Леся Флоги – Плейлист Сары (страница 26)
Марго и Сара. Как гром среди ясного неба для Майкла. И без того забитая мыслями голова, залитая к тому же алкоголем, начала немного болеть. Минутная тишина накрыла двух подростков посреди лунной и такой долгой по ощущениям ночи.
– А это лечится? – осмелился спросить Майкл.
– Не знаю. Я прохожу терапию, а там, как полностью изучат два моих эго-состояния, будут проводить процедуру слияния, – вздохнув, ответила Марго и вновь опустила взгляд вниз.
Вновь легкая апатия без стука ворвалась в душу, но теплая рука Майкла, что легла со всей любовью на плечо, отогнала ее прочь.
– А что это за процедура?
– Я понятия не имею, это обсуждали мама и миссис Спаркс, а я случайно подслушала, – поделилась Марго. – Как бы помещение двух отдельных разумов в один общий.
– Сделать вас с Сарой одним человеком? Вау, это звучит покруче чем в каком-нибудь сюжете киберпанка.
– Будь моя воля, я бы порвала этот сюжет и сожгла.
– В любом случае, Марго, знай, что я рядом.
19 – The Doors – People Are Strange
Как это обычно бывало после подобного рода ночей, Марго раскрыла глаза и в первую очередь очень четко ощутила тяжесть в области желудка.
Судя по солнечному свету, что проникал через заляпанное ладонями окно в просторную, наполненную перегаром комнату, на дворе стояло позднее утро. Щуря смутный взор от ослепляющих лучей, Марго попробовала подняться с пола. Исходя из того, что она заснула сидя на паркете, оперевшись спиной о кровать, что, к слову, выглядела так, будто подверглась незваным оккупантам, девушка просто вырубилась посреди ночи. Случайно задев коленом высушенную, будто пустыня, бутылку, она попыталась встать. В комнате действительно стоял неприятный запах. Если это чувствовала сама Марго, то ее мать, если бы соизволила перед работой заскочить к дочери, поседела бы на месте. И не только от перегара: Марго, потупив взгляд, уставилась на свисающего в дьявольской позе с кровати Майкла – того самого оккупанта кровати – и на его произведение абстрактного искусства на полу в виде мутно-рыжей лужи. Несмотря на время, Марго поймала панику, ведь Майкл не находился на экстерне и, разумеется, в это время должен был быть давно в школе, грызть гранит науки или, как это в действительности происходило, пинать мячи вместо занятий. Во всех смыслах.
– Грейзер, – протянула Марго, игнорируя собственные позывы заняться искусством в тот же миг. Но Майкл никак не отреагировал на проснувшуюся подругу и продолжал мертво занимать чужое ложе. – Майкл, – уже применив руки, чтобы встряхнуть бренное тело, продолжила Марго.
Парень замычал, и Марго заметила, как из приоткрытого рта друга повисла слюна прямо на любимые голубые простыни. Такое зрелище содействовало содержимому бедного желудка подорваться к горлу. Скрыв кудрявую макушку за новыми дверями уборной, она оставила Майкла просыпаться в одиночку.
Футболист нехотя открыл сначала один глаз и, оценив обстановку вокруг, был вынужден подключить второй. Спустя несколько минут наваждения в застывшей позе Майкл понял, что находится у Марго в комнате. Но какого, собственно, черта, он тут забыл, когда за окном во всю солнце не щадило глаза прохожих, что уже спешили на обед?
– Маргооо, – изнеможденно прохрипел Майкл, не отрывая щеки от влажной простыни.
Горло резало от жажды. Из-за стены доносились рвотные позывы Марго. Майкл понял, что ему придется выкручиваться самому. Приняв вертикальное положение, он решил устроить обыск неприметной комнаты в надежде отыскать хотя бы пару капель воды. Чуть не наступив в неприятную на вид и запах лужу у кровати, Майкл добрался до столешницы за ополовиненной бутылкой воды. Опустошая чуть ли не одним смелым глотком спасительную жидкость, Майкл ненароком заметил открытый на исписанных страницах блокнот. Любопытство было на стороне дьявола, что, наверняка, приложил руку и к похмелью Майкла, поэтому школьник потянулся к притягивающему взор предмету. Два совершенно разных почерка словно беседовали друг с другом на одном листе. Очень странный диалог, скорее, странный способ общения. Будто два немых и глухих человека пытались без любых других современных способов общения обменяться своими переживаниями и мыслями. Но все сомнительные догадки тут же начисто смыло, когда среди текста парень обнаружил имена «Сара» и «Марго». Все встало на свои места. Значит, вчерашнее признание Марго – это правда, а не пьяный бред.
Майкл шустро перевернул страницу на исходную и отложил дневник на место, словно к нему и не притрагивалась чужая рука. Как раз после этой махинации в дверях показалась бледная, даже слегка зеленоватая Марго. Ее физиономия не принуждала радоваться жизни и новому дню, с чем Майкл полностью был солидарен.
– Как самочувствие? – с каплей иронии спросил он и улыбнулся кончиком губы.
Подарив самый разгневанный, но в то же время утомленный взор другу, Марго ответила:
– Как видишь – я блистаю, словно селебрити на вручении Грэмми.
Майкл лишь искренне усмехнулся такой реплике.
– Я бы тебе награду в виде золотого унитаза вручил, подруга. Выглядишь хреново.
– Спасибо, капитан очевидность, – поблагодарила девушка и прошла в самый эпицентр минувшей вечеринки. – Чур, свои старания в виде непереваренной кукурузы с какой-то еще неведомой херней будешь убирать сам.
Майкл незамедлительно поморщился, словно готов был создать точно такую же лужу вновь, но не ускользнул от обязанностей. Поэтому в первую очередь решил открыть окно, чтобы хоть как-то проветрить помещение, пока не все было потеряно.
– Ты что-нибудь помнишь? – поинтересовалась Марго и заглотнула таблетку, которую, по-видимому, успела отыскать на кухне. – А то я пытаюсь понять, пробелы в памяти связаны с тем, что мы перебрали, или с тем, что я – это я.
– До того момента, как ты предложила мне засосаться. А ты?
– Что? Мы целовались?! – громко возмутилась Марго, моментально впадая в краску.
– Нет, конечно же нет. Во-первых, – быстро успокоил девушку Майкл, – я тебя очень уважаю. Во-вторых, сразу после этого ты скатилась с бутылкой на пол и чуть ли не со слезами на глазах начала рассказывать про Ансворта.
– Про Ансворта?! – чуть не подавившись, вновь округлив зеленые глаза, спросила девушка. – А что именно я рассказывала о нем?
Марго не понимала, что ее пугало больше: предложение Майклу поцеловаться взасос или разговоры с ним о Луи.
– Да я не помню, если честно, – поделился Майкл и встал спиной к окну, оперевшись копчиком о подоконник, – что-то про футбол, про его навязчивость, а дальше смутно все. Вижу, спрашивать, помнишь ли ты то, что было после – бесперспективно?
– Ты прав. Я запомнила до того момента, как мы начали чуть ли не в слезах и соплях обниматься на кровати.
– Ууу, бро, – протянул Майкл, словно обнаружил какой-то не утешающий диагноз на лице подруги, – я в тот момент был, как стеклышко, трезвым еще, ну ты даёшь.
Марго лишь закатила глаза.
– Хорошо, что мама уехала на работу, так бы нам с тобой досталось. Нужно наводить порядок. И в комнате, и на лице. А то, боюсь, мнительная мама все же заподозрит что-то неладное.
– Да ладно тебе, я вообще вчера спать ушел в свою комнату, а ночью пропал, так еще и на учебу не пошел. Мои родители, наверняка, уже обзвонили все места первой помощи живым и мертвым, – обыденно произнес Майкл и сам себе усмехнулся.
– Ты это так просто говоришь, словно им не привыкать.
– Не только им, но и мне. Кстати, надо бы найти в этом ужасе свой телефон.
Поделившись отличной идеей для продолжения утра, Майкл поспешил перевернуть вверх дном кровать, что и так была не в самом прекрасном состоянии. Марго также отыскала свой телефон. Но три пропущенных звонка от Луи этой ночью с промежутком в десять-пятнадцать минут и два сообщения заставили ее сердце взволнованно заколотиться в груди.
Отправитель: Луи Ансворт
«Надеюсь, ты просто уснула, поэтому не отвечаешь. Я на тебя не злюсь, извини и ты меня.»
Отправитель: Луи Ансворт
«Надеюсь, твои сны самые спокойные и красивые. Еще раз прости.»
“Много надеешься, Ансворт”, – промелькнуло в кудрявой голове. Но Марго, словно никаких недомолвок и не происходило, двумя предложениями ответила:
Отправитель: Марго Браун
«Доброе утро, персиковый неудачник :) Надеюсь, что ты выспался.»
На этот раз Луи очень удивил Марго мгновенным ответом, тем самым вызывая на помятом лице едва заметную, но упорно ломящуюся наружу улыбку.
Отправитель: Луи Ансворт
«Доброе утро! Могло быть и лучше, но у меня занятие по математике с толстяком Хайдом… Удачного дня, кофейная неудачница! хх»
– Чего лыбишься, словно не блевала пять минут назад? – оторвал от экрана голос по левое плечо.
Майкл соизволил разглядеть, как в одно мгновение сменилось лицо его подруги на более жизнерадостное.
– Да так, пожелания хорошие с утра, – поделилась девушка и перевела горящий взгляд на Майкла. – А ты чего такой понурый?
– Мне сейчас всю блевотину убирать одному, чему радоваться?
– Сочувствую, – искренне ответила Марго и рассмеялась в унисон со своим лучшим другом.
20 – XXXTENTACION – Save me
А вот ночь Луи не прошла так же радужно, как у Марго. Парень в ступоре просидел четверть часа на холодном подоконнике, привыкая к давящей темноте. На душе было паршиво, а горло спирало от подходящих слез. Хотелось кричать, но Луи не понимал, почему. С ним действительно никогда не происходило подобного, и именно поэтому он ощущал себя так потерянно в данный момент. Одиноко сидел себе на подоконнике, свесив ноги на улицу с четвертого этажа, и не знал, куда податься. А сейчас эти шоколадные сигареты между тонкими пальцами трясущейся бледной руки, множество громадных браслетов на которой издавали тихий, но режущий уши звон, как только потресканные губы имели совесть выпустить через себя убивающий, но греющий легкие смог. Луи не понимал, кто придумал эту отговорку для людей, что имеют желание попробовать курить? Ты с такой надеждой, что тебе не понравится, чиркаешь зажигалкой и прижимаешь между теплыми, мягкими губами фильтр. Все еще надеешься, когда на окончании начинает сверкать огнем табак. Все еще надеешься, когда делаешь первую в своей жизни затяжку. Но твои надежды разбиваются о твердый паркет, когда ты ловишь себя на мысли, что это не так уж и плохо, и снова вдыхаешь медленно убивающий тебя смог.