Лера Вербина – Развод. (Не) нужна (страница 3)
– Мы купим еще две раскладушки, – предложила я неуверенным голосом.
– Да их даже разложить негде! – возмутилась Анюта.
– Как-нибудь… – пробормотала я.
– Да пойми ты! – крикнула Анюта. – Вы просто не поместитесь! К мальчишкам вас не подселишь. А здесь, в зале, мы с мамой еле вдвоем размещаемся, куда еще вас? Вике надо ложиться спать часов в девять-десять, а мама вечером допоздна смотрит телевизор. Ты хочешь лишить ее этой отдушины? Она и так устает! А я вечерами на кухне работаю, я часто беру дополнительную работу на дом, чтобы еще хоть копеечку получить. И мне не нужно, чтобы маленький ребенок бегал туда-сюда и путался у меня под ногами. Своим мальчишкам я объяснила, что мне мешать нельзя, но они уже взрослые, а Вике всего пять лет! Она может плакать, капризничать, требовать внимания! Вы обе будете нам сильно мешать!
Я с трудом сдержала слезы. Иногда я думаю, сестра до сих пор не простила мне, что я в принципе посмела появиться на свет… Уже тогда, в ту самую секунду, я ей помешала.
– Анют, – тихо сказала я. – Это ведь и мой дом тоже.
– Тебе есть где жить, – отрезала она. – У тебя прекрасный муж, который тебя содержит. Ты не знаешь, что такое настоящая нужда, Маша! Ты всегда получала всё на блюдечке с голубой каемочкой! Пока ты плачешь, что жемчуг мелкий, у нас тут щи жидкие! – Она показала пальцем на кастрюлю. – И ты хочешь прийти сюда вместе с маленьким ребенком, чтобы сделать нашу жизнь еще хуже! Сделать ее совершенно невыносимой! Да как ты смеешь думать только о себе, эгоистка несчастная?
Я вздрогнула.
– Мой муж мне изменяет, – еще тише сказала я, опустив голову.
– Это не самая большая проблема, – фыркнула Анюта. – Мудрые женщины не обращают внимания на такую ерунду. Зато он тебя содержит, как царицу, ты даже не работаешь!
– Однако ты ушла от своего мужа, – напомнила я. – Потому что он изменял тебе.
– Не только поэтому! – рассмеялась Анюта. – Стала бы я суетиться из-за каких-то там измен. Я ушла от Вадима, потому что он крысячил деньги. Выдавал немножко на хозяйственные расходы, а сам за месяц один больше прожирал! И врал мне, что мало зарабатывает. А я его кормила годами, и его, и детей, и всю семью! А потом я случайно узнала, что та однокомнатная квартира, которую так внезапно купила моя свекровь, чтобы, дескать, сдавать в аренду, на самом деле куплена на его доходы. Которые он от меня скрывал! Ну, а что он в своей квартире с бабой встречался, это уже вишенка на торте. Не было б никакой бабы, я бы всё равно от него ушла.
– Анют, – сказала я. – Пойми. Не могу я вернуться к Денису, просто не могу…
– Тебе придется, Машенька! – резко ответила она. – У тебя выбора нет. Иногда всем нам приходится жертвовать собой ради близких. Я вот пашу, как лошадь, жертвую своим здоровьем ради сыновей. А когда ты была маленькая, я жертвовала ради тебя своим личным временем и интересами! Думаешь, мне в шестнадцать лет охота было нянчиться с капризной сестрой? Я гулять хотела с подружками! Только мне пришлось засунуть свои хотелки в задницу. А ты всего лишь засунешь в задницу свою гордость. Не самая большая потеря. Так надо, Маша. Ради мамы. Ради меня.
***
На эту ночь я все-таки осталась в маминой квартире. Или правильнее говорить в «Анютиной»? В любом случае, своим родным домом я ее больше не ощущала.
Вечером Дэн позвонил. Я хотела сбросить звонок и заблокировать его вообще, но потом подумала – вдруг что-то случилось с дочкой?
– Ты где мотаешься? – Денис сразу начал с крика. – Почему до сих пор домой не вернулась? Уже десять, ты в курсе вообще?
– Я не вернусь сегодня.
Сказала так и вздрогнула. Как будто подчеркнула, что завтра-то вернусь! А ведь я совсем не это имела в виду… Но Денис, конечно, заметил мой ляп.
– Сегодня, говоришь? А завтра вернешься?
– Нет.
На самом деле, я уже не была в этом уверена. Куда мне идти? Анюта практически за дверь выставила, хоть и великодушно разрешила переночевать одну ночь: «Ладно уж, пока ты без ребенка, а мама в отъезде, можешь оставаться. На диване поспишь».
– Где ты сейчас?
– У мамы.
Вот зачем я ему это рассказываю? Дура! За семь лет брака привыкла, что у меня тайн от мужа нет…
– Значит, так, – снова послышался в трубке голос Дэна. – Сегодня ты, так уж и быть, можешь переночевать у мамы. Но завтра будь любезна вернуться домой. Маша, ты всё поняла? Не надо меня огорчать, последствия тебе не понравятся.
Он бросил трубку, а я вся сжалась от ужаса. Господи, что мне делать? Что делать? С ребенком на руках, без денег, без жилья…
***
Я позвонила свекрови. Как было бы хорошо, если б у Вики был свой телефон, и я могла звонить напрямую! Но нет же, Денис сказал, что телефон ей покупать слишком рано, она маленькая и обязательно испортит дорогую вещь. Вот и приходится действовать через мымру-свекровь.
– Да, Маша, слушаю тебя, – сказала Зоя Валентиновна. – Хотя ты нас отвлекаешь, вообще-то. Мы с Викой только сели книжку читать. Чего ты хочешь?
– Хочу поговорить с ней, – пробормотала я.
Я ведь не должна просить разрешения поговорить с собственной дочерью! Но я чувствую себя разбитой и до чертиков боюсь, что угрозы Дэна отобрать у меня ребенка – это не пустые угрозы… И мне страшно. Господи, мне так страшно!
– Кто там? Мама? Мама? – услышала я уверенный голосок моей золотой девочки, а потом, судя по всему, Вика просто вырвала у бабушки трубку. – Мама! Мамочка! – закричала она. – Когда ты плиедешь? Я соскучилась!
Зайка моя! Букву «Р» она не выговаривает, и хоть это так мило и по-детски звучит, надо нам, конечно, к логопеду. Но Денис до сих пор был против – незачем деньги зря тратить, она просто еще маленькая, само пройдет.
– Котенок, я завтра приеду, ты не волнуйся… Всё хорошо у тебя? Я тоже скучаю. Завтра обязательно тебя заберу. Бабушку слушайся и хорошо отдыхай. Договорились?
– Пока, мамочка. Плиезжай. Я тебя очень люблю.
Она сама завершила звонок. Знает, как это делать – современный продвинутый ребенок.
У меня на сердце стало так тепло. Вика, доченька! Моя самая большая радость в жизни. Я что-нибудь придумаю. Я справлюсь. Будем с Викусей жить-поживать вдвоем.
Осталось понять, где именно мы будем жить…
Глава 5
Утром я попрощалась с сестрой, понимая уже, что вряд ли скоро вернусь, и поехала за Викой на дачу к свекрови.
Да, мы договаривались с Зоей Валентиновной, что я заберу ребенка только вечером, и мне совершенно точно предстоит выдержать настоящий концерт – свекровь будет обвинять меня во всех смертных грехах за такую подлость.
Но ничего, как-нибудь выдержу. Забрать Вику – самое главное теперь.
Около часа я плюхала в автобусе по городу, а потом еще час – на пригородном, битком набитом дачниками, которые в выходной с утра пораньше торопились в свои поместья.
– А, Маша, – равнодушно поприветствовала меня свекровь, когда я наконец, взмокшая и встревоженная, переступила порог ее дачного дома.
Это было странно – как будто концерт отменяется.
– А где Вика? – спросила я, тут же похолодев.
– Ее Дениска забрал, – спокойным голосом ответила мне свекровь. – Пару часов назад позвонил мне, потом приехал и забрал. Жаль, конечно, так рано ее отпускать было. Но он объяснил, что вы поссорились и ты хочешь отобрать у него ребенка…
Она подошла вплотную и ткнула указательным пальцем мне в грудь.
– Ты ведь у меня собираешься отобрать ребенка, Маша! – прошипела она. – Только этот номер не пройдет! Если не хочешь лишиться дочери, ты будешь жить с мужем! А не хочешь жить с мужем – выметайся, откуда пришла! Вику я не отдам тебе! Если появится необходимость, я и сама ее воспитаю, можешь не беспокоиться!
Я отшатнулась от свекрови. Отступила на шаг.
– Где Вика? – прохрипела я, предполагая уже нечто ужасное.
– Где, где, – фыркнула Зоя Валентиновна. – Домой ее Дениска, конечно, повез. Куда же еще должен отец отвезти своего ребенка? И ты, блудная жена, тоже можешь вернуться домой. Пока еще можешь. Пока еще у тебя есть такой шанс, потому что мой сын – дурачок и слишком нежно к тебе относится. Ох, я бы на твоем месте его не злила…
Она вдруг расхохоталась, словно сумасшедшая злая ведьма.
А я развернулась и побежала к выходу, и через мгновение уже вылетела из калитки и понеслась по дачному проулку. Мне надо было теперь поскорее попасть домой.
***
Дома ко мне со всех ног бросилась моя драгоценная девочка. Я только успела скинуть обувь, как Вика уже выскочила из комнаты мне навстречу. Я присела на корточки, развела в стороны руки, а она обняла меня за шею и заплакала.
– Мамочка, ты велнулась… – всхлипывала она. – Я так боялась, папа был такой злой! Я не хотела ехать без тебя…
– Всё будет хорошо, мое солнышко! – успокаивала я ее, прижимая к себе и целуя мокрые щеки. – Всё будет хорошо, я вернулась, всё хорошо!
– Рад это слышать, – раздался голос мужа.
Я подняла голову. Оказывается, он как раз подошел. Оперся плечом о стену, скрестил руки на груди.
– Мы сейчас не будем выяснять отношения при ребенке, – сказал он. – Поговорим позже. Только об одном хочу предупредить тебя прямо сейчас: не делай больше таких глупостей. Ты ведь всё равно меня не переиграешь, неужели непонятно?
Я встала на ноги. Взяла дочкину ладошку в свою. И молча, не желая ему отвечать, повела Вику в детскую.