Лесли Веддер – Костяное веретено (страница 56)

— Вот спасибо. — Зачем ей такие образы, и без того подташнивало.

Шиповник снова повеселел.

— Вообще-то я хотел сделать комплимент. Украшенная боевыми шрамами спасительница Андара — какая великолепная история! Преодолей ты весь путь без единой царапины, чем бы потом хвастала?

— Пусть хвастает Шейн, у нее прекрасно получится.

Они прошли в тени белых башен так близко, что при взгляде на них у Фи закружилась голова. Легкий ветерок трепал ее волосы, и она поежилась, радуясь тому, что палящее солнце уже их высушило. Путешественники пробирались мимо заросших садов и увитых плющом каретных навесов. Она с удивлением оглядела вымощенный каменными плитами большой двор, где смогла бы разместиться сотня карет. Вокруг лежали обломки свергнутых с пьедесталов статуй трех Великих ведьм. По безмятежному лицу Камелии пробежала трещина.

Большие изогнутые ступени вели к главной двери. Когда они достигли вершины, Фи поняла, что странная дымка, окутавшая замок, на самом деле была слоями паутины, как в лесу. Гигантские пауки свили гнезда по всей безмолвной твердыне, накрыв ее, словно саваном. С карниза над двустворчатой дверью свисала прозрачная вуаль из тысячи крошечных нитей, сотканных пауками более привычного размера.

— Теперь понимаю, почему Андар прогнал ту ведьму, — пробормотала Шейн, щупая одну из гигантских веревок. — Не слишком липкая, значит, по крайней мере, не свежая.

Резкое карканье заставило Фи подпрыгнуть. Ворона низко пролетела над их головами и уселась на тонком дереве за спиной. Филоре подавила дрожь, глядя на существо, которое нетерпеливо перепрыгивало с ноги на ногу.

Пряха наверняка знала, что они здесь, но до сих пор ничего не предприняла. Фи не понимала почему. Стало не по себе. Она будто упускала что-то важное. Не слишком ли просто все получается или Фи себя накручивает?

— А мне никто не поможет? — позвала Шейн.

Филоре отвернулась от вороны и присоединилась к подруге. Вместе они содрали паутину, что закрывала дверь в замок. Белые нити были грубыми и липкими, а по рукам побежали маленькие коричневые пауки. Фи почувствовала, как один ползет вверх по подбородку, и едва успела сжать губы, пока наглец не залез ей в рот. Она мотнула головой и раздавила насекомое о плечо. Даже принцу было не слишком приятно наблюдать, как пауки снуют сквозь его бесплотное тело.

Разбрасывая тварей в стороны, Шейн издала звук отвращения.

— Это худшее, что с нами случалось!

— Все познается в сравнении, — усмехнулась Фи, смахивая особенно недружелюбного паука с шеи напарницы.

Шейн ткнула в принца облепленным паутиной пальцем.

— Очень надеюсь, внутри дела обстоят получше!

Затем она ухватилась за одну железную ручку, Фи — за другую, вдвоем они распахнули двери и вошли в замок.

Глава 30. Шейн

Твердыня Андара полностью отвечала своей репутации. Она значительно превосходила размерами коренастые квадратные замки островов Несокрушимых. Те в первую очередь были крепостями — с толстыми стенами и узкими бойницами. А вот Андар построили, чтобы производить впечатление. Он был восхитителен, начиная от высоких окон, заканчивая насыщенно-синими вымпелами на стенах.

Шейн прищурилась, разглядывая расписанный золотом потолок. Фи тихонько ахнула, медленно кружась в попытках увидеть все и сразу. Звук тысячекратным эхом разлетелся по похожему на пещеру холлу.

Ряд арочных окон с витражами отбрасывал цветные блики на лестницу, ведущую в сердце замка. Из золотой рамы на них смотрело изображение голубоглазой женщины с длинными светлыми волосами и в короне из роз. Шейн и без подсказки поняла, кто это.

Даже она слышала об Авроре Розоцвет, первой королеве-ведьме Андара, хотя, по правде, больше интересовалась гигантским рубином из ее венца.

К счастью, после всех выпавших на их долю злоключений, теперь вокруг не было ни паутины, ни крысиных гнезд, ни пылинки. Это место казалось нереальным, как замок из сна. Шейн потерла глаза, борясь с волной усталости. Битва в Терновом лесу серьезно ее вымотала — а может, доконала река, что швыряла северянку как тряпичную куклу. Или все эти пауки.

Шейн передернуло от одного воспоминания.

Принц уже стоял у подножия лестницы. Сейчас он выглядел осязаемым как никогда и явно радовался происходящему. Шиповник поманил их:

— Башня там. Идите за мной.

Принц повел спутниц по лабиринту коридоров, под резными арками и мимо бархатных занавесей, совершенно не тронутых временем.

Фи распахнутыми глазами смотрела вокруг, восхищаясь каждым гобеленом, суповой ложкой и дверной ручкой. Шейн же просто старалась не отставать. Ребра болезненно пульсировали. Поначалу она еще держалась, но теперь едва переставляла ноги.

Вероятно, именно поэтому наемница чуть не споткнулась о спящего мужчину на пороге зала. Он был одет в синюю ливрею гвардейца и шляпу с пером. В руке охранник сжимал рукоять меча. Шейн выругалась и с трудом устояла, отступив к колонне и чуть не сшибив вазу из синего стекла.

— Ты в порядке? — озабоченно спросила Фи, поправляя бесценный антиквариат.

— Да, — ответила Шейн. — Просто не уследила за чужими ногами.

Прежде чем двинуться дальше, она еще раз глянула на охранника. Он не походил на труп, скорее на человека, который хорошенько погулял в таверне и задремал на посту. Грудь стража мерно вздымалась. Меч все еще был отполирован и заточен. Люди в замке не просто уснули — они застыли во времени, годы прошли, не оставив на них следа.

Шейн встряхнулась, сдерживая зевоту. Фи и Шиповник снова ушли дальше, в самый конец коридора. Принц шагал спиной вперед и обещал показать напарнице все: сады, бальный зал и особенно библиотеку. При других обстоятельствах Шейн потребовала бы добавить в этот список сокровищницу, но теперь едва могла держать глаза открытыми. Она понимала, почему Шиповник совсем не устал — строго говоря, он сейчас спал, — но почему Фи перенесла путешествие по реке куда легче?

По мере приближения к башне им попадалось все больше и больше людей: стражники, которые спали, опираясь на копья; мужчины и женщины в роскошных придворных нарядах, судомойка с милым лицом, дремлющая у колонны с подносом в руках. Шиповник обогнул их, даже не удостоив взглядом.

Шейн была крепким орешком. Она заставляла себя двигаться, шла практически вслепую и просыпалась всякий раз, как натыкалась на углы. Но когда они достигли основания башни, северянка бросила взгляд на длинную винтовую лестницу и поняла, что до вершины ей не добраться. Ее взгляд остановился на фигуре седой женщины, спящей под окном, свесив голову на грудь. Старушка выглядела мирной и безмятежной.

— Нам наверх, — сказал Шиповник. Его шаги звучали где-то очень далеко.

Шейн вложила в последний шаг все силы, затем у нее подогнулись колени, и она упала, прислонившись спиной к стене. Северянка с облегчением прижалась щекой к прохладному камню.

— Шейн! Шейн, вставай!

Фи звала ее, настойчиво трясла за плечи, но Шейн совершенно вымоталась, и никакие уговоры не могли прогнать черную пелену, которая заволакивала взгляд.

— Извини, партнер. Думаю, дальше тебе придется идти без меня, — пробормотала наемница, наслаждаясь тем, как легко было закрыть глаза. Встревоженное лицо Фи поплыло и исчезло.

Напоследок мелькнула мысль, что, наверное, это все-таки ненормально, и может, стоило подумать дважды, прежде чем лезть в замок, окутанный заклятием беспробудного сна.

Глава 31. Фи

Перескакивая через ступеньки, Фи бежала по винтовой лестнице белой башни. В ушах звенели слова Шиповника: «Это все проклятие». Чары вечного сна завладели Шейн, и существовал лишь один способ ее разбудить.

Укол от веретена начал гореть, Фи будто тащило вперед невидимой нитью. Она буквально летела по ступеням и приостановилась лишь у самой вершины. Вокруг дверного проема мерцали розы, а сердце колотилось в груди.

Филоре так переживала за подругу, что даже позабыла, что ждет ее в этой башне, вернее, кто.

Дверь со скрипом распахнулась, и Фи вошла в комнату, которую столько раз видела во сне. Только теперь все было взаправду. Повсюду тянулись плети роз, они пологом завешивали сводчатое окно и взбирались по белым стенам. В углу стоял крошечный письменный стол, вокруг деревянных ножек которого вились яркие красные бутоны. Аромат цветов висел в воздухе, будто здесь только что прошел дождь. Фи повернулась к кровати. Тонкий балдахин зацепился за шипы, и сквозь щели ткани виднелась фигура, лежавшая на белых простынях. Та же самая фигура, которая стояла рядом с ней.

Принц Шиповник Розоцвет растянулся на кровати в своем бархатном плаще, не сложив руки на груди, а мирно подперев щеку, словно просто задремал. Его золотые волосы разметались по подушке.

Щеки были не бледными, а розовыми и живыми, грудь спокойно вздымалась. Фи замерла, глядя на спящего принца Андара. Если она коснется его, он не рассеется, как порой случалось с Шиповником, который то появлялся, то исчезал из ее жизни.

Филоре повернулась посмотреть на парня, которого успела узнать, но принц уже двинулся к ложу; бархатный плащ развевался за его плечами. Фи последовала за ним немного медленнее, ей пришлось отодвигать слегка покачивающиеся занавески, сквозь которые прошел Шиповник.

Все вело к этой минуте, однако Фи вдруг поняла, что не готова. Спящая фигура не шевелилась.