Леса Ран – Свекор и его друзья. Сдаться, чтобы победить (страница 2)

— Я не ушла, — сказала она.

— Я знаю.

— Это ничего не значит.

Андрей шагнул ближе. Она почувствовала его запах — дерево, мужской, тяжёлый.

— Это значит всё, — сказал он. — Ты здесь. Не у мужа на диване. Здесь.

Он сел на кровать рядом. Она не отодвинулась.

— Чего вы хотите? — спросила Вера.

— Тебя.

— Я не вещь.

— Я знаю. Вещи не выбирают. А ты выберешь.

Родион и Клим остались у двери. Вера их не видела, но чувствовала. Двое, которые ждали.

— Ты сильная, — сказал Андрей. — И мы это знаем. Но ты устала. Не от работы, не от карьеры. От того, что всё тащишь одна. От мужа, который даже не замечает, что ты рядом. От дома, где ты всем нужна, но никто не нужен тебе.

Вера молчала. Пальцы сжали край простыни.

— Мы не предлагаем тебе лёгкой жизни, — продолжал Андрей. — Мы предлагаем тебе то, чего ты не пробовала. Быть не сверху. Быть между.

Он взял её за руку. Пальцы его были сухими, тёплыми. Она не отдёрнула.

— Я не сломаюсь, — сказала она.

— Я и не хочу тебя ломать. Я хочу, чтобы ты перестала держать себя в кулаке. Хотя бы на одну ночь.

Она смотрела в темноту, туда, где у двери стояли двое. Не видела лиц, но знала, что они смотрят.

— Что потом? — спросила она.

— Потом ты сама решишь.

Вера молчала долго. Потом разжала пальцы, выпустила простыню.

Андрей потянул её за руку, разворачивая к себе. Его ладонь легла на её затылок, пальцы зарылись в волосы. Она не сопротивлялась. Смотрела ему в глаза, хотя в темноте почти ничего не видела.

Он наклонился, поцеловал. Жестко, требовательно. Она отвечала не сразу — пауза, секунда, другая. Потом открыла рот, позволила войти.

В комнате было тихо. Двое у двери не двигались, ждали.

Андрей отстранился. Посмотрел на неё.

— Ты наша, — сказал он. — На эту ночь.

Вера не ответила. Но и не сказала «нет».

Глава 2

Андрей держал её за затылок, пальцы в волосах, и Вера чувствовала, как он поворачивает её голову, открывая шею. Его губы скользнули по ключице, задержались у ямки между костями, потом спустились ниже, к груди. Он расстегнул пуговицы на её рубашке медленно, одну за другой, и ткань распахнулась.

Клим шагнул первым. Сел на край кровати, взял её за запястье. Пальцы у него были длинные, сухие, он провёл ими по внутренней стороне её руки, от сгиба локтя до ладони, и нажал на центр — там, где кожа тонкая, а пульс бьётся близко. Потом поднёс её ладонь к своим губам, поцеловал, провёл языком по линии жизни.

— Расслабься, — сказал он.

— Я расслаблена.

— Нет. Ты зажата. Я чувствую.

Он положил её руку себе на бедро, накрыл своей ладонью, прижал. Вера чувствовала ткань джинсов, тепло тела под ними, напряжение мышц.

Андрей тем временем стянул с неё рубашку, отбросил в сторону. Его ладони легли на её грудь, пальцы нашли соски, сжали. Она выдохнула, когда он потянул, чуть скручивая. Не больно, но ощутимо, так, что кожа собралась в мелкие мурашки.

— Хорошо, — сказал он. — Не зажимайся.

Он наклонился, взял сосок в рот. Язык скользнул по кругу, потом он втянул его в рот, посасывая, и Вера почувствовала, как низ живота отзывается тупой, тянущей волной. Андрей делал это медленно, методично, переходя с одной груди на другую, пока она не начала выгибаться, ища большего.

Родион подошёл позже всех. Молча. Остановился у изголовья, смотрел сверху вниз. Потом опустился на колени за её головой, взял её лицо в ладони, развернул к себе.

— Смотри, — сказал он. Голос низкий, хриплый.

Она смотрела. Он провёл большим пальцем по её губам, нажал, заставляя открыть рот. Она подчинилась. Он скользнул пальцем внутрь, на язык, и она чувствовала вкус его кожи, соль, тепло. Он двигал пальцем медленно, вперёд-назад, изучая, как она обхватывает его языком.

Андрей оторвался от её груди, спустился ниже. Расстегнул джинсы, стянул их вместе с бельём одним рывком. Вера оказалась обнажённой, лежала на спине, чувствуя, как воздух касается влажной кожи между ног.

Он раздвинул ей ноги коленями, широко, так, что она почувствовала натяжение в бёдрах. Наклонился, провёл языком по внутренней стороне бедра, от колена до паха. Медленно. Так медленно, что она закусила губу.

— Не спеши, — сказал Андрей.

Он добрался до самого центра, провёл языком по складочкам, снизу вверх, и Вера выгнулась, пальцы вцепились в простыню. Он сделал это снова, потом ещё раз, задерживаясь на самом чувствительном месте, обводя кругами, втягивая в рот.

— Андрей... — выдохнула она.

— Молчи.

Он работал языком, пока её бёдра не начали дрожать, пока дыхание не сбилось на короткие, рваные вдохи. Потом поднялся, встал между её ног.

Вера видела его член — твёрдый, толстый, с набухшей головкой, направленный прямо на неё. Он провёл головкой по её влажным губам, раздвигая, смазывая, но не входил.

— Скажи, — сказал он.

— Возьми меня.

— Как?

— Как хочешь. Просто возьми.

Он вошёл резко, одним толчком, до конца. Вера вскрикнула — не от боли, от полноты. Он был толстым, растягивал её, и каждое движение отдавалось в стенках влагалища, в клиторе, внизу живота. Он начал двигаться, медленно на первых порах, потом быстрее. Его член скользил в ней, выходил почти полностью и снова входил, раздвигая, наполняя.

Клим тем временем сдвинулся ближе. Снял рубашку, расстегнул джинсы, высвободил себя. Его член был длиннее, чем у Андрея, тонкий, с изогнутой головкой. Он поднёс его к её лицу, провёл по губам.

— Открой, — сказал он.

Вера открыла рот. Он вошёл медленно, чувствуя, как она обхватывает его губами, как язык скользит по стволу. Она взяла его глубже, насколько могла, чувствуя, как головка упирается в нёбо. Клим застонал, взял её за волосы, задавая темп.

Теперь она чувствовала их обоих одновременно: Андрей внутри, толкающийся глубоко, растягивающий её, и Клим во рту, двигающийся в такт. Её тело жило своей жизнью, подстраиваясь под их ритм.

Родион наблюдал. Стоял у изголовья, смотрел, как она принимает их обоих. Потом опустился на кровать сбоку, провёл рукой по её животу, опустился ниже, нашёл клитор. Его пальцы — толстые, шершавые — начали круговые движения, синхронно с толчками Андрея.

— Так, — сказал он. — Кончай.

Его пальцы нажимали точно, находили нужный ритм, и Вера почувствовала, как напряжение внутри нарастает, как мышцы сжимаются вокруг члена Андрея. Она застонала, выпустив Клима изо рта, голова откинулась назад.

— Не останавливайся, — выдохнула она.

Андрей ускорился. Его член ходил в ней жестко, глубоко, каждый толчок задевал самые чувствительные точки. Пальцы Родиона продолжали работать, и оргазм накрыл её — резко, судорожно, мышцы сжались вокруг Андрея так сильно, что он замер на секунду, потом толкнулся ещё раз, другой, и кончил внутрь, горячо, пульсируя.

Вера чувствовала, как его семя растекается внутри, как тепло разливается по тазу. Андрей вышел, тяжело дыша.

— Теперь ты, — сказал он Климу.

Клим улыбнулся. Перевернул Веру на живот, задрал ей бёдра, поставил на колени. Она оперлась на локти, чувствуя, как Андрея семя вытекает из неё, стекает по внутренней стороне бедра. Клим встал сзади, провёл головкой своего члена по её влажным губам, собирая смесь её соков.