Лесана Мун – Попаданка с бидоном, или семеро приютских и серый дракон (страница 45)
Я закрыла глаза. И провалилась в сон. Снег. Бескрайний, белый. Я стою посреди пустоши, ветер треплет волосы. И он едет ко мне. На белом коне, в окружении волков. Белые волосы развеваются, глаза цвета льда смотрят прямо в душу.
Он остановился в нескольких шагах. Спрыгнул с коня. Пошел ко мне. Я не могла двигаться. Будто корнями вросла в мерзлую землю. Он подошел вплотную. Протянул руку, коснулся моей щеки. Пальцы холодные. Нет - ледяные.
- Наконец-то, – прошептал он. Голос низкий, бархатный. – Ты идешь ко мне.
- Кто ты? – выдавила я. - Зачем меня зовешь?
Он усмехнулся.
- Потому что ты мне нужна, – его рука скользнула к моему горлу, но не сжалась. Просто лежала там, обещанием. – Ты станешь частью меня. А я – твоей частью.
- Никогда, – я попыталась отстраниться, но не смогла.
Он рассмеялся. Звук был красивый и жуткий одновременно. Я проснулась с бешено бьющимся сердцем. За окном уже светало. Вой волков стих. Они ушли, выполнив свою задачу. Передав послание.
Глава 49
Утро выдалось морозным и ясным. Волки исчезли, будто их и не было. Только следы на снегу напоминали о ночных гостях. Мы собрались быстро. Поздравили Сину с днем рождения, угостились пирогом. Староста продал нам крытые сани – добротные, с высокими бортами и натянутым куском какой-то плотной, чем-то пропитанной ткани сверху. Внутри можно было сидеть, не боясь ветра.
Грэй расплатился, и мы погрузились. Дети устроились внутри саней, укрывшись меховыми одеялами. Эвир сел на козлы, взял вожжи. Грэй и Браун - по бокам, на запятках. Я тоже забралась внутрь, села рядом с Синой.
Сани тронулись. Полозья заскользили по снегу с тихим шорохом. Деревня осталась позади. Впереди - бескрайняя белая равнина. Зов пульсировал внутри меня, становясь все сильнее. Тянул вперед, не давал покоя. Еще день, может два - и я найду ее, мою седьмую.
Мы ехали весь день. Останавливались только чтобы дать лошадям передохнуть. Ели на ходу - сухой хлеб, вяленое мясо, запивали водой из фляг. Дети по большей части дремали. Ром свернулся калачиком под одеялом. Сина прижалась ко мне, положив голову на плечо. Я гладила ее по волосам и смотрела в белую пустоту, пролетающую мимо.
К вечеру показалась деревня. Меньше предыдущей, всего с десяток домов. Частокол обветшалый, кое-где проломленный. У ворот нас встретил мужчина. Молодой, но лицо изможденное, глаза тусклые.
- Чего надо? - спросил он без всякого выражения.
- Ночлег, - коротко ответил Грэй. - Заплатим.
Мужчина посмотрел на нас долгим взглядом.
- Постоялого двора нет. Можете взять старый дом Ивара. Он умер две зимы назад, дом пустует. На окраине, последний слева.
- Сколько? - Грэй достал кошелек.
- Ничего не надо, - мужчина махнул рукой. - Берите, если хотите. Нам он не нужен.
Странно. Но я промолчала. Мы проехали в деревню. Люди выглядывали из окон, смотрели на нас пустыми глазами. Никто не вышел, не поздоровался. Дом оказался небольшим, покосившимся. Но крыша целая, стены крепкие. Внутри пахло затхлостью и пылью.
- Ничего, - с оптимизмом сообщил Браун. - Видел и похуже. Разведем огонь, прогреем - будет нормально.
Мы принялись обустраиваться. Эвир с Ромом пошли за дровами. Грэй и Браун проверили печь. Я с Синой начала выметать пыль и раскладывать спальные места. К ночи дом прогрелся. Стало почти уютно.
Браун приготовил ужин - густую кашу с мясом. Ели молча, каждый думал о своем. Грэй был напряжен. Я видела, как сжимаются его челюсти, как темнеют глаза. Он злился. Ясное дело, что на меня.
После ужина все разошлись по комнатам. Дети - в одну, Браун и Эвир - в другую. Я осталась на кухне, убирала посуду. Дверь скрипнула, вошел Грэй. Закрыл за собой, прислонился к косяку.
- Нам нужно поговорить.
Поставила миску, повернулась к нему.
- О чем?
- О том, что ты от меня скрываешь, - он шагнул ближе. - О том, что не доверяешь мне.
- Раэль, я...
- Ты видела его во снах, - перебил. - Этого Князя. Несколько раз. И молчала. Почему?
- Я не знала, что это важно! Я думала – это обычный кошмар!
- Не знала? - он усмехнулся горько. - Или просто не считала нужным мне рассказать?
- Это не так!
- Тогда что? – он подошел вплотную, взял меня за плечи. - Почему ты все время отстраняешься? Я люблю тебя, Барбара. Не скрывал этого. А ты... ты будто за стеной. Не пускаешь меня близко. Чуть только появляется возможность – утекаешь из рук, как вода.
Посмотрела в его серые глаза. Увидела там боль, обиду.
- Я так привыкла все делать сама, ни на кого не полагаясь. Теперь боюсь, - прошептала. – Боюсь довериться. Боюсь, что потеряю тебя.
Он притянул меня к себе. Крепко, почти болезненно.
– Я никуда не денусь, – прошептал он в мои волосы. – Слышишь? Я останусь. Что бы ни случилось.
Подняла голову. Наши губы были в паре сантиметров друг от друга. И он поцеловал меня. Не мягко, как раньше. Жестко, требовательно, отчаянно. Будто доказывая что-то - мне или себе.
Я ответила с той же силой. Вцепилась в его рубашку, притянула ближе. Все страхи, весь ужас последних дней вылился в этот поцелуй. Я чувствовала каждый сантиметр его тела, прижатого ко мне, и это ощущалось очень волнующим и правильным.
Я задохнулась. Оторвалась, хватая ртом воздух.
- Раэль...
- Скажи мне остановиться, - его дыхание было рваным, голос хриплым. - Скажи, и я уйду.
Я посмотрела ему в глаза. В его серые, потемневшие от желания. И поняла - не хочу, чтобы он уходил. Не сейчас. Не когда завтра может все измениться. У нас есть только сегодня, только этот момент.
- Не останавливайся, – прошептала.
Он застонал и снова поцеловал меня. Яростно, голодно. Руки расстегивали пуговицы, стягивали одежду. Холодный воздух коснулся кожи, я вздрогнула, но он прижал меня теснее, делясь теплом.
Раэль поднял меня, усадил на край стола, застеленный его рубашкой. Встал между ног, прижался всем телом. Я ахнула от неожиданности, от близости, от того, как мое тело откликалось на его прикосновения. Обвила его шею руками, притянула к себе, поцеловала. Нужно было чувствовать его, держаться за него - единственное, что было реальным в этом безумном мире.
Пахло дымом от печи, его кожей - терпким, мужским запахом с нотками чего-то хвойного. Вдыхала, пьянела. Его губы скользнули по шее, плечу. Я запрокинула голову, тихо застонала. Все тело дрожало и льнуло к мужским рукам и губам.
А Раэль все продолжал и продолжал. Медленно, осторожно, целуя каждый вздох, каждый всхлип. Поднимая меня все выше и выше. Он двигался медленно, осторожно. Шептал мое имя снова и снова, как молитву. Целовал в волосы, в висок, в уголок губ. И в каждом прикосновении была нежность, забота, любовь. На самом пике я внезапно ясно и безо всяких заморочек поняла, что люблю этого мужчину. Люблю и хочу с ним прожить свою жизнь здесь, в этом новом мире.
Постепенно наше дыхание выровнялось. Мир начал возвращаться - треск дров в печи, скрип половиц где-то в другой комнате.
Раэль поцеловал меня в макушку, бережно помог спуститься со стола. Я пошатнулась. Ноги не слушались, все тело гудело. Он подхватил меня, усадил на лавку. Присел рядом, обнял.
- Все хорошо? – спросил тихо, глядя на меня с беспокойством.
Я кивнула, прижавшись к его плечу. Чувствовала себя странно - обнаженной, уязвимой, но при этом защищенной.
- Да. Очень хорошо.
Он улыбнулся. Настоящей, теплой улыбкой. Поцеловал меня в висок, потом в губы - мягко, нежно.
- Я люблю тебя, - прошептал он. – Знаешь об этом?
- Знаю, - я провела пальцами по его щеке. – И я... я тоже тебя люблю.
Впервые сказала это вслух. Мы сидели так, молча. Просто обнимая друг друга в тишине чужого дома на краю мира. И впервые за долгое время я чувствовала себя по-настоящему в безопасности.
Защищенной. Любимой. Нужной.
Глава 50
Ужин принесли, как и обещали. Жареное мясо, овощи, свежий хлеб, какой-то горячий напиток с травами. Все выглядело и пахло аппетитно, но есть никто особо не хотел. Мы сидели все вместе. Грэй с Брауном вполголоса обсуждали план побега, если что-то пойдет не так. Эвир молча жевал хлеб, глядя в окно. Ром ковырялся в тарелке. Сина вообще не притронулась к еде, просто сидела, обхватив колени руками.
Я пыталась есть, но каждый кусок застревал в горле. Седьмой ребенок был так близко. Я чувствовала его - будто тонкая нить связывала нас, натягивалась, вибрировала. Еще немного, и я найду девочку. Но что потом? Князь просто отдаст мне ребенка? Или это действительно ловушка, и завтра мы все умрем?