Леся Глинская – Развод. Первый шаг к себе (страница 8)
– Ну, – киваю, – в общем, да.
– Мне нужно, чтобы ты осталась моей женой, – говорит деловым тоном он. – Хотя бы еще год.
– Вот как? – вскидываю брови.
– У меня идет большое слияние, – он скрипит зубами. – Если сейчас начать делить активы, то есть риск попросту потерять позиции и… – он ругается сквозь зубы, отворачивается. – А! Да что я тебе объясняю! – шумно дышит так, что аж дергаются крылья носа.
– То есть тебе нужны мои активы, – спрашиваю.
А мне на самом деле даже немножко смешно.
– Это мои активы! – рычит он, хищно наклоняясь вперед. – Это мой бизнес! Я его строил! Я все это… – опять натыкается на мое равнодушие и взмахивает рукой. – А! Что тебе…
Выдыхает, делает пару шагов вправо, потом влево…
– Ты всегда была здравомыслящей и всегда все понимала, – вдруг произносит он.
А я ничего не могу с собой поделать! Мне смешно от этих слов!
– Марин, – муж смотрит на меня, как на насекомое. – Ты можешь приехать со своим адвокатом, разведем имущественные права, но без выделения доли и без раздела. Пожалуйста, – последнее слово он произносит таким сдавленным голосом, что сразу ясно, это “пожалуйста” далось ему с трудом.
А я стою, смотрю в лицо человека, которого безумно любила. Ради которого готова была в огонь, в воду, на край света…
Потому что же мой! Потому что же муж!
И…
Понимаю, что внутри ничего не шевелится. Лишь холодная решимость. И сейчас я должна поступить так, как выгодно мне и только мне.
А собственных денег у меня едва ли на месяц.
Сжимаю губы в плотную линию, отворачиваюсь.
– Марин! – окликает меня Витя своим рычащим басом.
Когда-то от этого голоса я вся покрывалась мурашками.
– Я согласна! – бросаю ему через плечо. – Но сначала проведу аудит и ревизию, – набираю воздуха в легкие. – Я сама!
Он на секунду застывает с растерянным выражением на лице, потом фыркает с презрением:
– Ты? Серьезно?
– Я, – киваю спокойно и уверенно. – И после уже подпишем бумаги с адвокатами…
Виктор хмыкает, но, кажется, доволен исходом разговора.
Криво улыбается, делает шаг назад и тут…
Я вижу, как напряженно стоит в стороне… Татьяна.
Вслушивается, ловит каждое движение моих рук, каждую мою эмоцию…
С чего бы это?
Они с Катькой не любовники?
Тогда с кем?
И от этих мыслей мне становится противно! Аж до тошноты!
– Завтра утром я приеду в офис, – смотрю мужу в глаза. – И уж будь добр, позаботься, чтобы меня пустили! – выпаливаю зло.
– Конечно! – отзывается он с ехидной усмешкой.
Но я уже на него не смотрю.
Убегаю.
.
Следующий день начинается рано.
Очень рано.
Ехать из пригорода долго и хлопотно. Пробки.
Поэтому электричка. И, конечно, никакой дорогой одежды или каблуков.
В своих брюках и кроссовках я, наверное, выгляжу не на миллион, но сейчас мне на это плевать.
Тот же самый охранник, который не пускал меня месяц назад, окидывает меня почему-то взволнованным взглядом и безропотно открывает передо мной дверь.
– Марина Сергеевна, – пытаются здороваться служащие, но я просто киваю им и иду дальше.
Да. Такую они меня еще не видели.
Наверное, это для меня шаг назад.
Джинсы, кроссовки, волосы в хвост…
Так я выглядела, когда была нищей.
Так я выглядела, когда была свободной!
И от этой мысли на душе становится тепло.
– Доброе утро! – захожу в кабинет к мужу. – Где мое рабочее место?
– Марина! – он почти подскакивает со своего кресла.
Окидывает меня странным, словно оценивающим взглядом, и… Готова поклясться, ему нравится то, что он видит!
– Ты можешь работать здесь, – произносит он бархатным голосом.
– Нет уж, спасибо, – хмыкаю иронично. – Я плохо переношу твое общество!
Вижу, как он стискивает зубы, как выступают на его скулах желваки, как появляется металл во взгляде.
Но мне все равно.
Плевать.
– Будь добр, – улыбаюсь ему, – предоставь мне компьютер с полным доступом ко всем базам и архивам. И, – качаю головой, – хорошо бы секретаря.
– Да, – неожиданно соглашается он. – Конечно, – нажимает кнопку селектора. – Кофе?
– Нет, – пытаюсь одарить его ледяной улыбкой, – лучше уже на моем рабочем месте…
– Раз ты так настаиваешь! – кривится он. – Елена, вызови Ирину Леонидовну из отдела кадров, – отдает распоряжение в селектор.
Пожилая дама в очень дорогих очках ведет меня по коридору, опасливо озираясь.
Она то ли не верит своим глазам, то ли ждет, что я брошусь на нее со спины.
А я спокойно иду.
Мне ничего никому не надо доказывать.