Леонид Сабанеев – Все об охоте. Легендарная подарочная энциклопедия Сабанеева (страница 27)
Для подчинки берутся две гладкие палки толщиной в указательный палец, длиною в 10 вершков; на этих палках, отступив от одних концов на два, а от других – на один вершок, делаются по пять поперечных зарубок в равном друг от друга расстоянии. К каждой из зарубок привязываются шнурки такой длины, чтобы с обеих сторон завязки концы шнурков были вершков по 10. Эти концы называются пожилинами. Палки с пожилинами вставляются внутрь боковых клеток и приставляются в них к подкутнику по самой его середине стоймя теми сторонами вниз, у которых свободные от зарубок концы длиннее. Затем пожилины расправляются горизонтально, каждая концами в противоположные стороны, и пропускаются соответственно тому положению во вторые от средней клетки петли боковых сторон режи, натягиваются по порядку и привязываются свободными концами к петлям режи так, чтобы подчиночные палки стояли на весу – не доходя до дна кутни на полвершка, по самой середине перегородки клетки и вершка на полтора от сетки подкутника с самым небольшим наклонением верхних концов вперед, к наружным отверстиям. Когда подчиночные палки будут установлены как надо и все пожилины туго натянуты и закреплены на реже мертвыми узлами, тогда для другой части подчинок берутся две одинаковые деревянные рогульки с посредственно широкими развилками толщиною в палец и тоньше. Эти рогульки обрезаются с их раздвоенных концов одинаково ровно на 5 вершков от нераздвоенного конца. На концах вилок делаются на одинаковых расстояниях от краев небольшие зарубки, к которым привязываются короткие шнурки, свободные концы которых на 1¼ вершка от привязок прибиваются гвоздями в узлы к наружным сторонам поперечных брусков верхней рамы так, чтобы нераздвоенный конец каждой рогульки приходился по самой середине этих брусков и свободные концы рогулек висели бы вниз отвесно, прямо, не перекашиваясь ни в какую сторону. Эти свободные концы рогулек не пускаются длиннее двух вершков от развилок, но обрезаются в настоящую меру после, как укажет подчинка.
Чтобы приладить подчинку, кутню надо поставить на высокие подмостки так, чтобы ее узкие стороны ничем не подпирались у наружных краев. К концам длинных выровненных и опущенных вниз бечевок, идущих от опадных палок, надо привязать какие‐нибудь тяжести фунтов по 5. Когда это будет сделано, опадная палка вместе с подвижной режей поднимается по промежуткам столбиков вверх горизонтально и подхватывается висячей рогулькой у самых ее зарубок; рогулька загибается через опадную палку и подобранную режу внутрь и своим одиночным концом накладывается на верх стоячей палки с пожилинами. Эта последняя палка вверху, под самым концом рогульки, слегка подвигается вперед, к началу развилок настолько, насколько это позволит упругость пожилин, и тогда на одиночном конце рогульки делается отметка как раз на половине диаметра, стоячей палки; по этой отметке рогулька обрезывается окончательно – и подчинка готова; то есть когда тем же порядком опадная палка с подвижной режей будет поднята вверх, рогулька через нее загнута внутрь и свободным концом оперта на кончик или на половину верхнего отреза стоячей палки, а длинные бечевки тянутся вниз привязанной к их концу тяжестью, то кутня подчинена. Когда ястреб, бросаясь на птичек чрез открытую сторону боковой клетки, ударится в пожилины или в стоячую палку, рогулька с последней соскочит, выбросится силой привязанной к длинным бечевкам тяжести наружу, а опадная палка в то же время быстро опустится вниз, и хищник пойман. Деревянные части кутни, а равно и сети следует окрашивать в темноватый цвет.
Кутни ставят в местах, где чаще присаживаются ястреба: у лесных опушек, лесных косогоров, отдельных больших деревьев, около конопляников, гумен и пр. Кутня ставится, если представится случай, на живое дерево, а то укрепляется на врытом в землю столбе. Под дно кутни в длину кладется прямая тонкая жердь такой величины, чтобы концы торчали аршина на полтора от кутни. На эти концы присаживаются прилетающие к кутне ястреба и легко попадают в открытую сторону боковой клетки.
Еще ловят хищников сетью из тонких и крепких ниток, длиной около 4 сажен и шириною не менее сажени с ячеями не менее 2 кв. дюймов. Сеть эта рассыпается на 4 тонких прута, воткнутых заостренными концами в землю с наклоном к середине образуемого ими четырехугольника. В центре сети на земле привязывается для приманки голубь к колышку, вплоть вбитому в землю. При этом надо соблюдать, чтобы прутья были воткнуты в землю как можно слабее; кроме того, вверху сеть слегка прицепляется к прутьям, а снизу она легко растягивается по земле и слегка прикрепляется прутиками. Сеть ставится на пригорке и вообще на видном открытом месте. Когда ястреб или сокол завидит добычу, то бросается к ней с разлета и, ударяя в сеть, роняет ее на себя вместе с прутьями, запутывается в ней. Зимою для приманки лучше брать сизых голубей, а летом – белых.
Поножи состоят из бечевки с вплетенными в нее или привязанными к ней глухими волосяными петлями. Этими поножами, торчащими в разные стороны, обвивается клетка с птичками, которая ставится на высоком поле, на открытом месте, где‐либо близ изгороди, около коих особенно любят пролетать ястреба, скрадывая добычу. Когда хищник попался в поножи, его надо спешить взять из петель, иначе он может их перервать и улететь. Чем больше сильев на веревке, тем лучше. Это способ употребляется, однако, почти исключительно для ловли ястребов.
Можно также крыть ястребов и соколов обыкновенными понцами или двойным заметом, привязывая на вспарку голубя или даже мелкую птичку. Этот способ всего удобнее применять во время пролета хищных птиц, то есть весной и осенью.
Натаска на молодую болотную дичь
В конце июня и в июле воспитание молодой собаки, предварительно дрессированной и отчасти натасканной на весеннюю дичь в поле без ружья, заканчивается натаскою на молодую болотную и лесную дичь с ружьем. В большинстве случаев молодая легавая, достаточно чутьистая, понятливая и послушная, к началу открытия настоящей охоты, то есть к 15 июля, может уже вполне служить помощником на охоте и понимает все, что от нее требуется, то есть отыскивает дичь, делает по ней твердую стойку, не срываясь и не бросаясь за взлетевшей птицей; после выстрела охотника остается на месте и по приказанию идет отыскивать убитую, делает над нею новую стойку и – буде то желательно – приносит дичь охотнику.
Натаску на молодую дичь по вышеупомянутым причинам лучше начинать в болоте. Обыкновенно эта натаска соединяется с приучением собаки к выстрелу, но лучше, если собака, особенно несколько пугливая, уже более или менее ознакомилась со звуком выстрела, так сказать, еще дома (при стрельбе в цель) и настолько, чтобы уразуметь, что выстрел не может принести ей никакого вреда. Во всяком случае, на первой настоящей охоте не следует стрелять много и часто, не следует стрелять птицу, по которой собака сорвала со стойки, и лучше, если промахов не будет вовсе. После каждого выстрела собаку подзывают и, приласкав, приказывают ей лечь у ног; хорошо натасканная легавая после каждого выстрела обязана подходить к охотнику и ждать, покуда он не зарядит ружье и не велит ей искать убитую или новую дичь. Это правило особенно важно при охоте с шомпольным ружьем, требующим для своего заряжания довольно продолжительного времени. При натаске необходимо по возможности избегать крика, который пугает дичь, и с молодой собакой не следует ходить вблизи или даже в виду собак других охотников.
Большинство русских охотников считает необходимым, чтобы собака не только отыскала дичь, но и подавала ее охотнику. Как бы то ни было, подача убитой дичи может считаться только достоинством, а не недостатком, и если собака имеет к тому врожденную склонность, то подача дичи обязательна: это награда для собаки. По мнению многих охотников, подача дичи вообще, а тем более с сухого места, совершенно излишня. Действительно, для горячих собак подача дичи даже вредна, и лучше приучать их подавать на второй-третий год. Очень многие собаки начинают впоследствии сами приносить дичь к хозяину, если он будет делать вид, что не заметил упавшей дичи, и повернется к ней спиной. Редкая не схватит и не понесет дичи; не надо только оглядываться.
Но прежде чем подать дичь, она должна ее отыскать. Для этого по слову «шерш!» собаке велят искать в том направлении, куда упала дичь (впоследствии она сама привыкает замечать это место), и, когда она сделает стойку, подходят к ней и со словом «апорт!» приказывают поднять дичь и принести ее к себе (слова «пиль!» вообще следует избегать, так как оно слишком горячит молодую собаку). Если дичь окажется не убитой, а только подстреленной, то ни в каком случае не надо дозволять собаке гнаться за нею, тем более бегать самому за дичью. В таком случае лучше добивать птицу, хотя бы сидящую или бегущую, или же оставить ее в покое, ибо, кроме того что молодая собака начинает горячиться, она, поймав еще живую и бьющуюся птицу, может получить очень скверную привычку – мять дичь.
От этого порока отучают собаку сначала тем, что позволяют ей искать убитую дичь, только когда она успокоится; если это не помогает, то подводят ее к убитой птице на сворке, привязанной к ошейнику или даже парфорсу, и, как только собака начнет трепать дичь, наказывают плеткой. Это повторяется до тех пор, пока собака не привыкнет оставлять дичь по слову «тубо!». Подстреленную, бьющуюся на месте дичь лучше брать самому, предварительно приткнув сворку к колышку. В крайнем случае можно прибегать к помощи легкого, свободного намордника. В последнее время во Франции для собак, гоняющих дичь, изобретена даже особая маска-наглазник.