Леонид Карнаухов – Балтийский реванш (страница 1)

Балтийский реванш

Глава 1

Вы когда-нибудь встречали знакомых в международном аэропорту? Ученые математики могут составить формулу для расчета вероятности такой встречи. Но и без формулы ясно, что такая вероятность крайне мала. Но чудеса случаются.

Я бродил по аэропорту Схипхол уже часа три после утомительного перелета Майами -Амстердам. В аэропорт Майами меня отвез спецагент УБН Фриман лично. Экстрадировал, так сказать. Нечего, мол, морякам, отставшим от судна, болтаться по территории Соединенных Штатов. Он даже на прощанье печально помахал мне рукой, когда я прошел регистрацию и вошел в зону вылета аэропорта. Я помахал ему в ответ. До свидания, Пол! Вернее, прощай! Не думаю, что нам снова суждено свидеться. Дело свое для УБН я сделал, а теперь давай, Макс, вали на все четыре стороны. Агент больше не нужен.

Ну что же, я не парился. Домой лечу, в конце концов. В славный город Питер. В город на Неве. Жалко только было расставаться с Дженни. Она оставалась лежать в больнице после ранения под охраной двух вооружённых спецагентов. Перед поездкой в аэропорт Фриман отвез меня в Palmetto General Hospital. Прощанье получилось коротким.

– Выздоравливай скорей. И до встречи. Я полетел.

– Лети, Макс. И помни, я очень люблю тебя!

Дженни не плакала, а у меня навернулись слезы. Поэтому я быстро вышел из палаты, от стеснения, так сказать. Суровым мужчинам не положено лить слезы при расставании с любимой. Но Женька, кажется, заметила, судя по ее грустной улыбке. А ведь мы знакомы с ней всего-то месяца полтора. Событий, правда, за это время случилось столько, что хоть роман пиши. О любви и дружбе. А еще о криминальных картелях.

Контракт у меня получился коротким, но насыщенным. Теперь придется дома объяснять. Провожали-то меня на полгода, а возвращаюсь я через два месяца. Ладно, что-нибудь придумаю. В агентстве тоже придется объясняться, почему я с парохода сбежал, нагло и без предупреждения. Им, наверное, пришлось срочно искать старпома на «Carribean Spirit». А с другой стороны, это их работа. Человеческий фактор ещё никто не отменял. К тому же в УБН мне выдали серьезную справку, говорившую о том, что я был снят с судна для выполнения серьёзного государственного задания. Типа, «То, что сделал предъявитель сего, сделано по моему приказу и на благо Франции. Ришелье». Так что, есть чем отмазаться.

А может, пора уже завязывать с этими контрактами? Пять лет уже почти мотаюсь под иностранным флагом с небольшими перерывами на отпуск. Сколько можно? Достало! И с Женькой мы теперь по разные стороны океана. Видеться с ней часто пока не получится. А если я продолжу на контрактах работать, то может совсем не получиться. Скажем, у нее каникулы, а меня отправят куда-нибудь. И не в Карибский бассейн, как теперь, а, например, в Юго-Восточную Азию. Там тоже всяких гонконгских гангстеров хватает. Или еще неизвестно куда. Мир велик. И отец в фирму зовёт. Думай, Макс. Денег я от мафии получил прилично. Не на всю оставшуюся жизнь, конечно, но на первое время хватит. А если ещё и УБН организует оплату агенту за проделанную нелегкую работу, как обещали, то совсем будет неплохо. В общем, решено. Пора осесть на берегу. А то уже почти возраст Иисуса Христа, а ничего существенного в жизни ещё не совершил. Зато я девушку встретил, наконец, такую как надо. Настоящая любовь, мне кажется, тоже немало. В том, что любовь настоящая, я не сомневался. Женька не выходила у меня из головы и из сердца тоже.

Аэропорт в Амстердаме – это в первую очередь торговый центр. Всё есть. Даже автомобиль можно приобрести. Элегантный зеленый «BMW» пятой серии стоял на небольшом постаменте и поблёскивал полировкой. Наверное, для таких экстравагантных и состоятельных туристов – прилетел в Амстердам, тут же приобрёл автомобиль и отправился путешествовать по Голландии. Я путешествовать по Голландии не собирался, поэтому с автомобилем решил повременить пока. Но по магазинам пошатался, купил подарки. Отцу – бутылку «Glenfiddich», шотландский, односолодовый, в красивой цилиндрической коробке. Ему понравится. Маме – духи, «Magie Noir», классические, дорогие и тоже в красивой коробке. Светке, жене бывшей, решил ничего не покупать. И не потому, что денег жалко, а потому что вдруг поймёт не так. Ещё подумает, что хочу отношения возобновить. Нет, не хочу. Да к тому же у неё наверняка уже кто-то есть. Девчонка-то видная. Себе тоже купил подарок – зажигалку «Zippo» с кондором на корпусе, кожаным футляром и дополнительным топливным баллоном. С кондором как память о Колумбии. Помнится, над нами с Женькой тогда в Андах кондор парил. Она ещё сказала, что он хозяин этих мест. Эх, воспоминания преследуют. Насыщенный контракт получился.

Набродившись по магазинам, я осел в баре неподалеку от своего зала вылета, взял кофе и двойную порцию «Джек Дэниелс» и стал ждать.

– Не спи, Макс, замёрзнешь. И на самолет опоздаешь. – Я проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо.

– Виталик, а ты как здесь?

– Как, как. Домой лечу. Пойдем, уже на посадку зовут.

Встретить знакомого в таком городе, как Питер, всегда удивительно. Все-таки пять миллионов населения. А встретить приятеля в международном аэропорту ещё удивительней. Вот вам и низкая вероятность. С Виталиком Чумаченко, по прозвищу Чума, мы провели детство в одном дворе на Петроградской стороне. Он был на два года старше и во дворе считался лидером. И не только считался, но и был им. Он даже у наших родителей пользовался авторитетом. Считалось, что если с нами Виталик, то можно не беспокоиться и отпускать детей хоть на соседнюю улицу. Или ещё куда подальше. Например, в близлежащий клуб, куда мы бегали смотреть кино, а отъявленные пацаны из соседнего двора нас грабили, появившись из-за угла большой кампанией.

– А ну-ка, давай двадцать копеек.

Если Виталька был с нами, они даже не подходили. Особенно после того, как он при всех набил морду их лидеру Мишке Зыкову, по прозвищу Мишаня. Мишаня, правда, утирая сопли и кровь, поклялся отомстить. Но месть как-то затянулась.

А потом, когда мы уже были подростками, Виталик просто спас Машку Семенову от изнасилования. Машка по глупости выпила на восьмое марта в компании Зыкова. Они уже были готовы этим воспользоваться, но тут появился Чума. Честь девушки была спасена.

Светловолосый, спортивный, с открытым взглядом, Виталик был всегда готов к активным действиям. А главное, он защищал ребят с нашего двора, как будто выполнял какую-то священную миссию. Все девчонки, конечно, были в него влюблены по уши. Пользовался этим Чума или нет, сказать не могу. Информация отсутствует. А потом весной, когда я учился в девятом классе, его забрали в армию. Мы знали, что он попал служить в ВДВ. Говорили, что его часть послали в Афган. А когда Виталик дембельнулся, я уже служил в своей морской пехоте Черноморского флота.

Встретились мы только через четыре года, когда я тоже демобилизовался и поступил в Макаровку. Посидели, выпили, поговорили. Он толком ничего о себе и не рассказал.

– Ты, я слышал «за речкой» служил?

– Было дело. А ты?

– Тоже поучаствовал.

– А сейчас, значит, на моряка пошел учиться? Ну правильно, по стопам отца.

– А ты чем собираешься заниматься?

– Да есть тут всякие предложения.

Всякие предложения, видимо, касались чего-то криминального. Виталик не стал распространяться, а я не стал настаивать. Друзьями мы не были, хотя относились друг к другу с симпатией. Потом я слышал, что он в конце восьмидесятых, вроде, прибился к какой-то ОПГ, но не выяснял. В Макаровке появились новые друзья, новое общение. Жизнь двора отошла на второй план. Многие из компании Зыкова сели. Наши разбежались. Кто учился, кто служил, девчонки замуж повыходили. И тут на тебе, Чума, собственной персоной. В сером деловом костюме и длинном пальто он выглядел преуспевающим бизнесменом.

В самолете я попросил длинного и худого голландца, сидевшего рядом с Виталиком, пересесть на моё место у иллюминатора, а сам уселся в его кресло, и мы продолжили общение.

– Ты откуда летишь? С парохода?

– Ну да. Из Майами после контракта.

– А с морем не думал завязывать? Сейчас столько возможностей на берегу.

– Да вот как раз сейчас сидел и об этом думал.

– Во сне?

– И во сне тоже. Отец давно зовет в свою фирму. Пора принимать предложение.

– А что за фирма?

– Морское агентство. «Silver Shipping» называется.

– Слушай, а фрахт он сможет сделать?

– Судно зафрахтовать?

– Ну да. У нас тут контракт намечается. Я как раз по этому поводу на переговоры летал. Груз будем отправлять в контейнерах. Каждый месяц, а может и чаще.

– Конечно. Я, скорее всего, фрахтованием и буду заниматься.

– Классно, Макс. А я голову ломаю, к кому обратиться. Первая отправка будет готова примерно через месяц. Давай контакты.

– Вот пока мой домашний, а рабочий сообщу чуть позже.

– Ты где живешь сейчас?

– Да все там же. На Зверинской.

– В том же дворе? Круто!

– Это наша родина, сынок. А с тобой как связаться?

– Вот мой мобильник. Этого достаточно. Ты бы тоже завёл себе мобилу. Для бизнеса незаменимая вещь.

– Устроюсь на работу, куплю обязательно. Слушай, а груз-то какой?

– Продукты питания. Разные. В контейнерах 20-ти футовых. И мясо в 40-футовых рефконтейнерах.

– Ты не в супермаркете работаешь, случайно?