, слегка заикаясь.
А потом подумала, что он сейчас уйдет, и я снова одна останусь, а не хотелось. Я и так все время одна, привыкнуть должна была бы, но хочется общения. С котами вот разговариваю в парке, незнакомцами всякими, домовыми... И я спросила его, чтобы беседу поддержать и чтобы он не ушел, домовой этот:
- А в-вы, наверное, домовой будете? П-простите пожалуйста, я не знаю, как к вам правильно обращаться, по имени-отчеству?
Мужичок почесал себе затылок и сказал:
- Ну, можно, пожалуй, и по имени-отчеству – Никанор Сидорыч я. – Тока ты это, не реви тут больше!
- Почему? – спросила я. – Тут запрещено плакать?
- Так ты ж ведьма, а ведьмы не плачут, ведьмы сразу волшбу творят, – припечатал он аргументом.
- А я недавно совсем ведьма, не умею еще волшбу творить, – я развела руками.
- Так это что же, сюда необученную ведьму взяли? Так как же ты будешь, девочка? А шляпа что же, не помогает?
- Я и шляпу только сегодня в чулане нашла. И палочку тоже там…
- Шляпа кому попало не дается в руки, значит, признала тебя. Она ведьме и подсказывает, чего как делать и защиту дает. Тебе надо научиться подсказки ее слышать.
- А как?
- Как-как… Ты же в школе ведьмовской, научат поди, как шляпу-то понимать.
И я снова разрыдалась. А чего этот старичок-мужичок такой добрый?
- Меня ведьмы не хотят учить, я с зельем напортачила, а они его выпили и теперь злятся на меня. А другую ведьму толкнула нечаянно, а она прокляла меня «спотыкайкой». И еще меня сюда мужчина проводил, маг, и остальным ведьмам это тоже не понравилось. Никто меня не любит, все обижают, а я неумеха, за себя постоять не могу-у-у… – рыдала я.
Не знаю, что на меня нашло. Наверное, разочарование. Я же думала, что тут все изменится, стану ведьмой – сильной, уверенной, а я и тут – ворона вороной, клюв открыла и все прощелкала.
- Ну-ну, чего ж ты неправильная такая ведьма-то? Ревешь все время? А счас мы тебя чайком напоим, вот оно и повеселее будет! Ведьмы-то голодные завсегда нервные. Счас, деточка, счас, мигом обернусь!
И он исчез. Просто был – и нету. И снова я одна осталась.
Эх, ладно, чего, правда, рыдаю, дура дурой? Надо вещи разобрать. Утерла слезы и взялась тюк с вещами ворошить. Первым делам достала платья ведьмовские, черные, длинные, почти в пол. Воротнички на них только белые и манжеты. Раньше в школах форма такая была, я на теткиных фотографиях видела. Только фартуков не хватает. А, нет – и они есть. Передники черный и белый шли в комплекте. А также чулки, туфли, сапожки и даже нижние белье и ночная рубашка. Тоже черные. Как и спортивный костюм. М-да, обилие цветовой гаммы поражает воображение. Сложила все в шкаф. «Черное это хорошо, это значит, не буду выделяться», – порадовалась я.
Дальше шли письменные принадлежности – чернила и перья, грифельные палочки, сшитые в тетради листы бумаги. Убрала в стол. Еще была пара небольших котелков, спиртовка со складной треногой и мини-набор юного алхимика – весы, реторты, пинцет, перчатки. Подумала и убрала в шкаф, на верхнюю полку. Все равно он почти пустой был, одежды не так, чтобы много – лишь самое необходимое. Монархи позаботились о ведьмах, но без излишеств и фанатизма.
В отдельной коробке были банные принадлежности – флаконы с мылом, зубной порошок и щетка, мочалка, еще стиральный порошок и еще щетки – обувная и одежная. Неплохо в принципе. Сразу в душ захотелось. Развернула постельное и полотенца – все свежее, чистое.
Задумалась, как они столько вещей так компактно упаковали? Явно без волшебства не обошлось. Захотелось так же научиться. Я же в другом мире, где есть волшебство и магия, это же так круто! Всегда о чем-то таком мечтала. Вот только поесть бы еще…
Тут за окном раздался шум, и на подоконник вскочил кот. В зубах он тащил… мышонка. Тот еще живой был, извивался и жалобно пищал, но кот его держал крепко. Перебравшись на стол, кот выплюнул добычу и тут же прижал лапой:
- Смотри, кого я тебе принес! – гордо заявил он.
Глава 4.
- Зачем мне мышь? Я же сказала, что не буду их есть! – сообщила я коту очевидный факт. – И отпусти ее, пожалуйста, не мучай животное.
- Тебе жалко мышь? – кот смотрел на меня, прищурившись, и не думал отпускать мышонка.
- Это совсем еще мышонок, маленький и беспомощный. Зачем ты принес его сюда? – пыталась я воззвать к совести хвостатого.
- Тебе, – гордо мурлыкнул котейка в ответ.
- Слушай…
Я хотела обратиться к коту, и поняла, что понятия не имею, как его зовут. Мысленно я звала его просто «кот», но должно же быть у него имя?
- А как тебя зовут? – спросила я его.
- Тимофей Васильевич, – сообщил кот под истошный писк мышонка и важно приосанился. – Я потомственный фамильяр в седьмом поколении.
- Послушай, Тимофей Васильевич, ты не мог бы унести этого мыша обратно, а я попробую позвать домового и попрошу его покормить тебя?
- Нет, – безапелляционно заявил кот и перехватил почти сбежавшего мышонка зубами.
Мне его так жалко стало, мышонка этого, что я даже забыла, что вообще-то боюсь их, и попыталась добычу кота отобрать. Но Тимофей ловко вывернулся и запрыгнул на шкаф и снова придавил мышь лапой.
- Ты вот так, да? Да я для тебя… А ты! – сказал он сверху. – Сама теперь лови.
И он, бросив трофей, в один прыжок перебрался на стол, оттуда на подоконник и скрылся за окном.
Я села на кровать и поджала ноги. Итак, теперь у меня в комнате живет мышь, и я обещала покормить кота. Как вызвать домового я по-прежнему не знаю, поэтому стоит пойти поискать столовую. Но сначала надо переодеться, а то я в своей рубахе буду у ведьм как бельмо на глазу.
Я еще немного посидела, потом решила, что мышонок – это не совсем мышь, и осторожно спустилась на пол. Да, надо переодеться.
Подошла, открыла дверцы шкафа и обомлела – все платья стали… белыми!
Взяла одно, покрутила в руках в надежде, что, может быть, мне просто показалось. Но платье оставалось приятного молочного оттенка и темнеть обратно даже не думало. Сняла второе – оно было белоснежное с золотистой строчкой. Третье – жемчужно-белое… Четвертое серебрилось инеем… Я опустилась на пол и всхлипнула.
Только такая неудачница, как я, могла так вляпаться. У-у, ведьмы, ненавижу! Вот выучусь и… и… И ничего в голову не приходило.
- Девка! Ты чего опять ревешь-то, а? А ну-ка, давай к столу садись скорее. Уж готово все, давай-ка горяченького поешь, сразу полегчает. И чайку, чайку выпей, он с ромашкой, то, что тебе надо сейчас.
Домовой Никанор Сидорыч взял меня за руку и потянул в угол. С удивлением обнаружила в комнате еще и кухонный уголок со столом, шкафчиками и чайником на круглой плитке. Не было же вроде? Чудеса! Присела за стол, на нем уже стояли тарелки, от которых поднимался пар. Мой желудок поприветствовал их радостным урчанием.
- Я ж говорю, еда – первейшее средство от всех печалей. Кушай, девонька, кушай!
- Спасибо Никанор Сидорыч! Очень вкусно пахнет и выглядит восхитительно! Мне бы еще тарелку пустую для котика еды отложить. И для мышонка, –вспомнила я еще про одного постояльца.
- Принесем, девонька, принесем и котику еду и мышу твоему. Ты только кушай давай! – он подвинул мне тарелки поближе.
Я не заставила себя уговаривать. Еда была простая – пюре из овощей с гуляшом и большой кусок пирога с мясом и капустой, но все очень сытно. А чай пах ромашкой и луговыми травами.
- Благодарю вас, Никанор Сидорыч! Очень все вкусно, – сказала я, когда убедилась, что отложено угощение для кота и мыша, и наелась сама. – А то я хотела идти столовую искать, да только выяснила, что платья у меня все испорчены оказались…
При воспоминании об этом настроение снова скатилось в минус сто, и я невольно хлюпнула носом.
- Что ты, девонька, что ты! – замахал руками домовой, – не надо столовую искать, все равно не найдешь.
- Почему? – удивилась я.
- Так нету ее, – пояснил домовой. – Тут же ведьмы одни, кто ж их к еде-то подпустит?
- А вы где еду берете?
- Так на кухне, только вашим туда хода нет.
- Не поняла, почему нельзя? – от сытости закрывались глаза, поэтому соображала я с трудом.
- Наговорят, заговорят или добавят чего, ведьмы же. Мы все приносим в комнаты.
Я задумалась – получается в этом замке ведьм не все подвластно хозяйкам? Кухню от пакостей защитили, и комнату, наверное, тоже можно от вредительниц обезопасить?
Этот вопрос я и задала домовому.
- А комнаты и так защищены все, коли сама не разрешишь войти, так никто и не сможет. А вот ежели войдет, то тут уж ведьмы сами защиту делают.
Эх, глупенькая я! Сама же старосту пустила! Снова стало грустно. Все у меня не как у людей.