Леонид Каганов – Команда Д (страница 5)

– Давай я тебя ещё раз поцелую – неожиданно предложила она и сама себе удивилась.

– Давай! – парень обрадовался и подставил щёку.

Яна сжала ладонями его лицо, развернула к себе и чмокнула прямо в губы. Вдали послышался гулкий топот – бежала рота солдат.

– Всё, пока! – Яна схватила с асфальта сумку и накинула её на плечо.

– Ты придёшь завтра! – сказал парень.

Яна не поняла какая у него была интонация – то ли утвердительная, то ли просящая.

– Посмотрим. – Яна не оборачиваясь пошла по аллее вперёд.

– Раз-два! На месте – стой! – послышался далеко позади голос отца и топот многих ног смолк. – Ровняйсь! Смирно! Разминка окончена. Сейчас будет кросс пятнадцать километров! Готовы?

«Совсем папаша одурел. Все сегодня одурели» – решила Яна и ускорила шаг.

– Почему не слышу ответа «так точно»? – рявкнул отец.

– Так точно! – раздались нестройные запыхавшиеся голоса.

– Молодцы. Шучу. С первым апреля, орлы. Вольно! Разойтись! Шагом марш в столовую! Занятие окончено, все свободны.

В этот вечер Яна долго не могла уснуть. Обычно она засыпала сразу, как только голова касалась подушки. Часы в комнате родителей пробили двенадцать – наступило второе апреля. Через шесть часов её разбудит отец и начнётся обычная утренняя тренировка… Затем снова школа… А Яне хотелось только одного – чтобы её ещё раз назвали котёнком. Теперь она уже не сомневалась, что завтра (или уже сегодня?) после школы пойдёт сразу к гаражу спецтехники. С этой мыслью она заснула. Ей снился странный цветной сон, будто она сидит верхом на створке ворот гаража и железная дверь не больно впивается ей в джинсы, а внизу стоит этот парень, только уже в штатском, и раскачивает створку, и никого кругом нет, и светит солнце.

– Эй, дверь обломится! – кричит ему Яна.

– Всё будет нормально, ты только расслабься и держись крепче! – кричит ей снизу парень, и всё быстрее и быстрее раскачивает створку как качели.

Яна изо всех сил сжимает колени, ощущая сквозь джинсы тёплое железо и цепляется руками за тёплую ржавчину, а створка качается всё быстрее и вот уже весь мир вокруг сливается в одно радужное пятно и Яне невыразимо приятно, но в этот миг створка останавливает свой плавный полёт и начинает мелко трястись на месте – неприятно и грубо. Яна открывает глаза и видит перед собой отца, трясущего её за плечо.

– Подъём, дочка! На зарядку. Через пять минут чтоб была внизу – отец как всегда выходит из комнаты.

Яна нехотя откидывает одеяло, погружаясь в пронзительную утреннюю прохладу и быстро одевается.

В этот день после школы Яна обнаружила гараж запертым. Как бы между прочим побродив по аллее городка, она вернулась домой и засела за уроки. Уроки делать очень не хотелось. Затем она ещё раза два выходила из дому, придумывая себе разные предлоги – и каждый раз проходила вдоль по аллее мимо гаража, непривычно ощущая как замирает в груди сердце. Гараж был заперт и неприступен. То же повторилось на следующий день, и через день. Яна уже решила, что не увидит больше никогда этого солдата, и на четвёртый день не пошла после школы к гаражу, а пошла домой короткой дорогой – сразу из посёлка, где была школа, через заброшенный полигон, где ещё четыре дня назад было грязи по колено. Но к вечеру Яна всё-таки пошла прогуляться, а поскольку аллея в городке была единственным более-менее ухоженным местом, то конечно Яна пошла по ней мимо гаража. Издали она увидела, что дверь приоткрыта, и сердце её забилось. В следующую секунду Яна призадумалась – а действительно ли в гараже тот солдат, и только ли он? Ведь в гараже могут быть и механики, и вообще кто угодно.

Хотя гараж этот был недействующий. Действующие гаражи, где постоянно шла работа, ремонтировались какие-то грузовики и легковые машины то ли начальства, то ли на заказ, где стоял уже год автобус с побитыми стёклами – эти гаражи находились в другом конце городка, ближе к шоссе. А гараж на аллее, точнее здоровенный полукруглый ангар, хранил в себе наверно на случай войны экспонаты боевой техники – какие-то гусеничные самоходные паромы, миноукладчики и ещё пару машин, каких именно Яна не знала – с тех пор, как семья переехала сюда из Выборга, из гаража ничего не выезжало.

Яна осторожно подошла к раскрытой створке ворот и заглянула внутрь. Внутри было темно, веяло какой-то сыростью. В глубине виднелись тёмно-зелёные корпуса машин и никого не было. За спиной послышался шорох и Яна резко обернулась.

– Привет, принцесса! – перед ней стоял тот самый солдатик. – А я уж хотел к тебе незаметно подкрасться.

– Ко мне трудно подкрасться незаметно. Ты рад меня видеть?

– Не то слово, принцесса! Знаешь как я по тебе скучал?

– Правда? – вырвалось у Яны.

– Гори огнём моя пилотка! – сообщил парень.

– А что ты здесь делаешь?

– Да ничего в общем-то. Это называется – консервирую. Начтех распорядился чтобы я напоследок убрал гараж и обмазал всё что можно солидолом – вон банка стоит.

– А почему напоследок?

– Потому что я завтра ухожу в дембель.

– Завтра? – повторила Яна и в её голосе звучало удивление, смешанное с какой-то обидой.

– Завтра. Вечером уже буду в Москве.

– У тебя уже есть билет?

– Да нет, ну какой билет у солдата? Поеду на грузовике в Ярославль – тут как раз идёт один, я уже говорил с водителем, – а там сяду в электричку и к вечеру дома.

– Есть такая электричка от Ярославля до Москвы? – спросила Яна потому что не знала что ещё спросить.

– Да. Специально для демобилизованных принцев. Шучу. Конечно есть, на электричках можно проехать везде. Как на вездеходе. Но с пересадками. Часа два до Александрова на одной электричке, потом на другой часа два до Москвы. Ну может чуть больше.

Яна молча и грустно смотрела на него.

– Ты видела когда-нибудь вездеход? – спросил парень.

– Смотря какой. Один видела. Даже управлять им умею.

– А супертягач БАТ-2М?

– Что такое БАТ-2М?

– Пойдём покажу. Только давай дверь прикроем, а то… ну просто прикроем.

Яна осторожно шагнула внутрь гаража, а парень со скрипом закрыл створку и задвинул её изнутри деревянным бруском. Наступила почти полная темнота.

– А свет здесь есть? – спросила Яна.

– Я тебе открою военную тайну, только не продавай её американцам. – Яна почувствовала как парень переместился и шагнул к ней ближе. – Дело в том, что этот ангар совершенно не готов к войне с предполагаемым противником. А с непредполагаемым – тем более. – Очень аккуратно, словно опасаясь удара, парень положил ей руки на талию. Яна не отстранилась. – В этом ангаре не работает электричество, водопровод, хотя и водопровод был сюда проведён когда-то – вообще ничего не работает. И вся техника находится в такой глубокой… короче в совершенно заколдованном состоянии. Пойдём смотреть БАТ-2М.

Парень нащупал руку Яны, повернулся и шагнул в темноту, Яна двинулась за ним. Глаза уже привыкли к темноте, и Яна различала тени вокруг – гараж казался внутри ещё больше чем снаружи. Они шли вдоль рядов машин, Яна узнавала некоторые контуры – вот ГСП, гусеничный самоходный паром, вот траншеекопатель, миноукладчик, вот ещё какой-то монстр…

– Вот и пришли. – сказал парень и остановился.

Яна оглянулась – вверх, насколько хватало глаз, уходила огромная кабина, чёрной тенью выделяясь в сумраке гаража.

– Это и есть БАТ-2М?

– О, да. Великая и могучая машина. Такие расчищали завалы на Чернобыльской АЭС. Не бойся, не эта. Из местных украинских гарнизонов. – Смотри, – парень засунул руку за пазуху и достал продолговатый предмет. Выпыхнул свет.

– У тебя был фонарь? – удивилась Яна.

– Фонарь выдан мне начтехом для проведения гаража в боевой порядок, – гордо ответил парень. – Фонарь домашний, выдан под честное слово.

– Что же ты его раньше не зажёг? В глаза не свети, дурак.

– Экономил казённые батарейки из домашнего арсенала товарища начтеха. Смотри на величие советской армии.

Парень направил струю света на кабину. Кабина конечно была большая, но не такая большая как поначалу казалось в темноте. В общем-то обычная кабина большого тягача. Внизу был приделан громадных размеров скребок – но не как у бульдозера, а выдающийся вперёд в виде клина.

– Ну и что? Это и весь твой БАТ?

– Самое интересное внутри. Смотри.

Парень пошёл вдоль кабины, зашёл сбоку и поднялся на подножку. Зажав фонарь в зубах, он засунул руку в карман штанов и вытащил обычную аллюминиевую ложку, засунул её рукоятью в дверь кабины, в четырёхгранник защёлки, где должна была находиться ручка, повернул и отклонился назад. Огромная дверь беззвучно распахнулась.

– Зааеай уа. – сказал парень, не выпуская изо рта фонаря.

Длинная труба фонаря вдруг покачнулась и сама по себе повела раструбом в сторону, ослепительно сверкнула и выскользнула из его рта. Яна всё ещё стояла перед кабиной, поэтому прыгать чтобы подхватить фонарь было слишком далеко. Полосанув напоследок по стене и потолку, фонарь брякнулся на пол гаража и хрустнул – звонко и рассыпчато. Наступила темнота.

– Тьфу, блин, дурак – сказал парень после паузы.

– Дурак. Угробил фонарь, – произнесла Яна.

– Ладно. И хрен бы с ним. Только вот теперь темно. Всё равно, лезь сюда. Ты видишь что-нибудь?

– Немножко. Яна вспрыгнула на подножку и первая залезла в кабину, парень забрался за ней и закрыл дверцу.

– Яна – сказала Яна.