Лесли Веддер – Тайна Улыбающегося кота (страница 55)
Икс шагнула к нему, и они снова обнялись, все втроем. Она старалась насладиться моментом, пока он не оборвался. Отстранившись, Икс утерла последние слезы с лица.
– Я буду каждый Хеллоуин вас навещать.
Папа улыбнулся:
– В следующий раз я расскажу тебе нашу историю. О том, как мы полюбили друг друга.
– Хорошо, – сказала Икс. В горле у нее все еще стоял ком. – Я бы очень хотела ее услышать. И мне столько всего надо будет рассказать тете Таре, когда вернусь…
– Вернешься? Или заедешь в гости? – спросил капитан Кел, поднимая бровь. – Думаю, Орден Света не хотел бы тебя терять.
Икс растерянно на него посмотрела:
– Как? Я думала, меня исключат?
Темпест усмехнулся:
– После того как ты спасла и орден, и Лабиринт? Я расскажу Совету обо всех твоих храбрых поступках. Приукрашу немного, если потребуется. К концу моей великой повести они будут умолять тебя остаться!
Капитан Кел со значением посмотрел на Икс:
– Иными словами, ты можешь вернуться, если захочешь.
– Возвращайся обязательно! – попросил Олли с сияющей улыбкой. – Я ведь еще даже обнять тебя не могу как следует!
– Меня не заставляй тебя упрашивать, – сказала Морриган, отбрасывая волосы за спину. – Я это плохо умею.
Глаза Икс снова защипало от слез, но теперь она плакала от счастья.
Она подумала о своей жизни в Оплоте ордена. О гремящих в рамах картинах. О Платочке под кроватью. О бессчетных кошках. О своих друзьях, об уроках и учителях, особенно о профессоре Сване с его доброй улыбкой и мятыми свитерами. Обо всех уголках крепости, о тех, кто ее населял, людях и Кошмарах, о тех, кого она полюбила всем сердцем. Обо всем, чего ей будет ужасно не хватать, если она вернется в Тускловилль.
Икс хотела остаться в ордене и сделать его лучше. Чтобы в первую очередь Солдаты Света старались не развеять Кошмара, а понять его. Чтобы люди и Кошмары могли жить в мире.
А главное – Икс не хотела ни о чем сожалеть.
– Я вернусь в орден, – сказала она.
Икс Таттерфол в последний раз взглянула на родителей и пошла за своими друзьями к выходу из Лабиринта. Морриган взяла ее за руку, и Темпест притянул их всех в неуклюжие объятия; даже раненого капитана Кела, который болезненно закряхтел. Олли смеялся и вился вокруг них, переливаясь светом.
В груди Икс расцвело прекрасное чувство. Теплое и сильное.
Чувство того, что здесь она своя.
Эпилог
Оплот ордена мерцал под снегом в канун Фестиваля Солнцестояния.
С тех пор как все вернулись из Лабиринта, прошло полтора месяца. Совет разрешил Икс остаться в Академии, но не раскрывать другим, что она – дочь одной из Скорбей. Так что у нее снова появился секрет.
– Извините, пожалуйста! – выпалила Икс, забегая в бальный зал. Платочек держался за одну из ее косичек, чтобы не упасть. – Я застряла за дверью на втором этаже!
– Серьезно? – спросила Морриган, которая украшала дождиком перила. – Поэтому у тебя свитер весь в рыжей кошачьей шерсти?
Икс виновато улыбнулась:
– Ладно, я забежала под лестницу до того, как застряла за той дверью. Но котята Арахисовой Пасты такие миленькие! Как пушистые картошечки.
Морриган усмехнулась:
– Так и знала. Ну, иди сюда скорее. Профессор Сван занял нам место у елки.
Икс пошла за ней, осматриваясь по дороге. В зале все сверкало: украшения, люстры, даже люди. Кошки отлично проводили время: играли с дождиком, лазали по елям, растягивались на полу, мешаясь всем под ногами.
По традиции Ордена Света в канун Фестиваля Солнцестояния полагалось надеть что-нибудь блестящее. Икс заплела серебряные ленты в косы, а темно-синяя блузка Морриган мерцала звездами. Все оделись в блестки и серебро – все, кроме капитана Кела, который пришел в своем обычном капитанском плаще. Но профессор Сван уже тянулся накинуть ему на шею сияющий шарф. Олли широко улыбался и махал Морриган с Икс, и Темпест приобнимал его за плечи.
В середине зала стояла громадная ель. Ее темные лапы сверкали сотнями огоньков Светлосна в стеклянных шарах. Инструктор Кейденс сказала, что из года в год все Солдаты Света делали по фонарику – даже Полыхатели, которые путешествовали по всему королевству, заходя в самые дальние его уголки, отправляли в Оплот свой шарик, чтобы все огни ордена горели вместе. Это был символ их преданности королевству Спинар – ярчайшее пламя в темнейшую ночь в году.
Родственников Солдат Света тоже пригласили на празднование. Всю неделю в крепость съезжались гости в предвкушении Фестиваля. Даже тетя Тара обещала приехать!
– Икс, вот и ты! – крикнул профессор Сван, заметив их с Морриган в толпе, и поднял руку с чашкой, расписанной листьями остролиста. – Вот, попробуй! Мятно-огуречный чай. Любопытное сочетание!
Олли отчаянно жестикулировал у профессора за спиной и делал вид, будто его тошнит.
От чая Икс спасла шумиха в другой части зала. Беатрикс открыла коробку, зараженную Крутосмешками – крошечными бабочками с полупрозрачными крыльями, похожими на легкую паутинку. Они вызывали безудержные приступы хохота, и теперь Беатрикс вместе с другими Новичками смеялась до колик в животе. Валери пыталась задержать дыхание – это был проверенный способ борьбы с Крутосмешками. Но остальные только пуще хохотали, глядя на ее надутые щеки.
Инструктор Кейденс встревоженно на них смотрела, но капитан Росси только усмехнулся.
– Оставь их, Джулия. Пусть повеселятся, – сказал он и бодро хлопнул ее по спине.
Икс перевела взгляд на другую часть зала. Вице-капитан Вайсгард пытался догнать Беллу, которая носилась туда-сюда с гирляндой праздничных фонариков в зубах. Тайриз Валериан приобнимал свою дочь Торрент за плечи, чокаясь бокалами с другими капитанами. Фэллона Винтерса нигде не было видно, но все остальные собрались на празднование.
Икс стояла в сияющем зале в окружении Солдат Света, и в груди у нее нарастало приятное чувство, теплое и сладкое, как лимонад-шипучка.
Она заметила, как Морриган на нее смотрит, и спросила:
– Что такое? Я опять жутко улыбаюсь?
– Нет, не жутко, – ответила Морриган и пощекотала Платочка у нее на плече.
– Вот наши фонари! – объявил Олли, подбегая к ним с коробкой, в которой лежали сферы Светлосна.
Улыбка Икс стала еще шире.
– Давайте вместе проведем праздник? Мы же друзья.
Морриган хмыкнула.
– Не друзья, – сказала она. Икс и Олли ошарашенно на нее посмотрели, но тут она добавила: – Это слишком слабо звучит после всего, через что мы вместе прошли. Нет, мы –
– Правда, – согласилась Икс и достала из коробки свой шарик.
Красное пламя фонаря Морриган пылало как пожар. Огонь Олли мерцал нежно-золотым. Свет Икс больше напоминал тоненькую, маленькую свечку; но рядом со сферами Морриган и Олли, в окружении всех огней Светлосна на ели он казался прекрасным.
Той ночью Икс очутилась во сне с мерцающим огнями древом Солнцестояния, увитым туманом из владений Хаоса. Дымки играли со сферами Светлосна и забирались на ветви повыше, вглубь дерева.
– Полностью одобряю, – сказал кто-то.
Икс обернулась и увидела, как Улыбающийся кот заходит в ее сон, лениво переступая с лапы на лапу.
– Улыбок! – воскликнула Икс. Они еще не виделись после тех событий в Лабиринте, и она даже гадала, встретит ли его снова. – Я не знала, будешь ты меня теперь навещать или нет…
– Смерть следит за тем, чтобы мы восстанавливали баланс в Лабиринте. Разбирали души, накопившиеся за то время, что ее Дверь была закрыта. Убирали разросшиеся сорняки. Теперь все стало так гладко, размеренно… можно сказать, воцарился
Икс представила Скорбей, трудящихся в платочках, как фермеры, выдирающих сорняки и загоняющих души во владения Смерти под ее строгим надзором. Она подавила смешок.
– Вот ты смеешься, а Ярость взрывается всякий раз, когда что-то идет не так, Паника вечно убегает, у Алчности есть дурная привычка сваливать работу на других, а Тоска… Что ж, дело она сделает, но жаловаться будет
– А ты, Улыбок?
– Я? – переспросил кот, невинно моргая. – Подаю блестящий пример другим. Даже помогаю им иногда полезными советами.
Икс догадывалась, что это значит на самом деле. Наверное, он над ними подшучивал и стравливал их вместе.
– Последнее слово за Смертью, как всегда, – добавил Хаос. – Во всем. Когда твоя мать заносит свой молот – хотя тут правильнее будет сказать косу, – все ей повинуются.
Икс рассмеялась от теплого чувства при мысли о маме и папе. Ей еще было больно оттого, что родители остались в Лабиринте, но приятно знать, что, по крайней мере, они снова вместе.
Сейчас ей хотелось еще кое-что спросить у Хаоса. Она посмотрела ему прямо в аметистовые глаза: