Леонид Карпов – Карпики: Поэзия трех шагов по паркету и четвертого – в «ни в куда» (страница 12)

Пока не запутался в собственных длинных ногах.

*

Я замер у зеркала, глядя на свой новый фрак,

Я был воплощением светского лоска и стати,

Сегодня я должен был стать королем этой ночи…

Пока не увидел, что на шее торчит красный прыщ.

*

Я вел ее к выходу, крепко сжимая ладонь,

Мы были как Бонни и Клайд перед вечным прыжком,

Я гордо толкнул эту дверь, уходя в неизвестность…

А на ней было крупно написано: «К себе».

*

Я долго давал указания своим подчиненным,

Был строг и логичен, как старый суровый хирург,

Все слушали молча, боясь пропустить хоть нюанс…

Пока у меня на макушке не встал дыбом волос.

Стихи о трех актах Шекспира и одном антракте в туалете

Я сделал ей предложение в самом крутом ресторане,

Скрипач заиграл, и весь зал затаил свой восторг,

Я ждал ее «да», замирая от счастья и боли…

– А можно я сначала доем – стейк за пять тысяч остывает?

*

Я вел этот важный аукцион по продаже земли,

Мой молоток опускался, как молот Тора,

Я чувствовал власть над судьбой и большими деньгами…

Как вдруг из штанов заиграла «Песенка Мамонтенка».

*

Я замер на сцене, закончив великое соло,

Гитара дрожала, как нерв обнаженной души,

Зал ждал, что я кину им медиатор как сердце…

Но он наглухо прилепился к вспотевшему пальцу.

*

Я вел ее в номер, окутанный дымом и тайной,

Взгляд мой сулил ей миры и запретный восторг,

Я веско шепнул: «Ты сегодня узнаешь все небо»…

Но выяснил: «небо» на пятом, а мы – на втором.

*

Я в банке просил миллион на развитие дела,

Был точен в расчетах, уверен в себе и строг,

Кредитный эксперт изучал мой решительный профиль…

Пока я не начал со свистом тянуть сок из трубочки.

*

Я гордо стоял на носу белоснежной яхты,

Смотрел на прибой, как хозяин морских дорог,

Ветер трепал мои волосы, словно знамя…

Пока мне в лицо не прилетела мокрая тряпка с камбуза.

*

Я вышел к доске, чтоб решить это вечное «икс»,

Весь класс замер в страхе перед моим интеллектом,

Я мел занес, как клинок над главой побежденных…

И он с диким скрипом сломался у самого корня.

*

Мы шли по мосту, и я клялся в любви до гроба,

Слова мои падали в воду, как тяжкий хрусталь,

Я ждал, что природа затихнет в немом восхищенье…

Но тут под мостом очень громко залаяла шавка.

*

Я вел репортаж из горячей и знаковой точки,

Был мужествен, прям и не прятал затылка от пуль,

Зритель у окон застыл, сопереживая герою…

Пока я не начал неловко поправлять трусы через джинсы.

*

Я сел в первый ряд на показе высокой моды,

Смотрел на моделей с лицом пресыщенным и злым,

Все видели в этом мой вкус и глубокое знание…