Лесли Вульф – Послание смерти (страница 2)

— Вы члены семьи? — поинтересовалась медсестра.

— Трудовой семьи, — ответил Мичовски, чем вызвал любопытный взгляд Пирсона. — А что? Что-нибудь нужно?

— Она переживает за своего кота. Все время что-то повторяет, но мне не разобрать… это связано с каким-то котом. Может кто-нибудь из вас заехать к ней домой и убедиться, что с ее котом все в порядке? Надеюсь, тогда она сумеет нормально заснуть.

Мичовски озадаченно уставился на Тесс. Как же ему хотелось узнать у нее, чего она хочет! Полиция перевернула в ее квартире, до сих пор считавшейся местом преступления, все вверх дном, он и сам там был. Но никто не упоминал о коте, да и не было там ни мисок, ни кошачьих игрушек.

И тут он кое-что припомнил.

Мичовски достал мобильник и сказал:

— Думаю, я знаю, о чем идет речь.

Набрав «411», Гэри запросил информацию:

— Мне нужен номер гриль-бара «Медиа луна»… или что-то в этом роде. Да, в Палм-Бич. Да, соедините меня, я подожду.

Через несколько секунд Мичовски заговорил вновь:

— Алло… э-э-э… Кот, вы, возможно, захотите узнать, что Тесс находится в больнице… — на мгновение он умолк, потом продолжил: — В больнице при университете Майами, третий этаж, палата три тысячи сто четыре.

Мичовски приготовился к расспросам, но обошлось без них. Это и к лучшему. Детектив был вконец измотан, и облегчение, наступившее после долгих часов напряженного ожидания, лишь усугубило усталость.

— Она еще не скоро проснется. Поезжайте домой, — посоветовала медсестра. — Я позвоню вам, как только она придет в себя.

— Я никуда не уйду, — отрезал Мичовски.

Он плюхнулся в ближайшее кресло, сцепил пальцы, положив их на колени, и сгорбился. Пирсон кивнул и последовал его примеру, оставив между ними свободное место. Фраделла принялся вышагивать вдоль палаты Тесс, иногда поглядывая на противоположную стену, за окно, где шел своим чередом новый день.

Через некоторое время прибыл полицейский в форме, вполголоса поздоровался с Фраделлой и Мичовски и поставил стул возле стеклянной двери. Медсестра нахмурилась, но потом вновь погрузилась в свою работу, и недовольная гримаса исчезла с ее лица.

Медленно прошло еще несколько часов. А потом пронзительно заверещал телефон, вызывая даже у посторонних людей в коридоре молчаливое неодобрение. Мичовски торопливо ответил, одновременно рассыпая виноватые улыбки направо и налево. Через минуту он встал.

— Фраделла, мне нужно идти. Обнаружили Лизу Траск, пропавшую на той неделе. Она минимум сутки как мертва. Ты оставайся здесь, я поеду один. Позвони мне, как только Тесс очнется.

— Понял. Где нашли тело?

— Ты не поверишь… у Трасков в саду.

Мичовски кивком попрощался с Пирсоном и поспешил на выход. Он не заметил, как старший специальный агент изменился в лице, услышав, где именно обнаружен труп.

3. Место преступления

До места преступления Мичовски добирался почти час. Движение было довольно интенсивным, хотя зимой в южной Флориде темнеет рано.

Зима во Флориде — что за парадокс заложен в этой фразе! Ничего зимнего на самом деле не происходит, если не считать более коротких дней и более длинных ночей, приятной погоды и наплыва туристов, благодаря которым на протяжении нескольких месяцев все шоссе стоят в пробках.

Когда детектив доехал до пункта назначения, улица уже была ярко освещена мигалками машин экстренных служб, а территорию вокруг дома Трасков огородили желтой лентой. Соседи, сбившись в кучки, болтали без умолку. С их лиц не сходило выражение озабоченности и любопытства. Ничто так не будоражит тихие загородные предместья, как найденное в чьем-нибудь саду мертвое тело.

Мичовски разглядел микроавтобус отдела судмедэкспертизы и, радуясь, что не придется дожидаться приезда коронера, доктора Риццы, пробормотал:

— Отлично…

Предъявив жетон молодому полицейскому, сдерживавшему напор зевак, детектив понаблюдал за криминалистами, сновавшими от своего микроавтобуса к трупу и обратно, и вошел в сад.

Здесь все было залито светом нескольких переносных галогеновых прожекторов. Мичовски зашагал в дальний угол сада, где эксперты выкорчевали фрагмент разделяющей участки живой изгороди, чтобы обеспечить доступ к телу.

Мертвая женщина лежала на земле, словно ожидая кого-то. Прекрасное лицо, умиротворенное и неподвижное, покоилось на согнутой правой руке, расслабленная левая касалась травы, ноги были выпрямлены и скрещены в лодыжках. Тело слегка прикрывали длинные роскошные волосы, которые колыхал вечерний ветерок. Глаза погибшей были полузакрыты, на губах застыла полуулыбка, словно женщина приветствовала невидимого любовника. Несмотря на синеватый оттенок кожи, из-за своей позы она казалась почти живой.

— Как живая, не правда ли? — произнес доктор Рицца, дотронувшись до плеча Мичовски.

— Ну да, пожалуй, — согласился тот. — Прямо будто она…

— Лежит в постели в ожидании любовника? — закончил Рицца. В его голосе послышалась печаль.

— Пожалуй, — повторил Мичовски и провел рукой по затылку. — Есть предварительные заключения?

— Кое-что есть, — ответил Рицца, давая подчиненным команду готовить мешок и носилки для трупа. — Мертва примерно тридцать часов. Предварительная причина смерти — удушение. Видишь точечные кровоизлияния тут и тут, вокруг глаз?

— Ага, — кивнул Мичовски. — Что он использовал?

— Похоже, веревку. В ссадинах у нее на шее я обнаружил волокна. Проведу тест на остаточные частицы и ДНК.

Детектив сделал несколько пометок в блокноте.

— Пришлю полицейских, чтобы поискали эту веревку. Вдруг нам повезет… На помойке, в кустах. — Он негромко прочистил горло. — Док, ее насиловали?

— Придется подождать результатов вскрытия, но, если делать предположения, я бы сказал, что да.

У Мичовски брови взлетели вверх. Доктор Рицца весьма редко высказывал какие-либо предположения и чрезвычайно гордился своим сугубо научным подходом к фактам. «Наблюдения, а не домыслы», — любил повторять он.

— Видишь следы от завязок на лодыжках? — Рицца присел около жертвы и указал на ее ступни. — Ссадины более выражены на внутренней стороне голеней и на ахилловых сухожилиях. Это означает, что связывали ноги, разведенные в стороны. Подобные следы характерны для жертв изнасилований. Через пару часов у меня будет больше информации.

— Вас понял. Спасибо, док.

— Это еще не все, — ответил Рицца, со стоном разгибая спину. — Собственно, убита она была не здесь.

— Я так и подумал, — кивнул Мичовски.

— Ее принесли сюда через несколько часов после смерти. У нее трупные пятна на груди, на внутренней стороне рук, животе и ступнях.

— Ага… что-то не сходится, — пробормотал детектив, больше себе под нос.

— Да нет, сходится, если представить, как ее уложили на стол или на высокую кровать и привязали лодыжки к ножкам, а кисти — спереди, к спинке или краю столешницы. Уже мертвой она пролежала в таком положении еще три или четыре часа, судя по степени цианоза. Там, где тело соприкасалось с опорой, скопилась кровь: в ступнях, руках, груди и в животе. Ту позу, которую мы здесь видим, ей придали до окончательного наступления трупного окоченения.

— То есть вы хотите сказать, ее тут бросили, когда она уже окоченела? Вы уверены?

— Более чем, — вздохнул Рицца и посмотрел на детектива почти оскорбленно. — Нет никаких следов активности насекомых, нет ни песчинок, ни пыли у нее на коже. Она недолго тут пролежала.

— Впечатляет, — произнес Мичовски и посветил фонариком в темноту леса, начинавшегося за участком Трасков. — А что там дальше?

Доктор подозвал ассистента Эй-Джея, который показал карту на экране смартфона. На снимке, сделанном со спутника, синей точкой было отмечено место у края участка, где они стояли.

— Тут ничего нет, лишь полоса леса вплоть до самого шоссе. До дороги не так уж и далеко, по прямой футов сто, — пояснил Эй-Джей. — Догадываюсь, что оттуда он и пришел, а не со стороны улицы.

— Не увлекайся догадками, Эй-Джей, — отечески поворчал Рицца. — Это не наш профиль.

— Простите, док, — понурился ассистент.

— Хотя ты, возможно, прав, — сказал Мичовски. — Если нужно попасть сюда незамеченным, да еще с мертвым телом, то это самый логичный путь. Нельзя же подъехать, припарковать машину и войти в сад по дорожке с сенсорным освещением, да еще на глазах у всех соседей. К тому же было не слишком поздно. Люди еще ездили туда и сюда. — Детектив потянулся. — Я вызову поисковую команду, мы должны прочесать каждый дюйм в этом лесу.

— Но и это еще не все, Гэри, — вмешался доктор Рицца. — Видишь кольцо? Оно ей великовато, вдобавок уже, чем след на пальце. Спросите у мужа, ее ли это кольцо. Я почему-то сомневаюсь. И пока суд да дело, сниму с него отпечатки и исследую на предмет посторонних частиц.

Рицца осторожно снял кольцо и, упаковав его в пакет для вещдоков, запечатал и подписал. Мичовски сделал снимок своим сотовым, и пакетик отправился в контейнер к другим уликам.

Детектив почесал кустистую бровь и провел рукой по короткому ежику волос.

— Но зачем тащить ее сюда, док? Ради чего так рисковать? Она пропала неделю назад, вряд ли ее стали бы тут искать.

Доктор Рицца вздохнул, глаза его погрустнели.

— На этот вопрос у меня нет ответа, Гэри, но я знаю, у кого он есть. Или будет. Если не сегодня, то очень скоро. Фраделла сообщил мне, что Тесс закончили оперировать пару часов назад. Как она? Ты ее видел?