Лера Золотая – Плюшка для бандита (страница 6)

— А вот про клубешники тебе придется забыть совсем. Я же с тобой уже говорил про учебу. Я думал, ты все понял.

— Так что мне с друзьями нельзя потусить? — возмущается Русик. — Говорю же, устал я.

— Что-то ты рано про усталость заговорил. До пенсии еще далеко.

— А вот я уже устал, — огрызается Руслан.

— Рус, тебе надо учиться, — вздыхаю я. — Нам после родителей бизнес достался. Мы должны его развивать. Вместе.

Руслан фыркает и отворачивается к окну, его кулаки сжимаются от раздражения.

— Какой еще бизнес? — бурчит он. — Строить дома? Да я в этом ничего не понимаю!

— Именно поэтому нужно учиться, — настаиваю я. — У нас есть отличная база, клиенты, связи. Но без образования мы не сможем двигаться дальше.

— А может, я вообще не хочу этим заниматься? — резко оборачивается он.

— Об этом поговорим позже, — отступаю я. — А сегодня пойдем в гости.

— К кому хоть в гости? — хмуро спрашивает брат, подхватывая свой рюкзак и направляясь в комнату.

— К твоей учительнице.

— Что? — даже становится смешно, как вытягивается его лицо. — Не пойду я к этой бегемотихе. Не пойду.

— Еще раз ее так назовешь, я не посмотрю, что ты мой брат… — непроизвольно руки сжимаются в кулаки, и начинает дергаться щека.

Каждый раз, когда я нервничаю или злюсь, дает о себе знать нервный тик, который появился еще в колонии.

***

— Если не ты, то тебя, — криво ухмыляется Бизон. — Поэтому отказаться у тебя не получится.

Сжимаю кулаки, не отрывая взгляда от пола.

— Что молчишь, Улан? — болезненный тычок прилетает в почку. — Сегодня бой, а ты выеживаешься перед нами.

— Я биться не буду, — упрямо говорю я.

— Тогда тебя закопают просто так, — веско говорит Бизон.

— И никто не узнает, где могилка твоя, — щерится Шнырь.

— А если я выиграю бой? — поднимаю голову и прямо смотрю в глаза смотрящего.

— До конца срока будешь сидеть спокойно, — хрипло отвечает Бизон. — Но это только в том случае, если выиграешь.

***

Я до сих пор не помню подробности того боя. Очнулся только в тюремной больничке с сотрясом, переломанными ребрами и с нервным тиком на щеке. Но очнулся я тогда победителем.

— Тим, ты чего? — испуганно спрашивает Руслан, глядя в мое перекошенное лицо.

— Руслан, ты сейчас сделаешь уроки, и мы пойдем в гости к Веронике Александровне, — с нажимом произношу последние два слова. — И это не обговаривается.

Через два часа мы выходим из дома и садимся в машину.

— Сейчас еще за букетом заедем, — говорю я, сворачивая к цветочному магазину.

— Ты что цветы ей будешь дарить? — брательник сегодня удивляется и удивляется.

— Нет, дружок, это ты будешь дарить, чтобы она согласилась тебя оболтуса учить, — улыбаюсь ему в ответ, выходя из машины. — И только попробуй сбежать.

Демонстрирую ему кулак и ухожу в магазин. Быстро пробегаю взглядом по полкам. И какие же она любит цветы?

— Девушка, — зову флориста, так и не определившись с выбором. — Мне нужно два букета.

— Два? — удивленно поднимает брови девушка-флорист. — И кому же?

— Один для учительницы, а второй… — замялся я. — Второй для… э-э… для нее же только...

Флорист улыбается, явно понимая больше, чем я говорю.

— Расскажите мне о той, которая учительница, но не совсем, — просит она, доставая блокнот. — Какой у нее характер? Какие цвета ей нравятся?

Я задумываюсь. Как описать ту, что не выходит из головы?

— Она нежная, уютная, домашняя, — я начинаю улыбаться, думая о Веронике. — И очень-очень красивая, а вот какие цвета она любит, я не знаю.

Девушка кивает, записывая что-то в блокнот.

— А второй букет уже только для учительницы? Что о ней можете рассказать?

— Второй… — тяну я, — второй для молодой учительницы. Энергичной, современной. Она любит правду. Справедливая. Точно любит порядок и литературу. Она учительница русского языка и литературы.

Флорист улыбается еще шире.

— Понятно. Для первой возьмем белые лилии — символ чистоты и благородства. Добавим немного эустомы для нежности. А для второй — яркие герберы с розами пинокио. Получится свежо и современно.

— А может, — перебиваю я, — ко второму букету добавить что-то еще? Чтобы точно согласилась помочь моему брату?

— Что накосячил? — смеется девушка.

— Да вроде нет. Просто нам нужно уговорить ее заняться репетиторством.

— Думаю, что она не устоит перед такими подарками.

Пока она собирает букеты, я нервно прохаживаюсь у прилавка. Что я делаю? Неужели правда надеюсь, что цветы помогут?

Готовые букеты оказываются выше всяких ожиданий. Я расплачиваюсь, не забывая оставить на чай. Очень уж хотелось мне отблагодарить девушку, которая так внимательно отнеслась к моему заказу.

Когда выхожу из магазина, в голове крутятся мысли о предстоящей встрече. Главное, чтобы сразу не выперла нас с Русиком, а потом я уж смогу ее уломать заниматься подготовкой к экзаменам.

Сажусь в машину, где меня ждет нетерпеливый брат.

— Ну что? — спрашивает он, увидев букеты. — Думаешь, если мы осыплем ее цветами, то она забудет, из-за кого она вылетела из школы?

— Надеюсь, — отвечаю я, глядя на цветы. — Главное, чтобы ты не накосячил в очередной раз, а цветы — это просто дополнение к просьбе и извинениям.

И вот мы два фраера с цветами, стоим перед дверью Вероники. Я, как пацан, переминаюсь с ноги на ногу, не решаясь нажать на дверной звонок, вспоминая, что вчера за этой дверью произошло.

— И долго мы еще тут будем отсвечивать? — нетерпеливо спрашивает Руслан.

— А вы к кому? — мы вздрагиваем и поворачиваемся в сторону двери, распахнувшейся у нас за спиной.

— Здравствуйте, — приветливо улыбаюсь я. — Мы к Веронике Александровне. Не знаете, она дома?

Женщина, прищурившись, внимательно рассматривает нас, сложив руки на груди.

— Дома, дома, — хмыкает она. — К ней уже не по одному ходят? Совсем стыд потеряли.

— И часто к ней ходят? — криво улыбаясь, спрашивает Руслан. — Неужели она пользуется спросом.

— Да. Она не красавица и далеко не супермодель, — вздыхая, говорит соседка. — Значит, берет чем-то другим. Вот и вы вдвоем приперлись. Тьфу! Срамота. Насмотритесь своих интернетов, а потом гадости всякие творите.

— Слышь, тетя, — нервный тик моментально дает о себе знать. — А ты, я смотрю, и без интернетов на гадости способны. Языком, как помелом метешь.

— Чтооо? — тетка начинает шумно дышать. — Да вы извращенцы! Я на вас полицию вызову!