Леонид Селютин – Заполярье. Мир двух солнц (страница 34)

На Заполярье новоприбывшие заключенные делились, по сути, на два лагеря. Тех, кто был связан с военным делом, доказал свою жестокость или просто перевешивал остальных мускулами, сразу забирали в банды. Они становились костяком местных сил – войском, полицией и коллекторами. А как известно, коллектор происходит от русского слова калека…

Остальных же, кто не подходил под суровые мерки уличного закона, ожидала участь чернорабочих – вечный труд за миску похлебки и крышу над головой, больше похожую на клетку.

Феликсу, впрочем, такая судьба не грозила. Он, как и многие учёные, инженеры или просто обладатели ценных навыков, пошёл по другому пути. Его знания стали пропуском в систему, возможность работать на благо «любимого хозяина». До тех пор, конечно, пока не попытаешься его сменить. Хозяином Феликса стал Эло. Именно он стоял за всей операцией по его доставке в Олимп и заочно записал хакера в свое отделение.

Как он позже выяснил, дед являлся кем-то вроде правой руки и советника здешнего босса, опытным головорезом, более полувека бороздившим окрестности солнечной системы – когда за добычей, а когда и от дозорных Легиона. Вот только при этом он совершенно был чужд всякой офисной и бухгалтерской работы. Чем очень «смешил» второго начальника Феликса – Аметиста, иногда цитирующего одну его фразу: – «Жизнь на далеком спутнике далекой планеты научила меня стрелять, водить вездеход и командовать дураками, а большего для жизни и не надо!»

Под его началом Феликс чувствовал себя как за каменной стеной. Никто из жителей Олимпа (так назвалась столица владений Архонта) и слова не мог сказать поперек воли старика. Разве что сам Аполлон…

Хотя во всем остальном пребывание на Заполярье лично для Феликса пока что выдавалось довольно неплохое. Он бы даже сказал, что в его жизни мало что поменялось: привычная работа, крыша над головой и пока что не одного «Заполярного ужаса».

Но похоже безмятежность закончилась. Он добежал до ратуши, приветственно махнул знакомым охранникам и, вбежав по лестнице, тихонько постучал в дверь своего начальника. Она бесшумно отъехала в сторону, пропуская Феликса внутрь. Эло, вопреки ожиданиям, покинув любимое кресло, стоял у большого панорамного окна, за которым открывался вид на освещённые купола Малого Олимпа. Он был не один. Рядом, подобравшись на стуле, как настороженная птица, сидел Вениамин. Его лицо было маской бесстрастия, а во рту дымилась самокрутка. Он что-то добродушно пояснял Эло, пуская вокруг себя кольца сероватого дыма, но заметив Феликса, он хитро подмигнул ему, будто бы говоря – «Ну что, вот и тебе дело нашлось».

– Опять свою гадость намешал. Так ведь и копыта отбросишь, – Отмахиваясь от папиросного дыма бурчал Эло.

– А что ты мне предлагаешь? Табаку нам редко завозят. Да и не надо гнать на местные кустики. Их много, а мне важен сам процесс… – Веня, видно ради шутки пустил в сторону собеседника пару колечек дыма. – К тому же ожидание наше закончилось…

– А, Феликс! – Эло обернулся, и его лицо расплылось в привычной, хитрой улыбке. Однако сегодня в глазах не было и тени отеческой теплоты. Лишь сфокусированная сталь. – Вовремя. Как успехи у нашего молчаливого гения?

– Прогресс есть, – уклончиво ответил Феликс, – Я ознакомился с большей частью местных возможностей. Дальше надо смотреть по конкретным задачам.

– Прекрасно. Потому что времени на раскачку больше нет. – Эло сделал шаг вперед, его трость с мягким стуком коснулась паркета. – Задачи говоришь хочешь? Вот и славно. Завтра состоится наш первый оперативный совет. Через несколько дней выезжаем на «дело». И тебе там быть необходимо.

Феликс молча кивнул, понимая, что это не предложение.

– Тебе нужно будет послушать общий план, – продолжал Эло, – и сказать, что конкретно потребуется тебе для вскрытия систем на месте. Оборудование, условия, время. Никаких сюрпризов. Понял?

– Понял – кивнул Феликс. – Какие распоряжения на сегодня?

– Во-первых, обсудить с Аметистом конкретику. Перейти с вашего языка микросхем на человечий и на совете пересказать нам. Во-вторых, вот у человека, – Эло указал на своего собеседника, – Дело к тебе. Как к специалисту. Как твой прямой начальник прошу помочь.

– Да-да – Веня выпрямился и выкатил из-под стула небольшой ящичек, с некоторым усилием поставив его на стол.

– И что это? – подняв крышку, Феликс удивленно достал из-под нее какую-то железку и, повертев в руках, положил на место – в ящике лежал голографон.

– Рация, как вы, мастер Ладин, могли заметить – задумчиво затянувшись, караванщик продолжил. – Если точнее, та самая рация, которая стояла на старой заставе, где мы нашли вас. Ее мы вывезли тоже. К сожалению, при транспортировке она немного пострадала. Я бы хотел попросить вас починить ее.

– Почему именно меня? – удивленно спросил Феликс, – Я думал в Заполярье всё чинят роботы?

– Чинят, – подтвердил подслушивающий Эло, – Но нам с Вениамином нужен свежий, не замыленный взгляд… И полная конфиденциальность.

Вениамин потушил самокрутку о подошву сапога и вздохнул:

– Видишь ли, парень, в последнее время вокруг творится какая-то белиберда. Люди пропадают, аппаратура ломается, связь иногда по несколько часов не работает. И главное, что всё это началось чуть больше недели назад. А неделю назад прибыл караван с тобой. Улавливаешь?

Эло мрачно хмыкнул, опираясь на трость.

– Создается ощущение, что в город попал кто-то или что-то чужое, что кто-то слишком много знает о наших внутренних делах. Так что почини рацию, докажи приверженность общему делу и заодно нам помоги. Все официальные каналы могут быть под колпаком. А эта штуковина, – он кивнул на рацию, – из старой, надежной партии, которую ставили еще до того, как всю сеть централизовали. Она работает на частотах, о которых все давно забыли. Почини её, сделай так, чтобы она была на ходу. Мы с Вениамином хотим иметь свой, тихий канал, на который никто не обратит внимания. Так сказать, на всякий случай. Понял задачу?

– Понял, – Феликс еще раз взглянул на рацию, и теперь она показалась ему не просто сломанным хламом, а ключом к чему-то важному и скрытому. – Разберусь.

Он вышел из кабинета Эло, оставив за спиной густой табачный дух и ощущение подступивших важных дел. Рация оттягивала руки и недовольно громыхала на каждом шагу. «И впрямь, чертовски тяжелая для такой железяки», – удивился он, поудобней перехватывая ношу.

Олимп за окнами ратуши постепенно погружался в вечерние сумерки. Включившиеся фонари отбрасывали отблеск на поверхность полупрозрачного купола, создавая иллюзию второго заката. Свет солнца стелился по крышам домов выхватывая из темноты уютные фасады «хрущевок» и блеск неоновых вывесок в «русском» квартале. Он шел через оживленные улицы, где спешившие по своим делам люди казались островками нормальной жизни в сердце планеты-тюрьмы. Контраст со стерильной тишиной лаборатории Аметиста был разительным.

Спустившись в подземный бункер, он застал кибернавта в его вечной позе – спиной к входу, погруженного в танец света голографических интерфейсов.

– Я вернулся, – констатировал Феликс, ставя ящик на свободный стол. – Эло дал новую задачку. Параллельно с подготовкой к совету.

Аметист медленно повернулся, скользнув заинтересованным взглядом по ящику, затем по Феликсу.

– Совет потребует вашей полной концентрации. Побочные проекты снижают эффективность.

– Ну что тут поделать, начальство настаивает на «свежем взгляде». И на конфиденциальности.

– Конфиденциальность – логичная мера предосторожности в текущих условиях, – безразличным тоном заметил Аметист. – Повышенная активность в эфире указывает на системный сбой. Люди думают, что наличие независимого канала может быть тактическим преимуществом.

Они обсудили несколько технических моментов предстоящего совета, обходясь общими фразами без упоминания деталей. Оказалось, кибернавт задолго до прилета землянина уже изучал строения имперской системы, собрав для своего ученика краткий конспект. – «Главное помни…» – повторил он Феликсу напоследок, – «…Никто из аппарата власти не понимает в наших проблемах и возможностях. Поэтому если получится будь с ними попроще…». Так и прошел день, в рутине кода и тихих размышлений.

Перед тем как Феликс собрался уходить, Аметист жестом указал на ящик.

– Оставьте. Я проведу первичную диагностику и калибровку компонентов. Это сэкономит вам время завтра.

Феликс, уставший и мыслями находившийся уже дома, кивнул с благодарностью. – «И правда, лучше пусть он с этим возится».

Вечер он провел в бесцельных блужданиях по городу. Олимп ночью был иным – более тихим, но оттого не менее бдительным. Звезды приглушенно мерцали в ясном небе, проглядывая сквозь легкую дымку купола, словно сквозь толщу воды. Воздух был чист и прохладен, пахло остывающим асфальтом и далеким дымком – кто-то топил печь в одном из дальних кварталов, где еще не провели центральное отопление. Но спокойствие не шло ему на ум. В голове вертелись и обрывки кода, и тяжелая рация, и стальные глаза Эло. – «Что-то они знают такое, чего не говорят мне».

Но покой ночных улиц не шел к нему. Мысль что он упускает что-то важное в порученном задании нагоняла Феликса куда бы он не пошел. Почему именно ему доверили второстепенное, по сути, действо? Проверка? Возможно. Тогда передача рации Аметисту могло бы рассматриваться как поражение. Ближе к полуночи терпение лопнуло. Решимость вернуться и забрать рацию сейчас же, не оставляя важное дело на завтрашний день, желая хоть что-то контролировать, гнала его обратно в бункер.