Лэрд Баррон – Лучшие страхи года (страница 78)
Мы продолжаем идти.
— На помощь! На помощь!!! Эй! Эй!
Я знаю этот голос. Это Джефф Томлинсон.
— Кто-нибудь нас слышит?
Сорванный, истеричный крик. Думаю, это Майк Роулинз.
— Пол! Пол! Ты здесь?
Это Джин. Выкрикиваю ее имя. А она — мое.
Но Джин только уходит все дальше.
Пока ее голос совсем не пропадает.
Последние батарейки для последнего фонарика. Я спотыкаюсь, еле ковыляю. Джейн и Лиза — тоже. Мы прижимаемся друг к другу, соединяем руки. Я веду их вперед. Левой рукой держу Лизу за правую, она своей левой держит за руку Джейн.
— Прислушайтесь, — говорит Джейн. Она охрипла. — Вы слышите?
— Что слышим? — спрашивает Лиза.
— Вода. Слушайте.
Да. Где-то здесь. Журчание. Я вдруг чувствую, насколько распухли рот и язык, насколько они сухие.
— Продолжаем идти, — отдаю приказ.
Журчание кажется все громче и громче.
— Продолжаем ид…
Внезапно мою левую руку отпускают. Я оборачиваюсь, Лиза смотрит на меня в ответ, а затем поворачивается, чтобы бросить взгляд назад, на пустой лаз. В нескольких ярдах позади дыра в стене, из которой слышится плеск воды.
Подходим к нему. Лаз, уходящий вперед ярдов на пять, разветвляется там на три новых.
— Джейн! Джейн!
Ответа нет.
Бредем. Страшно устали. Сзади доносятся звуки, будто там во тьме что-то движется. Что-то большое. Тяжелое. Вдруг совсем близко раздается шипение. Лиза охает и стискивает мою руку. Позади нас кто-то хрюкает. Идем быстрее.
Журчит вода.
В конце концов мы слишком утомились, чтобы двигаться дальше. Нам нужно найти место для привала, но лаз бесконечен — негде остановиться.
Наконец лаз расширяется. Совсем ненадолго, дальше видны два следующих, но сначала мы попадаем в небольшой зал.
Мы укладываемся. Сворачиваюсь на твердом полу, Лиза прижимается к моей спине.
Я сплю. Без снов. Один раз просыпаюсь: слышу, как Лиза плачет.
— Мама? — зовет она. Голос срывается — в нем и страх, и облегчение. — Мама, мамочка, это ты? Где ты?
Мне нужно проснуться до конца, подняться, остановить ее. Но я так устал! Засыпаю снова.
И просыпаюсь в одиночестве.
Я иду уже очень давно.
Фонарик мигает, и свет его слабеет. Я уже не включаю счетчик Гейгера. Не помню, где и когда его бросил.
Голоса. Вокруг меня, со всех сторон. Зовут меня по имени. Просят. Умоляют. Проклинают меня.
Джин.
Лиза.
Джейн.
Дэнни.
Лаура.
Тоби, бедный Тоби.
Малыши.
Джин.
Фонарь гаснет.
Я трясу его изо всех сил, стучу по нему, но на этот раз он вырубается окончательно. В конце концов я выпускаю его из рук.
Тьма абсолютна.
Я иду в нее, выставив руки вперед.
Страшась того, чего они могут коснуться.
Теперь я едва переставляю ноги. Я так устал. Так голоден. Так хочется пить. Боже!
Бреду и бреду. Спотыкаюсь и шаркаю.
Ударяюсь о стену. Ай! Ощупываю ее. Ползу, толкая себя вперед. Упираюсь руками, отталкиваюсь, снова упираюсь. Снова отталкиваюсь. И так далее. И так далее.
Что-то обжигает мои глаза. Что?..
Свет. Это свет. Как давно я видел его в последний раз.
Где же он?
Впереди. Теперь я вижу. Лаз впереди изгибается. Бреду туда. Неужели наконец выход?
Я огибаю угол. И замираю.
Мне навстречу выходит Аня. Пока лишь силуэт, и она кажется тоньше, чем я помню, но это она.
— Привет, Пол.
Из моей глотки вырывается хрип. Я хотел бы поверить, но…
— Пол?
Она делает шаг вперед — очень медленно, шаркая. Я пячусь.
— Дорогой?
Отступаю быстрее. Раздается ужасный треск — лодыжка наткнулась на каменный обломок. С криком падаю.
— Ш-ш… Тихо, мой маленький. Ш-ш… Она протягивает ко мне руки. — Все хорошо.
Закрываю лицо, ее шаркающие шаги приближаются.
— Все хорошо.
Молюсь, чтобы смерть пришла ко мне раньше, чем Аня.