Леонид Карнаухов – Балтийский реванш (страница 3)
– А кто будет взаимодействовать с русскими? Язык же нужен.
– Ну русским языком никто из наших не владеет. Переводчика наймут, если что. Тут с английским бы найти. Я хочу это дело поручить Гомесу и его группе. Гомес говорит по-английски. Немного, правда.
– Гомес, это который?
– Ну рыжий такой, кличка Рубио. Ты что не помнишь?
– Так бы и сказал, Рубио. А то мало-ли в Колумбии Гомесов. Этот, вроде, адекватный.
– Ну да. Вроде.
– Моих-то в штатах арестовали. Группу Флако. Сразу шестерых. И Наварро куда-то пропал. Возможно, его тоже.
– Ну, Флако особой сообразительностью не отличался, по-моему.
– Согласен. Слушай, дон Альберто. Есть один русский, который мне задолжал. У него партия изумрудов осталась очень приличная. Груз тогда в Майами тоже по его наводке арестовали. Да и группу Флако, похоже, тоже. Зовут Андрей Максимов. Данные я дам. Он, вроде, из Санкт-Петербурга. Паспорт ему там выдавали. Пускай Рубио с группой займутся, раз уж они туда едут. Пробьют и прижмут его. Камни надо вернуть. У него есть девчонка, колумбийка. Сейчас она в Майами учится. Они могут встретиться. Можно попробовать через неё выйти. Но лучше через этих русских заказчиков всё узнать. Должны же они помогать партнерам по бизнесу.
– Я понял тебя, дон Сезар. Все сделаю. Давай, не скучай тут. Я поехал готовить отправку. Буду держать в курсе.
– Адьос, дон Альберто!
***
На следующее утро после приезда домой я позвонил отцу.
– Пап, привет! Как дела?
– Макс, ты вернулся? Дома уже? – отец, как и все, тоже называл меня Максом. Причем, и его самого друзья называли Максом. Он ведь тоже Максимов, и прозвище напрашивалось само собой. В этих Максах можно было запутаться, и некоторые из них называли меня Макс 2 для ясности. Но для отца я был просто Макс. Самого себя он, видимо, Максом не называл.
– Да, дома.
– Когда к нам собираешься?
– Да хоть сегодня. И ты не спрашиваешь, почему я вернулся раньше времени?
– Да мы тут уже наслышаны о твоих приключениях.
– Интересно откуда?
– У тебя есть верные друзья, если ты не забыл. Димка Кукушкин, например.
– А, понятно. Он что, уже вернулся с контракта?
– Да. Причем он уже неделю у меня работает. И рассказывает о тебе много интересного. Какая-то колумбийская красавица, мафия, мотоцикл, стрельба из пистолетов. Боевик, в общем.
– Он ещё не все знает. Классно, что он у тебя. И в каком отделе?
– Во фрахтовом.
– На моём законном месте? Я ведь, кстати, тоже созрел осесть на берегу.
– У нас в этом сезоне просто завал. Работы всем хватит. Слушай, мне сейчас не очень удобно болтать. Сегодня пятница. Давай, приезжай в контору. Пообщаешься с ребятами. А потом вместе поедем на дачу. Мама тебя ждет.
– Хорошо, приеду. А маме сейчас позвоню. Она на работе?
– Нет. Она сегодня дома. Звони на мобильный. И мы тебя ждем.
Офис отца находился в Коломне на улице Декабристов. Коломна, это район такой мещанский между Мойкой, Фонтанкой и Пряжкой, а не город в Подмосковье, как многие могли подумать. В этом офисе я бывал частенько и любил туда приезжать. Мне нравилась деловая суета морского агентства. А еще там работали несколько моих однокашников по училищу – Колька Мазин, Серега Киселев, Толик Ртищев и Леха Зырянов. Просто отец знал их всех ещё по временам моей учебы в Макаровке и использовал это в своей кадровой политике.
А теперь, значит, и Димка Кукушкин там. Трепло несчастное. Всё разболтал. Всё, что знал. Даже про Дженни. Хотя, не рассказать про Дженни во всей этой истории, значит не рассказать ничего. Она исполняла главную роль. А Кукушонок всегда отличался болтливостью. Хранить тайны – это не про него. В общем теперь весь офис знает про мои колумбийские похождения. Ну и ладно. Что такого? Конечно, есть детали, о которых распространяться не стоит. Но Кукушка о них не осведомлён. Мафия латиноамериканская, опять же, за океаном. Очень сомнительно, что рассказы Кукушкина до неё дойдут. Хотя, в наш век Интернета…
Первая, с кем я столкнулся прямо в коридоре, была Ленка, делопроизводитель, секретарша, переводчик и хозяйка офиса. И Ленка, конечно, сразу же бросилась со мной обниматься.
– Макс, привет! Ты вернулся!
– Ленка, привет! Отпусти, задушишь.
– Про тебя тут столько всего говорят!
– Не верь всему, что говорят. Врут, как обычно.
– Да ладно, врут. Такое не придумать. Я слышала, ты к нам устраиваешься? Классно!
Нет, ну что за контора! Я ещё вчера не был уверен в том, что пойду на берег работать, только обдумывал, а тут меня уже, можно сказать, зачислили. И все уже это обсуждают. Воистину, Питер – город маленький. А Ленка, конечно, как всегда самая осведомленная.
– Ты, как обычно, всё про всех знаешь.
– У меня работа такая.
Ленка, симпатичная, веселая, жизнерадостная блондинка, мне нравилась. После развода были даже мысли замутить с ней какую-нибудь романтическую историю. И она, похоже, была не против. Но не случилось. Вызвали и отправили на судно. А теперь извини, Лена. Любовь у меня. Нечаянно нагрянула. Когда я её совсем не ждал. Так что, останемся друзьями.
– Слушай, а отец не занят?
– Занят. Они там с Петровичем и еще с каким-то типом закрылись и что-то обсуждают уже два часа. Пойдём, я тебе кофе сделаю.
По части кофе Ленка была непревзойдённым мастером, и отказаться было выше моих сил.
– Делай. Давай только минут через тридцать, я пойду с ребятами поздороваюсь.
Когда я зашел в агентский отдел меня чуть не смело могучим ураганом, состоявшим из Мазы, Кисы, Ртищева и Лехи Зырянова. Они трясли руку, хлопали по плечу и бурно выражали свой восторг от встречи.
– Мужики, вы меня покалечите.
– Макс, ты уже на работу?
– Да я только вчера вечером прилетел. Откуда такая информация?
– Слухи ходят, что ты к нам собрался.
– Не контора, а Сытный рынок какой-то. Рассказывайте лучше, как дела.
– Работы полно. Только с овощами из Голландии по три судна в неделю приходит. – пояснил Леха Зырянов. Леха был начальником агентского отдела. – И у нас пополнение.
Меня познакомили с двумя новыми экспедиторами, Эдиком Гуниным и Сашкой Козловым. В отличие от остальных, они не были моими однокашниками, но тоже были выпускниками Макаровки. Заканчивали на два года позже. Набор новых сотрудников лучшим образом подтверждал, что дела идут неплохо.
– А где Кукушкин?
– А вот он, не ждали? – Димка неожиданно появился в дверях, видимо привлечённый шумом. Мы обнялись.
– Ну что, Кукушкин, сдал меня со всеми потрохами?
– Что значит сдал? Ну рассказал немного о твоих похождениях друзьям. Все же свои. Что такого?
– Да ладно. Всё нормально. Просто приезжаешь, а о тебе уже говорят. Получается, страна знает своих героев. А ты не дал мне возможность преподнести мою версию событий.
– Да преподнесёшь еще. Кстати, давайте соберемся. Выпьем, посидим. Макса послушаем. Может, сегодня?
– Нет, сегодня никак. Я на дачу. Ещё родителей не видел. Давайте на следующей неделе.
– Договорились. И давай, приходи работать. Я зашиваюсь один.
– Ладно. Пойду с отцом поговорю. И по этому поводу тоже.
Ленкино рабочее место находилось в просторной проходной комнате между кабинетом отца и кабинетом Петровича. Александр Петрович Тихомиров был старым другом отца. Они вместе учились всё в той же Макаровке, а потом работали в Балтийском пароходстве. Я знал его с детства. Этот бизнес они начинали вместе, Петрович был младшим партнером и финансовым директором. Кроме этого, когда было нужно, он занимался фрахтованием и вопросами агентирования. Затыкал то и дело появляющиеся кадровые дырки.
Когда я, наконец, добрался до приемной, Петрович с отцом еще не освободились. А Ленкина кофемашина была раскочегарена и выпускала пар, как паровоз, готовый отправиться в очередной рейс с Николаевского вокзала.
– Тебе как обычно, со сливками?