Лесневская Вероника – Два чуда для Папы Мороза (страница 7)

– У двойняшек необычные интересы, – хихикает она и крепче обнимает Загорского.

– Папа Мороз! – доносится со стороны лестницы, а я тяжело вздыхаю. Что-то с прозвищем решать надо. – А где мама?

Примчавшись ко мне, Коля и Митя застывают и впиваются в меня чистыми глазками. Ждут чуда или хоть какой-то хорошей новости. Но мне нечем их порадовать.

– Малыши такие милые, – ласково отзывается Алиса. – И на тебя похожи, – вдруг заявляет, прищурившись. Смотрит на нас, будто сравнивает.

От неожиданности закашливаюсь надрывно. Пока все нормальные люди становятся родителями естественным, так сказать, путем, меня сделали отцом поневоле. Никогда бы не подумал, что попаду в такую ситуацию.

– Вашу маму… – перевожу внимание на пацанов, – …я ищу.

Они вздыхают с грустью и надувают губы, будто я их обманул. Вспоминаю про радиоуправляемые машинки. Может, хоть так смогу временно поднять ребятам настроение.

И не ошибаюсь: мальчики хватают подарки, а их глаза загораются.

– Спасибо, Папа Мороз, – визжат они, но потом так же резко затихают. И коробки мне обратно протягивают.

– Нет, у нас был договор только на маму, – деловито заявляет Коля.

– Не надо подалки, – соглашается Митя, но на машинки поглядывает. – Надо маму.

И всхлипывают оба.

– А ну, отставить! – по-доброму рявкаю на них. – Берите! – возвращаю коробки. – Маму тоже обязательно найдем.

– Обещаете?

Киваю, отправляю "подкидышей" в детскую и провожаю взглядом, пока они не скрываются на втором этаже.

Вот и как мне желание их исполнить? Не получается ни черта. Ярослава будто сквозь землю провалилась!

– А что случилось? – интересуются Загорские.

Наш разговор прерывают голоса, доносящиеся со второго этажа.

– Мама Лиля, я сама покачаю братика Майка, – важно звучит детский.

– Как скажешь, бусинка. Но если Миша не уснет или тебе надоест, то позови меня, хорошо? – спокойно и с нежностью отвечает женский.

На лестнице появляется девчушка лет семи, которая буквально выталкивает свою маму в сторону гостиной.

– Я уложу. Я же взрослая! Меня в школе вообще командиром класса назначили, – хвастается малая.

– Знаю. И горжусь тобой, – шепчет шатенка, ласково проводит по макушке и поправляет хвостики. – Командирша, – хихикает, – вся в отца-цербера!

В этот же момент к лестнице подходит темноволосый мужчина в деловом костюме. Он нервно рявкает что-то в трубку на немецком.

– Артур! – фыркает Лиля. – Во-первых, переходи на русский. Мы в гостях.

– Тише, рыбка, – осекает он ее, но беззлобно.

– И выбрось телефон. Новый год скоро! – не отступает девушка.

– Я не виноват, что эти придурки в Австрии не могут проект закрыть. В этом году должны все закончить, – гавкает он, но звонок все-таки прерывает.

Обращает внимание на нас, чуть голову наклоняет в знак приветствия. И вместе с женой они спускаются в гостиную.

– Это Никита, – незамедлительно представляет меня Алиса. – Он мамочку своих детей потерял.

– Не моих, – закатываю глаза.

– Сбежала? Обидел ее? – с прищуром изучает меня Лиля и крепче локоть мужа сжимает. – А то вы, мужчины, умеете, – многозначительно на Артура смотрит.

– С чего это вдруг? Я ее вообще не знаю, – возмущенно защищаюсь.

Наверное, в сотый раз объясняю, что и как произошло. Рассказываю до тех пор, пока лицо Лили не проясняется, а Алиса не вздыхает сочувственно. В следующую секунду они переглядываются задумчиво. И почему-то я скорее опасаюсь этих подруг, чем помощи от них жду. Исподлобья поглядываю на Стаса и Артура, но они лишь плечами пожимают, потому что сами не знают, чего от своих женщин ожидать.

– Слушай, у меня подруга работает в каком-то супер крутом медиахолдинге, – заявляет Лиля. – Снежана, ну, я тебе рассказывала, – напоминает мужу, но тот реагирует не сразу. Хмурится задумчиво, а девушка отмахивается. – Не важно. Так вот. Они ведь могут объявление запустить на телевидении? И найдем сразу нашу потерянную маму. Фото ведь есть?

– Хорошая мысль. Да, фото есть, – подтверждаю, тянусь в карман за телефоном. Но образ улыбчивой блондинки сам всплывает в голове.

Тем временем Лиля лихорадочно пытается дозвониться своей подруге, но из динамика слышатся гудки.

– Не отвечает, – грустно сообщает.

Продолжает набирать, когда мы все садимся за стол. Я слежу за Колей и Митей, которые облепили меня с двух сторон. Окружили, взяли «в котел» – и не оставили путей для отступления.

Мальчики косятся на праздничные блюда, но стесняются что-то взять. И тогда я прихожу им на помощь. Наполняю большие тарелки с горой разными салатами, бутербродами и мясом – сами пусть выбирают, что им по вкусу. Замечаю, как пацаны переглядываются, а после – с удовольствием набрасываются на еду.

– Неужели опять ее этот босс-самодур припахал? – бурчит Лиля, так и не дозвонившись. – Как его, забыла… – щелкает пальцами. – Вадим. И фамилия такая еще. Как стихия… Шквал. Гроза. Гром…

– Шторм, что ли? – отзывается Ян, что устроился с семьей напротив, и откладывает вилку.

– Точно! – взвизгивает Лиля. – Вы знакомы?

– Да, давно общаемся. Еще с момента, когда Вадим в Польше филиал открывал. Я сейчас напрямую ему позвоню, – чмокает в макушку свою беременную жену, которая нехотя ковыряется в салате, потом наливает ей сок, а сам поднимается из-за стола.

Минут через пять мы уже общаемся со Штормом по видеосвязи.

Вадим внимательно слушает меня, короткие вопросы задает. Держит себя так, словно не президент холдинга, а психиатр. Не по себе даже становится. Но для меня главное, чтобы он согласился помочь нам с пацанами.

– Без проблем, – невозмутимо постановляет Шторм.

На мгновение я замираю. Так просто? Я уговаривать готовился, убеждать, приказывать – да что угодно, лишь бы скорее маму ребят найти.

– Жду фото и контакты. Составлю короткий текст, а Снежана обзвонит телеканалы, – озвучивает свой план.

– Снежана? Мы ей как раз дозвониться не могли, – вспоминаю тщетные попытки Лили.

Получается, права она оказалась по поводу босса-тирана. В новогоднюю ночь помощнице покоя не дает.

– Она отключила телефон, когда близняшек укладывала… – выпаливает Вадим и осекается резко. Мрачнеет, будто лишнее сказал и внутренне ругает себя за это.

– Эм… Кхм. Вы там вместе? – включаю свой «профессиональный нюх» и сканирую лицо собеседника.

– Ждем фотографии, – чеканит он и отключается.

Работает Шторм оперативно. Через час милое личико Ярославы сияет улыбкой почти по всем каналам. А еще через полчаса на мой номер поступает входящий звонок.

– Здравствуйте, вас беспокоят из городской больницы. Мы видели фото по телевизору. Кажется, ваша жена у нас…

***

– Обнаружили ее случайные прохожие три часа назад возле здания клуба. Сразу же вызвали скорую, – тараторит врач и ведет меня по длинному белому коридору. Как дорога на тот свет, ей-богу. Не хватает вспышки в конце тоннеля.

В сотый раз поправляю медицинский халат, который норовит сползти с плеч. Бахилы шелестят на ногах. Казалось бы, обычные вещи, но раздражают меня невероятно. Не понимаю, откуда эти нервы – спокоен я обычно. Однако стоит лишь подумать о том, что скоро я увижу Ярославу (если это вообще она), так все внутри сворачивается. А в сознании всплывают невинные взгляды ее детей.

Пацанов специально дома оставил – незачем им разочаровываться раньше времени. Сначала я должен сам удостовериться, что нашел ту самую девчонку с фотографии. И посмотреть, в каком она состоянии. От одной мысли, что все может быть плачевно, сердце щемит.

Угораздило же меня так влипнуть, а-а!

– Почему в полицию не сообщили? – чеканю недовольно. – Более того, мои ребята обзванивали приемные покои. Но им не предоставили информацию.

Доктор теряется, резко останавливается, а я вздыхаю обреченно. Хочу скорее увидеть потерпевшую, узнать в ней Ярославу и… убедиться, что она в порядке, насколько это возможно в сложившейся ситуации. Взглядом указываю мужчине вглубь коридора, и он, спохватившись, продолжает шагать дальше.

– Принимали, оказывали помощь, – оправдывается на ходу. – Пытались паспорт найти или контакты родственников. Буквально полчаса назад определили девушку в палату и оформили. Как раз собирались сообщить в полицию, но вдруг объявление по телевизору увидели.

Прищуриваюсь недовольно. Ага, как же! Случайно на телевизор отвлеклись. В новогоднюю-то ночь…