Лесана Мун – Попаданка с бидоном, или семеро приютских и серый дракон (страница 18)

Я расплакалась. На мгновение даже стыдно стало за свои сопли. А потом подумала – а пошло оно все! Я счастлива и рада, что вернулась, и очень скучала. Так что слезы – это нормально.

А когда первые реакции схлынули, я всех перезнакомила. Вполне ожидаемо, от коровы дети пришли в восторг и тут же взяли над ней шефство, распределили кто и что будет делать. Вик, как ни странно, согласился убирать за животным. И по его хитрому виду, я поняла – у этого паренька даже на коровью лепешку есть планы по превращению ее в золото.

Ром взялся за заготовку сена для животного, а молоко… ну с молоком у Дорис не очень, как выяснилось. Но мы решили, что будем ее держать в качестве домашнего любимца, все равно нам молоко дает бидон. Причем, пока жидкость находится в волшебном сосуде, она не портится. Я с бидоном в этот раз болталась по полям почти пятнадцать часов, а молоко в нем – словно только от коровки. Еще даже немного теплое.

Единственное, что меня немного расстраивало в сегодняшнем дне, это Злата, которая отозвала меня и тихо спросила:

- Можно я не буду подходить к Сине?

- Почему? – спросила я. – Она хорошая девочка и, как мне кажется, будет рада подруге.

- Она – огонь. Я ее боюсь. Можно не буду?

Ну и что я должна была ответить? Конечно, я сказала, что Сина ее не обидит, но позволила девочкам жить в разных концах коридора и не настаивала на их общении. Конечно, было видно, что ведьмочка обиделась, я постаралась сгладить ситуацию, уже предвидя, что в будущем мне придется столкнуться с конфликтом, но уж когда будет, тогда и стану решать. А сейчас других забот полно.

Остаток дня мы провели над картошкой. Я показала детям, какой корнеплод можно посадить. Мы даже посадили с десяток кустов. С остальными решили еще немного подождать. Потом я поднялась на чердак, проверила корень. Он хорошо просох, завтра можно будет снимать его вниз и думать над дальнейшим распространением, вид у него теперь вполне товарный.

В общем, спать я повалилась без задних ног. Возможно, из-за усталости всю ночь снились какие-то странные сны, без единого сюжета, просто куски несвязанных смыслом картинок. Снег. Дома с заснеженными крышами. Волки. Плач ребенка. Детская колыбельная. Всадники в мехах на белых, как снег вокруг лошадях. И один из них внезапно остановился, прислушался, а потом резко повернулся в мою сторону, отчего у меня и во сне, и в жизни, почти болезненно забилось сердце. А потом хищно улыбнулся, как зверь, почуявший добычу. И кинулся ко мне.

Я заорала. И проснулась. Долго не могла успокоиться. Сердце дергалось с такой силой, что казалось сейчас проломает ребра и упадет на пол. Даже грудная клетка заболела.

Успокаивалась понемногу. Сначала привычными делами – умыванием, переодеванием, потом готовкой на кухне. Когда дети пришли к завтраку, я уже смогла привести себя в порядок. И тут же ощутила зов. Вздохнула. Устала ужасно. Хоть бы один день…

Впрочем, некогда себя жалеть. Скорее всего, какой-то ребенок опять в беде, а я тут вздумала себя жалеть. Выдав детям долгожданные драники и сметану, сообщила, что опять должна идти. Понятное дело, радости эта новость не вызвала.

- Это опасно? – сразу спросил Ромул.

- Я не знаю, - ответила правдиво. – Бывает по-разному. Но сейчас зов спокойный, почти тихий. Буду надеяться, что опасности нет.

- Я пойду с тобой! – мой защитник тут же встал, но я его остановила.

- Нет! Я должна идти сама. А вы оставайтесь здесь и будьте внимательны.

- Всегда такие, - ответил Виктор.

- И вы молодцы, я горжусь вами. А сейчас – уже пойду. Обещаю вернуться до конца дня.

В общем, с боем, но меня отпустили. Я нарядила свою обычную маскировку – спрятала заплетенные волосы под косынку, спереди привязала «беременный живот». Так и пошла, не забыв билон. И молоток. На всякий случай. В прошлый раз он себя хорошо показал в ближнем бою.

Досадливо поморщилась, когда вышла в поле и поняла, что опять придется идти в ту деревню, откуда я убегала с Синой. Понимала, что это может быть рискованно, но все равно удивилась, когда на первых же воротах увидела собственный портрет в платке и с животом. А внизу надпись «Разыскивается».

А зов упрямо тянул вперед. Пришлось сделать круг и, забежав в чужой двор, быстро освободиться от косынки и подушки. С платьем оказалось все сложнее. Пришлось снять с веревки почти высохшее зеленое платье и быстро на себя натянуть, пока меня не застукали полуголой на чужом дворе. Наряд был на меня узковат, слишком подчеркивал фигуру, но делать нечего, не голой же идти.

Выскакивала за ворота с колотящимся сердцем, с такими новостями можно и сердечный приступ получить. Интересно, кто и зачем подал меня в розыск? Грэй? Сообщники директрисы того родильного дома?

Пока у меня есть только вопросы. Решила максимально быстро идти на зов, сделать все, что нужно и в таком же темпе бежать отсюда, чтобы сверкали пятки. Авось, все обойдется.

На том и порешила. Уверенной и быстрой походкой пошла в нужном направлении и-и-и-и… столкнулась нос к носу с серым драконом. Ищейка кинул на меня быстрый взгляд, потом всмотрелся более пристально, а в следующее мгновение глубоко вдохнул воздух и застыл.

- Стой! Мы знакомы? Я тебя знаю!

Опачки! Кажется, пора бежать.

Глава 24

И я, подхватив подол, рванула по узким улочкам. В какой-то момент, когда я уже едва не задыхалась, подумала, что мне удалось оторваться от преследования. И именно в этот момент меня перехватила сильная мужская рука, крепко обхватив за талию.

Попыталась вырваться, ткань угрожающе затрещала. И тогда я смирилась. Ведь даже если смогу выскользнуть, не исключено, что платье останется в руках настырного дракона. И бегая по городу голышом я, быть может, и скроюсь от ищейки, но наверняка прибегу к каким-то более крупным неприятностям. В общем, здравый смысл победил, и я прекратила вырываться.

- Зачем вообще дергалась? – спросил дракон, даже не запыхавшись.

Я же дышала так, словно бегом бежала на седьмой этаж.

- Испугалась. Вы так неожиданно выскочили. Решила, что пристаете, - соврала, даже не моргнув глазом.

Ищейка от удивления расслабил руки, и я смогла чуть отодвинуться от твердого мужского тела.

- Отпустите меня уже, это неприлично.

- А ты не сбежишь?

- Все равно ведь догоните. Нет, не сбегу. Что вам вообще от меня надо?

Поправила плохо сидящее платье, успела перехватить горячий мужской взгляд в свое декольте. Еще бы, узкая одежда сдавила грудную клетку так, что некоторые части моего тела решили, будто очень хотят свободы и вылезли, как тесто из миски. И заправить грудь так, чтобы не привлекать еще больше внимания, возможности нет. Ладно… уже как есть. Пусть пялиться, лишь бы руки не распускал.

- А муж не против, что ты в таком вот виде по улице ходишь?

Это что нотки недовольства? Офанарел что ли, чешуйчатый?

- Не против. Ему даже нравится, - ответила.

Ага, получил по любопытному носу! Дракон сразу как-то приувял, но уходить не спешил.

- А живот твой где? Родила уже?

- Родила.

- Кого? – спросил.

- Девочку. Еще вопросы?

- Что ты такая злая?

- Я? Неправда. Я - добрая, но сейчас спешу, а вы меня задерживаете.

- А давай вместе пойдем, по дороге и поговорим.

Ну вот что с ним делать? Пришлось идти. Рядом с ищейкой зов стал звучать тише, но не прекращался. Это сложно – разговаривать с мужчиной и в то же время прислушиваться, куда нужно идти.

- А давно ты замужем?

- Давно.

- По любви вышла? – прицепился с вопросами ищейка.

- Ага, - ответила односложно, проигнорировав все более хмурый вид лорда Грэя.

- А детей у тебя сколько?

- Четверо, - брякнула, не подумав. Потом прикусила язык, да поздно уже.

- Четверо?! – бедный дракон даже с лица спал. – Ты не похожа на женщину, у которой четверо детей.

- А ты не похож на мужчину, который лезет со странными вопросами к посторонней женщине. И тем не менее, - красноречиво посмотрела на идущего рядом лорда.

- Ты за словом в карман не лезешь, да?

- Нет у меня карманов в этом платье, - ответила, показав на чужую одежду.

- Да, я заметил, что у него катастрофическая нехватка ткани.

- А мог бы сделать вид, что все в порядке.

- Мог бы. Но хотел, чтобы ты знала – мой вид сверху очень воодушевляет.