Леса Ран – Свекор и его друзья. Сдаться, чтобы победить (страница 1)

Свекор и его друзья. Сдаться, чтобы победить

Глава 1

Вино во втором бокале стояло нетронутым. Вера смотрела на него уже минут десять, с тех пор как хозяин дома наполнил и отодвинул к её краю стола. Она не пила. Сидела с прямой спиной, сложив руки на коленях, и ждала.

Ужин тянулся медленно. Андрей, её свёкор, почти не прикасался к еде, только крутил вилку над тарелкой, поглядывая на неё исподлобья. Клим, тот самый друг, о котором она слышала, но никогда не видела, рассказывал что-то про стройку, но слова его были пустыми, а взгляд — нет. Второго Андрей назвал коротко: «Родион». Тот кивнул, не протягивая руки, сел напротив, оперся локтями о столешницу и смотрел.

Вера знала этот взгляд. Оценивающий. Терпеливый. Так смотрят на то, что уже решили взять.

— Не пьёшь? — Андрей кивнул на бокал.

— Не хочу.

— А надо бы.

Вера подняла глаза. Андрей не улыбнулся. Вообще не улыбался за весь вечер. Лицо жёсткое, с глубокими складками у рта, глаза темные, без блеска.

— Зачем? — спросила она.

— Чтобы расслабиться.

— Я не напряжена.

Клим усмехнулся. Коротко, сквозь нос. Отложил вилку, откинулся на спинку стула.

— Это видно, — сказал он. — Ты сидишь, как на собеседовании.

— Привычка.

— А муж у тебя такой же собранный? — Клим взял бутылку, налил себе. — Или он всё на диване?

Вера не ответила. В комнате стало тихо. Андрей смотрел на неё, не отводя взгляда. Родион не двигался.

— Ты не спрашиваешь, зачем тебя сюда позвали, — сказал Андрей.

— Вы сказали — помочь с документами.

— Помочь. Да. — Он взял её бокал, поднёс к губам, отпил сам. Поставил на место. — А теперь я передумал.

Вера сжала пальцы, но виду не подала.

— Тогда зачем я здесь?

Андрей посмотрел на Клима, потом на Родиона. Те двое молчали, ждали. Он снова перевёл взгляд на Веру.

— Ты знаешь, какой у тебя муж, — сказал он. — Знаешь, что он не тянет. Ни семью, ни работу, ни себя. Ты с ним три года. Три года ты тащишь. Скажи, зачем?

— Это не ваше дело.

— Моё. Он мой сын.

— Тогда спросите у него.

Андрей усмехнулся. Устало, невесело.

— Я спрашивал. Он не ответил. Он вообще ничего не отвечает. Только телефон листает и в телевизор смотрит. — Пауза. — А ты отвечаешь.

Вера молчала. Внутри поднималось то самое чувство, которое она знала по переговорам, когда оппонент загонял её в угол. Только сейчас это был не оппонент. Свекор. Двое его друзей. Чужая кухня, чужая посуда, чужое вино в бокале, который она не пила.

— Я отвезу вас домой, — сказала она. — Документы пришлю по почте.

Она встала. Стул скрипнул по полу.

Родион поднялся первым. Не спеша, тяжело, перекрывая выход из-за стола. Клим остался сидеть, но убрал руки со столешницы, сложил перед собой.

Вера обернулась к Андрею.

— Что это значит?

— То, что ты поняла, — сказал он. Не вставая.

— Вы меня задерживаете?

— Нет. Я предлагаю тебе остаться.

— А если я откажусь?

Андрей посмотрел на неё долго. Потом встал. Подошёл ближе. Не касаясь, просто рядом — так близко, что она чувствовала тепло его тела через тонкую ткань рубашки.

— Ты сильная, — сказал он. — Я это сразу понял. Таких, как ты, мало. И Кирилл, который лежит на диване и смотрит в телефон, не понимает, что у него есть. А я понимаю.

Вера смотрела ему в глаза. Сердце стучало ровно, но гулко. Родион стоял у неё за спиной, она слышала его дыхание. Клим сидел сбоку, наблюдал.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? — спросил Андрей.

— Хочу.

— Неправда.

Он взял её за подбородок. Два пальца, подушечками, не сильно. Она не отстранилась. Смотрела.

— Ты не отводишь взгляд, — сказал он. — Не дрожишь. Не ищешь пути к выходу. Ты ждёшь.

— Чего?

— Того, что будет дальше.

Он отпустил. Сделал шаг назад.

— Останься на ночь. Не ради меня. Ради себя.

Вера стояла не двигаясь. Родион не уходил, не отодвигался. Клим поднялся, взял со стола бутылку, поставил в сторону.

— Комната на втором этаже, — сказал Андрей. — Третья дверь по коридору. Ты не заперта. Можешь уйти в любую минуту. Но ты не уйдёшь.

Он повернулся и вышел из кухни. Клим пошёл за ним. Родион задержался на секунду, посмотрел на Веру сверху вниз. Ни слова. Потом тоже вышел.

Вера осталась одна. Стояла посреди чужой кухни, слышала, как затихают шаги, как скрипнула где-то дверь, как дом погружается в тишину.

Бокал с вином остался на столе. Она взяла его, отпила. Вино было тёплым, терпким, оставляло на языке горьковатый след.

Поставила бокал. Вышла из кухни.

В коридоре горел тусклый свет. Лестница скрипела под ногами. На втором этаже она нашла третью дверь, вошла, закрыла за собой.

Комната была простой: кровать, стол, окно в сад. На подушке лежала чистая футболка, на стуле — полотенце. Её вещей не было. Их никто не приносил.

Вера села на край кровати. Не разделась. Сидела в темноте, слушала, как дом дышит.

Внизу ходили. Негромко, но она слышала. Андрей, Клим, Родион. Их голоса сливались в глухой, тягучий гул. Потом стихли.

Вера легла. Не спала. Смотрела в потолок.

Дверь открылась без стука. Трое. Она не видела их в темноте, но знала — по шагам, по тому, как изменился воздух в комнате, как стало тесно.

— Не спишь, — сказал Андрей. Не вопрос.

Вера села. Не вскочила, не отшатнулась. Села, поправила волосы, смотрела в темноту.