Леонид Кудрявцев – Черный маг (страница 8)
После этих слов, по логике, Алвис должен был сделать шаг назад и впустить гостью в комнату. Однако он остался на месте. И не без причины. Некое шестое чувство подсказывало ему, что предсказанные дьюком неприятности вот-вот начнутся. Возможно, с этого визита.
– Ты меня боишься? Меня, слабую и беззащитную?
Девушка насмешливо улыбнулась.
Алвис хорошо понимал: для того чтобы не оказаться в ее глазах жалким трусом, ему нужно сделать шаг назад. Всего лишь шаг. Однако, он медлил.
Что-то было не так…
Ступени лестницы скрипели. Кто-то из постояльцев, насытившись, решил наведаться на второй этаж, в свою комнату.
А обладательнице серебряной маски наверняка не понравится, если ее увидят разговаривающей с таким как он типом.
Не успел Алвис это подумать, как девушка начала действовать. Ловко толкнув бродягу в грудь, так, что тот невольно сделал шаг назад, она проскользнула в комнату и захлопнула дверь. Проделано это было так быстро и ловко, что юноша едва не присвистнул от восхищения. Впрочем, тотчас опомнившись, он решил, что на правах хозяина должен встретить гостью радушно и гостеприимно. Эти сложные чувства выразились довольно незамысловатым образом. Не успела девушка в серебряной маске опомниться, как на ее талии очутилась рука Алвиса.
– Ну вот, теперь, оказавшись наедине, – заявил юный нахал. – Мы можем познакомиться поближе.
Очевидно, такой метод знакомства показался девушке неприемлемым. Она мгновенно отвесила Алвису звонкую пощечину и промолвила:
– А не слишком ли много, милый юноша, ты себе вообразил?
Алвис усмехнулся.
«Милый юноша!». Неплохое начало!
Впрочем, руку он все-таки убрал. И тем самым, возможно, избежал второй пощечины. Девушка в серебряной маске, явно принадлежала к тем особам, которым врезать по физиономии зарвавшемуся ухажеру – проще пареной репы.
Кстати, щека, вошедшая в соприкосновение с небольшой, но сильной ладошкой гостьи, ощутимо болела. Машинально ее потрогав, Алвис покачал головой.
– Если в твоем понимании "много" это всего лишь слегка больше "ничего", то наше знакомство не будет долговременным.
Ответ последовал незамедлительно.
– А если в твоем понимании хамские манеры всего лишь "ничего", то его не стоит и продолжать.
Алвис закусил губу.
Неплохо. Прелестница показывает зубки. Да еще как. Но отступать рановато. Все-таки, она пришла сама. Стало быть, ей что-то было от него нужно. Остается лишь выяснить что именно. А для этого неплохо бы попробовать гостью на прочность.
– Тут ты права, – сказал юноша. – Может и в самом деле…?
Он бросил на барчунианку испытующий взгляд.
Та отреагировала мгновенно. Вздохнув, она шагнула к Алвису и тихо сказала:
– Ставишь условия?
– Условия ставят тогда, когда заключают соглашение, – осторожно сказал юноша. – А мне кажется, ни о каком соглашении пока еще не было речи. Или я ошибаюсь?
– Ах, – девушка вздохнула еще раз. – Значит, я ошиблась. Ты всего лишь холодный, расчетливый торговец. Первая мысль, возникающая у тебя в голове при встрече с существом другого пола, касается каких-то там соглашений.
– Но я.… – хотел оправдаться Алвис.
– Молчи! – повелительно приказала ему барчунианка. – Я знаю о чем ты думаешь. Неужели все вы, мужчины, одинаковы? Неужели вы, общаясь с красивой девушкой, не можете думать ни о чем кроме о ее тела?
У Алвиса возникло странное ощущение.
Все было правильно. Девушка в маске возмущалась, потому что он и в самом деле вел себя по-хамски. Вот только, что-то тут было не так. Может, потому что она переигрывала?
Слегка, самую малость, но все-таки… Да, переигрывала.
Алвис вдруг понял, что его слова не вызвали у девушки почти никаких эмоций. Так, легкую досаду. Да и то лишь потому, что были сказаны рано. Произнеси он их минут на двадцать позже… И тогда все было бы как надо, как положено, по сценарию. Этот сценарий нигде не записан, никем не оглашен, но он стар как мир, и использован бесчисленное количество раз. Сценарий обольщения. Тот самый, в котором хотя бы раз в жизни принимали участие каждый мужчина или каждая женщина в мире, предшествующий любви, или ненависти, или равнодушию, или честной, обоюдовыгодной сделке, в которой и мужчина и женщина получают желаемое… Желаемое… Мужчина, конечно, жаждет получить женщину, а вот женщина… гм, тут возможны, как говорится, варианты и варианты…
В самом деле, что ей от меня нужно? – подумал Алвис. – Что ее могло заинтересовать в нищем человеке дороги?
Он внимательно посмотрел на девушку. Для этого даже отступил в сторону на пару шагов. И конечно, едва не споткнулся о кровать.
А барчунианка между тем вещала:
– … и ты делаешь эти нескромные предложения только мне, той, которая, презрев явную опасность, явилась в эту убогую комнатушку, прекрасно понимая, что тем самым…
Алвис хмыкнул.
Он не ослышался. Она так и сказала – "презрев".
Однако…
– И конечно, мои опасения оказались обоснованными. Стоило только мне переступить порог этого гнезда порока, как ты сейчас же…
Она явно так может вещать часа, подумал Алвис.
– Ладно, – сказал он. – Ты своего добилась. Мне это надоело. Выкладывай, что там от меня надо. А если ничего говорить не собираешься, то тебе стоит лишь сделать пару шагов, чтобы очутиться в коридоре. И не забудь закрыть за собой дверь.
Он присел на кровать и посмотрел на пол.
Шероховатые, некрашеные доски. Скорее всего, их не меняли с момента постройки гостиницы. Наверняка город тогда был еще поселком на пару десятков домов. Может, его тогда еще и не было. Довольно часто первым домом, построенном в будущем поселке, является как раз гостиница. По крайней мере в этом мире.
Кстати, Алвис ничуть не лукавил.
На него и в самом деле снизошло некое вселенское безразличие. Ясно, так, словно он был путником, который долго шел в полной темноте и неожиданно вступил из нее в ярко освещенную комнату, он понял, что слова, здесь и сейчас, в эту минуту, не имеют значения. Более того, слова мешали, в первую очередь ему, потому что они являлись ширмой, дымовой завесой, с помощью которой гостья пыталась его обмануть.
Обмануть? А почему бы и нет? Для чего иначе она к нему пришла? Кончено, не поболтать о погоде и падении нравов. Нет, она пришла для того, чтобы его обмануть и использовать, втравить в какую-то историю.
– Эй, юный вандал, – сказала девушка. – Ты что, не желаешь меня слушать?
Алвис пожал плечами.
Ему было все равно. Конечно, сейчас девушка в серебряной маске будет врать, может быть долго, но рано или поздно ей придется сказать правду, по крайней мере ее часть, и тогда он поймет, стоит ей помогать или нет.
– Если ты сейчас со мной не заговоришь, – промолвила барчунианка, – то я немедленно…
– Уйдешь? – ухмыльнулся Алвис.
– А что, и уйду!
Вероятно, она даже не обманывала.
И значит, пора было начинать игру. Другими словами – торговлю, предшествующую сделке. Дело не в словах. Главное – пора было начинать. Ему было не впервой. Люди дороги учатся торговаться чуть ли не с пеленок, ибо от этого умения частенько зависит их жизнь. Так же, как и от многих других.
А сейчас?
Там будет видно, чувствуя, как в нем возрождается решительность, подумал Алвис. – Там будет видно. Главное – начать.
Он улыбнулся. Он всегда улыбался, начиная торговаться. Это помогало сойти за простака. А он… сейчас он и был простаком, которого обмануть так же легко, как сварить похлебку из молодых побегов древопапоротника.
– И он еще скалит зубы! – фыркнула девушка. – Наглец!
– А почему не улыбаться? – пожал плечами Алвис. – Ты удивительно, просто замечательно красива. Ах, ну почему ты так злишься? Тебе это не к лицу.
Он не врал. Ему и в самом деле приятно было на нее смотреть. Чем-то она ему напоминала сделанную хорошим мастером куклу. Может дело было в ее полных, красиво очерченных губах? Или так действовали ее глаза? Глаза…
– Гм… к лицу… – задумчиво проговорила девушка. – Ты уверен?
– Совершенно, – заверил ее Алвис. – Давай попробуй на меня еще раз прикрикнуть. Ну, не стесняйся, начинай…
Он добился своего. Барчунианка словно бы нехотя улыбнулась. Она делала вид будто не совсем понимает, что именно происходит. И делала это хорошо. Но Алвис знал – она уже сообразила, что игра началась и теперь в ней участвовала. По правилам или без правил – не важно. Она была готова вести игру, и твердо рассчитывала выиграть.
Вот и прекрасно. Он – тоже.