Леонид Селютин – Заполярье. Мир двух солнц (страница 5)

– Да, – пробасил парень, – Нам много не надо. Всего то открыть парочку хранилищ и сейфов, и мы в расчете.

– Но, – начал что-то возражать Феликс, но Максим посильнее вдавил его в треснувшие покрытие, а девушка пропела – Или же такой опытный специалист не поможет нуждающимся? И мы же не говорим, что это будет не бесплатно!

– Отвечай, мастер, разрешаю! – Максим убрал руку, заставив Феликса с шумом упасть на пол.

– Ух! – все что мог ответить Феликс, но все же отдышавшись он продолжил: – Извините, уважаемые, но я наверно откажусь. Уже вам напомогался! – и видя, как вытягиваются лица собеседников мысленно приготовился к худшему. Остальные пассажиры челнока не как не вмешивались в их беседу, по большей части далее не обращая на нее внимания.

– Ответ не правильный, – Максим присел перед Феликсом на корточки смотря ему в глаза, – ты, фраер видно забыл, что ты нам должен. Ты знаешь сколько мы из-за тебя потеряли? Мы с Элизабет уже могли быть, где-нибудь на Эпсилоне, а не на этом трижды проклятом катере.

– Ага, вот как? Значит это я вам еще и должен? – Феликс ошеломленно поднялся, пытаясь понять на какой развод его тянут снова, – Вы меня обманули и это из-за вас мы тут!

– Мне кажется он не понимает, – обратился парень к девушке, которую видимо и звали Элизабет, – Значит будем по-плохому, – с этими словами он замахнулся на Феликса, но ударить не успел. Его прервал чужой голос, раздавшийся откуда-то сверху: – И это так сейчас относятся к ценным кадрам? Иса всемогущий, спасибо маме что отговорила меня идти на айтишника! – на сцене появилось новое действующее лицо.

Феликс, считал себя человеком не закостенелым и образованным, поэтому сразу определил в пришедшем к нему на помощь человеке нирина (если, конечно, так принято говорить в приличном межгалактическом обществе). Инопланетян с далёкой Crypso был типичным представителем своего вида: гуманоид человекоподобного строения и внешности, представшей европейцу, но при этом с пепельно-серой в черный отлив кожей и волосами такого же темного оттенка. Он стоял перед Максимом и Элизабет с уверенностью гепарда, словно не замечая ни своего меньшинства, ни грубой шкафообразности обернувшегося Максима.

– Тебе чего, нирин? – вроде бы нейтральный вопрос из уст человека прозвучал тяжко и гулко как камнепад. Нирины были первым разумным видом, с которым человечество встретилось, выйдя за границы солнечной системы. И первым народом, вступившим в противостояние с земной экспансией. И пусть эти межсистемные войны закончилось задолго до рождения Феликса двое в его поколении оставались люди, не питавшие к темнокожим инопланетянам никаких теплых чувств.

– Да, собственно, всего ничего, – улыбнулся он, обнажив заостренные от природы зубы, – Я забираю вашего собеседника. Вижу он не очень доволен общением с вами.

– Ты? Забираешь? – Максим так удался что аж привстал, – Иди отсюда подобру-поздорову, и я притворюсь что этого не слышал.

– Тем не менее, он пойдет со мной, – развел руками нирин.

– Я вижу ты не понял, вот смотри сюда, – Максим сделал шаг к конкуренту, при этом как-то хитро согнув левую руку. Феликс услышал лёгкий шелест и в ладони бандита оказался гвоздь. Чудо злой инженерной мысли: тонкая, но довольно прочная силикатная спица семнадцати сантиметров в длину, при всей своей технической простоте обладала целыми двумя плюсами. Практически не скользила и не прокручивалась в руке и не определялась ни на одном детекторе и металлоискателе, что позволяло при достаточной ловкости быть ее обладателю всегда при оружии.

– Да я смотрю ты человек упакованный, – уважительно покачал головой нирин, – Но что из того?

– Что? – видимо гвоздь в кулаке придал ещё больше уверенности мучителю Феликса, да так что его уже было не остановить, – а вот что: сейчас ты черт черномордый развернешься и потеряешься во мраке, так что бы я тебя больше не видел! Понял меня, сука! – говоря это он ещё сильнее размахивал стилетом в разные стороны. Нирин стоически сносил весь поток брани, обрушившийся на него несколько мгновений, переминаясь с ноги на ногу, будто бы пристыженный, потом глубоко вздохнул и резко шагнул навстречу Максиму отведя назад правую руку. Тот, не ожидавший встречной агрессии попытался как-то себя защитить, но молниеносный удар раскрытой ладонью сверху вниз по лицу прервал все его попытки к сопротивлению. Феликса удивило как вроде бы несильный удар заставил Максима повалится на пол зажимая лицо руками, но потом он увидел, как из-под пальцев беловолосого налетчика побежали струйки крови. Элизабет завизжала, прижимаясь к покалеченному брату и с ужасом смотря на нирина, а тот кое-как вытерев об стенку каюты выскочившие у него из пальцев руки бионические когти, обернулся к Феликсу потянув ему другую руку:

– Грим, рад знакомству.

– Феликс, – представился в ответ Феликс, с опаской пожимая руку своему спасителю.

– А вы, – обратился нирин, к паре неудачных налетчиков: – Сядьте на корточки у стенки и ждите легионеров. И чтобы не возникали до конца полета!

Максим свел на нем единственным уцелевшим глаз, видимо намереваясь что-то сказать, но Элизабет буркнув ему на ухо что-то на неизвестном Феликсу языке первая опустилась на колени заведя руки за голову.

– Вот и правильно, – улыбнулся нирин, – Я знал, что мы придем к взаимопониманию.

– А вам ничего за такое не будет? – насторожено спросил Феликс.

– Хороший вопрос, сказал Грим, задумчиво смотря на мерцающую в его сторону красным зрачков камеру наблюдения, – я бы даже сказал дуалистический. С одной стороны за такое мелкое хулиганство меня могут выкинуть в приатмосферные слои планеты, добираться до поверхности своим ходом, но с другой… – с этими словами он повернулся к камере распрямляясь в полный рост. – Для слуг Аполлона могут сделать и исключение! – камера, поморгав аварийкой ещё секунду отвернулась как не в чем не бывало, вернувшись к обычному режиму работы. И все же пришедшие на крики охранники в сопровождении местного фельдшера в самом деле не обращали на фигуру Грима никакого внимания, а один даже украдкой показал поднятый вверх большой палец.

– Ловко… – ошарашенно протянул Феликс, рассматривая своего нового казалось всемогущего знакомого.

– Магия хирургии и генной инженерии, – сказал он, напоследок клацнув когтями перед тем, как снова вернуть их в сложенный вид, – Когда-то у моих предков были когти. Или ты про охрану? Так я же говорю: «человек» Аполлона может тут многое. Это тебе так сказать маленькая демонстрация.

– Только я не думал к кому-то присоединятся, – ответил Феликс: – Я же тут не навсегда.

– Ты смешной, – рассмеялся Грим: – Я тебе сейчас всё расскажу: Одинокому путнику не выжить на Заполярье. Так что лучше послушай меня. На Олимпе тебе будет гораздо спокойнее и безопаснее чем одному или вместе с такими вот Бонни и Клайдом. Мы люди организованные, ну прилетишь – сам увидишь.

Дальнейший перелет прошел без происшествий. Не доставали никакие новые и старые знакомые, не беспокоила охрана и даже корабль, казалось, перестало сотрясать аэродинамическими силами и потоками воздушного слоя. Нирин не отставал от Феликса, которого мучили тысячи вопросов, а Грим как мог отвечал на них, при этом как умеют большинство людей его профессии умело выводя своего собеседника на выгодные ему выводы. Через пол часа перелета еще недавно сомневающийся Феликс уже твердо решил присоединиться к Олимпу и если бы кто-то третий спросил его о разумности такого шага, то Феликс бы смог привести несколько разумных доводов в своей правоте, твердо веря, что эти доводы придумал сам.

– То есть правильно понимаю: ваша банда самая крутая на Заполярье?

– Совершено верно, – утвердительно кивнул нирин, – Только мы стараемся не использовать термин «банда». Слово с дурной репутацией. У банд не бывает во владении полей, садов и городов. А мы уже несколько лет как просто «крупные землевладельцы». Просто с особыми правами и обязанностями.

– Откуда ты всё знаешь? – удивился Феликс, – Ты же на Заполярье впервые, как и я.

– Надо просто уметь общаться с правильными людьми, – рассмеялся Грим, – К тому же есть лазейки. Как ты уже видел у нас есть некоторое влияние и в легионе. Так что, если хорошо попросить можно многое узнать. Главное не слушать.

– Хорошо вы устроились. – задумчиво протянул Феликс, наблюдая в небольшой иллюминатор как еще недавно планета, казавшаяся не больше футбольного мяча, становится все больше и больше, постепенно занимая весь обзор и вытесняя собой далёкие звезды.

Спустя какое-то время полета в неизвестности гул двигателя стал затихать, корабль затрясло, сумасшедший в углу завыл что-то не понятное. Потом корабль качнуло в последний раз и все успокоилось. Опять раздался вой серены, открылась дверь и в неё хлынул яркий, но какой-то грязный свет. В камеру стали заходить солдаты. Они стали выводить всех наружу, несильно подталкивая, словно торопясь куда-то и направляя на заключенных оружие, при этом также не забывая перешучиваться. Среди самых разных слов и смешков чаше всего звучало навевающее трепет: – «Добро пожаловать домой».

Глава 4

Он стоял на вершине выжженного склона холма. Со всех сторон звучали чьи-то крики и отрывистые команды, а у каменистого подножия, покрытого редкой растительностью мерно тепла, бесконечная черная лента реки, по которой струились языки пламени. Она вилась вокруг него, собираясь петлей и затягивая узел словно пытаясь задушить. Прогремел взрыв, и картина перед глазами сменилась. Теперь не было ни команд, ни людей, ни даже серо зелёной травы. Его окружал горящий и плавящийся камень и страшные вопли уже не живых существ. Он тоже хотел закричать, но из горла вырвался лишь неслышный хрип, а тело словно стало весить несколько тонн. Ноги его подкосились, и он упал. Тело пронзила острая боль. Правую руку словно жгло огнем. Он поднял ее к глазам и увидел черную обуглившуюся кость. Голову как будто прошил насквозь электрический разряд, а перед глазами возникла тень в плаще и широкополой шляпе… Темнота.