Леонид Селютин – Заполярье. Мир двух солнц (страница 53)
– «Обычные неприятности», – подумал Феликс. На Заполярье под это определение подходило примерно всё. – Беру, – сказал он вслух, поймав собственное отражение в потёртом зеркале на стене. В чёрном, матовом комбинезоне, без лишних деталей, он и правда выглядел как тень. Идеально. Он повернулся к граконийцу и кивнул. – Спасибо. Работа – космос.
Я не сомневался – рассмеялся оружейник. – Давно таких дотошных не было. Обычно приходят, берут что помоднее да побронированней и уходят. Дел на пять минут.
Афелий, наблюдавший за всей сценой с видом connoisseur, свистнул.
– Вау. Теперь ты и вправду похож на секретного агента из старого фильма. Только вот лицо слишком умное. Надо бы шрам добавить для солидности.
– Шрамов мне и так хватает, – буркнул Феликс, снимая комбинезон с той же неестественной лёгкостью. Материал тут же опал, превратившись в бесформенный чёрный клубок, который он убрал в кейс. – И вообще у меня еще дела есть.
– Всегда дела! – вздохнул Афелий, спрыгивая с ящика. – Ладно, не буду мешать гению трудиться. Куда путь держишь? Может, опять в тот проклятый подвал, к твоему кибер-отшельнику?
– К Аметисту, надо взять финальные инструкции – подтвердил Феликс, застёгивая свой обычный жилет поверх комбинезона. «Теневая фибра» под тканью не выдавала себя ни складкой, ни объёмом.
– Провожу, – Афелий легко спрыгнул с ящика и выбросил пустой стакан в мусорный бак. – Без меня ты в своей башне из слоновой кости ещё полдня будешь искать выключатель. И потом, – он усмехнулся, – вдруг по дороге встретится ещё один лысый шулер с философскими закидонами. Понадобится прикрытие, которое умеет красиво убегать. Да и я у Аметиста одну вещь спросить хочу. Про квантовый сустейн для гитары в условиях низкоорбитальной невесомости слышал – он правда паяет такие модули или это городские легенды?
– Ты же это только что сам выдумал?
– Может и так – улыбнулся Афелий. – Но вдруг и правда что подскажет.
Феликс взглянул на него и кивнул. Его лицо осталось невозмутимым. Но в этом кивке было принятие. Союз, скреплённый не эмоциями, а взаимной выгодой и опытом совместного выживания.
– Окей-окей. Спросишь. Идём. – сказал он, уже направляясь к выходу.
Покинув довольного Анабелях акр с бардом направились в центр города.
– Все хотел спросить, – неловко начал разговор Феликс, когда они вышли со склада. – Ты ведь гракониец?
– Ну да… – осторожно ответил бард. – Хочешь спросить, где мои рога и кроваво-красная кожа? Я правильно понимаю?
– Если честно – да. – хакер понимал, что настолько личные вопросы обычно задают в более доверительной атмосфере, но нарочитая уникальность Афелия мозолила ему глаза с их первой встречи а с равнении с Анабэлем вообще вставала ребром .
– А я не чистый. – ехидно ответил он.
– В смысле? – такого термина Феликс раньше не слышал.
– Клон. С примесью человеческих генов. Как ты знаешь детей между жителями разных галактик быть не может, но наука решает и такое. А папа мой любил только одну женщину. И она была человеком…
– У Ираэля есть жена?
– Была. – вздохнул Афелий. – Моя биологическая мать погибла от андромедианской кори десять лет назад. Тогда у нас все было не слишком окей с медикаментами и снабжением. Да и специалистов не хватало. Не то что сейчас… Но машина по клонированию все еще стоит у нас в подвале. Я с ней часто прихожу общаться. Не чужой аппарат все же. Как никак она тоже принимала участие в моем создании.
– Извини – сказал сконфуженный Феликс.
– Да ладно. У нас к смерти другое отношение. Проще…
Дальнейшую дорогу до лаборатории они шли в молчании. Откровение Афелия повисло в воздухе тяжелым, неудобным грузом. Феликс чувствовал неловкость за свой неуместный вопрос, а Афелий, кажется, впервые за сегодняшний день погрузился в себя, уставившись куда-то мимо синих полос подсветки на стенах.
– Ты слышал новость? – спросил вышедший из задумчивости Афелий. – Кочевники скоро пройдут рядом с гордом.
– А нам то что? – спросил, обрадованный поднявшимся настроением друга, Феликс. – Идут и идут.
– Так они не просто идут. Скорее всего опять поторговать захотят. Они же не с пустыми руками кочуют. В этот раз говорят из пустыни едут. Там людей мало живет значит и товары редкие будут. Ты вот, например видел кактусы?
– Видел. – улыбнулся Феликс. – На земле их много.
– Да. Ты же у нас житель метрополии. У вас всего много – съязвил бард. – Эх было бы у меня хоть десяток кактусов я бы себе шубу сшил. У них такой мех – закачаешься. В ладонь толщиной…
– Погоди-погоди, мех? У кактусов? – Феликс даже остановился от удивления. – Откуда у кактусов мех?
– Ну да мех. – не понял вопроса Афелий. – а как им тогда ночь переживать? Да и логично что у кактусов мех. Вот у ежей колючки состоят из меха. А у кактусов наоборот. Биология-с…
Афелий еще долго рассказывал Феликсу о дивной природе Заполярья и замолчал только когда за героями закрылись двери лаборатории Аметиста.
Коридор погрузился в полумрак, нарушаемый только тусклыми синими полосками индикаторной подсветки у пола. Роботы-уборщики, похожие на металлических тараканов размером с кошку, шныряли по сторонам, методично очищая и без того безупречные поверхности. Один из них, завидев гостей, развернулся и пополз навстречу, издавая тихое жужжание.
– О! Привет, дружок! – Афелий присел, протягивая руку, словно к собаке. – И кто у нас тут такой блестящий? А?
Робот замер, его сенсоры мигнули жёлтым. Затем раздался знакомый синтезированный голос Аметиста, плоский и лишённый интонаций, исходящий из динамика на корпусе уборщика:
– Ладин. Проследуйте в главный зал. И… – голос сделал микроскопическую паузу, – Попросите вашего спутника не трогать активное оборудование. Особенно то, что движется.
– Слышишь? – Феликс тронул Афелия за плечо. – Не трогай.
– Да я просто поздоровался! – Афелий отстранился, но его глаза уже блуждали по коридору, выхватывая детали: ряды запечатанных стоек с мигающими огоньками, герметичные двери с предупреждающими символами, призрачные голограммы диагностических схем, висящие в воздухе на повороте.
По пути Афелий успел: попытаться заглянуть в одну из приоткрытых технических ниш, откуда на него тут же выстрелил лазерный луч сканера. Он отпрыгнул с комичным возгласом. Прокомментировать внешний вид очередного робота-грузчика, а предмет его стремного вида и не спрашивая Феликса дёрнуть какой-то висящий провод. Кабель полыхнул искрами и наверно сильно обжег или оглушил человека, но гракониец лишь выматерился и тряся рукой пошел дальше.
Феликс отвечал на его вопросы односложно или вообще молчал, лишь иногда тормозя слишком уж резвые ходы барда. Он шёл, ощущая в руках непривычную лёгкость кейса полного «Теневой фибры».
Главный зал лаборатории предстал перед ними во всём своем мрачном величии. Пространство, утопающее в полутьме, разбитое на зоны мерцающими голографическими интерфейсами. В центре, в кресле, больше похожем на хирургическое или пилотское, восседал Аметист. Десятки тонких кабелей шли от разъёмов в его позвоночнике и черепе к потолочным портам, делая его похожим на паука в центре цифровой паутины. Его глаза, обычно скрытые за светофильтрами очков, сегодня были открыты – бледные, почти бесцветные радужки смотрели в пустоту, отражая бегущие строки данных.
– Ладин. Наконец-то. Вы… принесли фибру? – произнёс Аметист, не поворачивая головы. – Не думал, что вам дадут такую редкость.
– Конечно, – Афелий хлопнул Феликса по спине, – такого хакера надо беречь и лелеять. Глаза Аметиста медленно, с едва заметным механическим шелестом перевели фокус на Афелия. Взгляд был настолько лишённым человеческого тепла, что даже Афелий на секунду съёжился.
– Предециар-младший, – констатировал Аметист. – Ваше присутствие не было заявлено в накладной.
– Я как моральная поддержка! – парировал Афелий.
– как вам угодно. Займитесь чем-нибудь тихим.
Он махнул рукой, и один из роботов-уборщиков подкатил к Афелию, издавая настойчивое жужжание, явно намекая следовать за собой к пустому стенду у стены.
– Ладно, ладно, я посижу, – Афелий с показным смирением отправился к указанному месту, но уже через минуту начал: настукивать ритм по коленке, изучая акустику зала. а также попытаться поймать рукой одну из мелких сервисных голограмм, которая, словно бабочка, порхала у потолка.
Феликс тем временем подошёл к Аметисту. Тот жестом вызвал в воздухе сложную трёхмерную схему – карту маршрута, помеченную как «ущелье Молчания. Сектор Дельта».
– Не волнуйтесь за совместимость. «Интрудер» был прошит под фибру, – первым делом заметил Аметист. Его пальцы парили в воздухе, передвигая маркеры на карте. – Удачно что вам выдали именно такой комплект. Она будет вам хорошим подспорьем в поле. Также я оценил присланные учеными характеристики ядра. Вы были правы предложив такой путь. Оно идеально подойдет для наших замыслов. Помехи от геомагнитных аномалий и систем охраны руин составят примерно сто семьдесят три процента твоих мощностей. Но «мост» создаваемые ядром позволит тебе пробиться внутрь. Дальнейшая деятельность не обещает критических сложностей. Эло был прав сделав на вас ставку.
Феликс кивнул. Его взгляд скользнул по схеме, запоминая точки возможного размещения ретрансляторов.
– А что с радио-ядром? – спросил он. – вы всё-таки его достали?